В разделе: Архив газеты "Бульвар Гордона" Об издании Авторы Подписка
Самая обаятельная и привлекательная

Актриса Ирина МУРАВЬЕВА: "Я абсолютно не похожа на своих героинь. Тихая, покладистая, спокойная, просто мышь под веником"

Людмила ГРАБЕНКО. «Бульвар Гордона» 2 Января, 2006 22:00
Наверное, если бы можно было составить список самых популярных и любимых зрителями артистов, Ирина Муравьева заняла бы в нем одно из первых мест.
Людмила ГРАБЕНКО
Наверное, если бы можно было составить список самых популярных и любимых зрителями артистов, Ирина Муравьева заняла бы в нем одно из первых мест. Она завоевала наши сердца ролью бесшабашной Людмилы в картине "Москва слезам не верит" и закрепила свой успех, сыграв в "Карнавале" и "Самой обаятельной и привлекательной". Сейчас она почти не снимается, но в Малом театре у нее замечательные роли в "Чайке", "Вишневом саде", "Лесе"...

"ЛЕГЕНДОЙ МЕНЯ НАЗЫВАТЬ РАНО, МНЕ ЖЕ НЕ 100 ЛЕТ"

- Ирина Вадимовна, многие величают вас легендой советского кинематографа. Как вы к такому титулу относитесь?

- А разве можно к нему относиться серьезно? Есть понятие "великий артист", а есть - "популярный", то есть любимый народом. Так вот, я - и популярная, и любимая, и своя в доску. Иногда иду по улице, и вдруг кто-нибудь по плечу как хлопнет: "Здорово!". Значит, узнали. Конечно, становится неловко - знаете, такая простота, которая хуже воровства. Надо это пережить и понять, что люди не хотели тебя обидеть. Просто издержки профессии. Но вот легендой меня называть рано, мне же не 100 лет, а всего лишь 55.

- Вы так легко говорите о возрасте?

- А что скрывать, если он у меня на лице написан? Вот если бы я "вела борьбу" за внешность, каждую морщинку на учет ставила и бегала на пластические операции, можно было говорить, что мне 35. Но подтяжки я, скорее всего, делать не стану. Есть тут и еще одна опасность: если тщательно скрывать свой возраст, люди могут подумать, что тебе больше, чем есть на самом деле. Так что лучше уж правду скажу.

- Ваши героини, как правило, девушки из провинции, приехавшие покорять столицу.

- До сих пор не могу понять, почему именно меня выбирали на эти роли. Дело в том, что я - коренная москвичка. Более того, в жизни никуда и никогда из дому не уезжала, даже в пионерском лагере не была - абсолютно домашняя девочка, мамина и папина дочка. Хорошо училась, иначе было нельзя, нас с сестрой родители даже за четверки ругали. Да и столицу покорять я никогда не стремилась.

Мечтала поступить в театральный институт, стать артисткой. А там уж, думала я, уеду в маленький городок, поступлю в театр, буду, как героини Островского, играть большие и маленькие роли. Конечно же, стану примой! А потом создадут что-то вроде нового Художественного театра с новым Станиславским во главе и меня пригласят туда. Этому театру я посвящу всю свою жизнь! Моей любимой книгой была тогда "Моя жизнь в искусстве" все того же Станиславского.

- Это идеалы вашего поколения или лично ваши?

- В то время был театральный бум: люди часто и с удовольствием ходили в театры, и профессия актера была в большом почете. Мы задумывались над смыслом жизни, о том, как быть полезным обществу, но... Я живу не прошлым, а сегодняшним и завтрашним днем.

- Жизнью своих детей?

- Ну, я еще не так стара. Конечно, будущее детей для меня очень много значит, но и мой собственный завтрашний день мне небезразличен.

Из нашего досье: После окончания школы Ирина Муравьева подала заявления во все театральные училища Москвы и... ни в одно не поступила. На следующий год ситуация повторилась. Ее приняли только в студию при Детском театре, конкурс там был меньше и принимали только абитуриентов с московской пропиской. После окончания студии Муравьева несколько лет работала в Детском театре - играла зайцев и пионеров, а ее дебютом стала роль деревенской бабы в массовке. Свой первый эпизод в кино она сыграла в 1973 году, а через год ей предложили первую большую роль - Сюзанну в картине "Чисто английское убийство". В 1977 году Муравьева перешла на работу в Театр Моссовета, тогда же поступила на заочное отделение ГИТИСа. По-настоящему знаменитой она стала в 1980 году, когда на экраны страны вышла картина Владимира Меньшова "Москва слезам не верит".

"ЭТО ТАКОЕ УДОВОЛЬСТВИЕ - ИДТИ ЗА КЕМ-ТО, КОГО-ТО СЛУШАТЬСЯ

- Но хоть характером вы похожи на Людмилу из картины "Москва слезам не верит" или Нину Соломатину из "Карнавала"?

- Ни капельки! В жизни я тихая, спокойная, покладистая - просто "мышь под веником". И к тому же очень послушная. Мне вообще кажется, что женское счастье - в послушании. Это же такое удовольствие - за кем-то идти, кого-то слушаться. Мне никогда не хотелось куда-то ехать, чего-то добиваться. Я не лидер, а ведомая. Просто я - актриса и должна уметь сыграть любой характер, даже абсолютно чуждый моей внутренней сути. И вообще, не надо искать сходства между актером и его персонажем, как правило, его нет. Хотя понимаю, что зрителям такие аналогии всегда интересны.

- Странно, а производите впечатление волевой женщины.

- Что вы, я абсолютно безвольная! И на съемочной площадке беспрекословно подчиняюсь режиссеру. Если он разрешит, охотно импровизирую. А нет - так нет. Например, режиссер картины "Самая обаятельная и привлекательная" Геральд Бежанов не позволял добавить ни слова отсебятины. И объяснял почему: только в таком случае фильм будет звучать, как анекдот, - коротко, ясно и смешно.

- А журналисты на вас жалуются: говорят, что строптивая.

- Все мы становимся строптивыми, когда нам навязывают что-либо, нам несвойственное. Наверное, о многих людях, именуемых звездами, судят как раз по таким моментам. И в этом смысле я действительно строптива: не люблю чувствовать себя в неестественном, неорганичном для меня положении. В таких случаях меня одолевает дух противоречия, и я настаиваю на своем. Вплоть до конфликта. Что же касается журналистов, то я не люблю не столько их, сколько пристального внимания к моей особе и личной жизни. К тому же многие ваши коллеги зачастую бывают невнимательны: вопросы задают, а ответы на них не слушают...

- "Самая обаятельная и привлекательная" - просто наглядное пособие для неуверенных в себе девушек. А вы как к этой картине относитесь?

- Поначалу ужасно! Очень стеснялась своей работы в ней. Только название кто-нибудь произносил, а я уже красными пятнами покрывалась. Думала: решаются проблемы какого-то дурацкого конструкторского бюро, просто история "из жизни насекомых"! В то время уже был Сокуров, авторское кино, а у нас что-то незамысловатое, житейское. Но вот прошло время и стало понятно: такое кино тоже имеет право на существование.

- Правда, что после фильма "Карнавал" вам прочили славу фигуристки?

- Это шутка, конечно, но некоторая доля правды в ней все-таки есть. Я ведь до этой картины абсолютно не умела кататься на роликах. Хотя, в принципе, способна к спорту, к движению. Вот меня и учили во время съемок, причем училась я у вас, в Киеве. Там были гастроли Театра Моссовета, в котором я тогда работала. И за мной приехал ансамбль "Ритмы планеты", в танец которого я должна была вписаться на своих роликах, и тренер. Деваться было некуда, а уроки эти проходили на киностудии Довженко.

- Падали?

- И много раз! Это не же современные роликовые коньки, на которых любой ребенок может научиться кататься. У них полозья и маленькие колесики - очень удобно! А у моих было четыре больших колеса, это значит - никакой маневренности. Ни в коем случае нельзя было наступать на пятки: колеса моментально улетают назад, и ты падаешь. Но, несмотря на все синяки и ссадины, я научилась очень прилично кататься. Правда, по роли это надо было делать плохо, вот я и подыгрывала.

"КОГДА Я ВИЖУ СЕБЯ НА ЭКРАНЕ, МЕНЯ ТОШНИТ. КАК ФИЗИЧЕСКИ, ТАК И МОРАЛЬНО"

- Как вы относитесь к себе на экране?

- Честно? Когда я себя вижу, меня тошнит. Как физически, так и морально. Много лет назад, когда только начали выходить мои картины и я впервые увидела себя на экране, мне казалось, что это не я. Вообще, это какое-то патологическое зрелище.

- ?!

- Представьте, что вы видите себя на пленке: там вы ходите, сидите, разговариваете. И в это же время перед экраном сидите... тоже вы. Это же настоящее раздвоение личности! Все мы привыкли считать себя лучше, чем мы есть на самом деле. Я еще не видела ни одного человека, полностью довольного тем, как получается на видео или фотографиях.

Прошло время, и я уже не похожа на себя молодую. Вижу, что там что-то юное ходит, но как к себе я к этому не отношусь. Вообще, если кто-то думает, что я специально сажусь перед телевизором, чтобы посмотреть на себя, то это не так. У меня дома есть только одна кассета с записью фильма с моим участием, да и ту сын переписал с телевизора.

- В финале двух самых любимых наших картин - "Карнавал" и "Москва слезам не верит" - ваши героини остаются, что называется, у разбитого корыта. Как вы считаете, они побеждены?

- Ни в коем случае! Не такими я их сыграла, чтобы они так легко сдались на милость обстоятельств. Я верю, что Нина Соломатина обязательно станет актрисой, а Людмила встретит своего генерала! После премьеры "Москва слезам не верит" картину бурно обсуждали. И многие пеняли режиссеру: дескать, как же так, Людмила у вас такая боевая, а в отличие от своих подруг оказалась типичной неудачницей. И тогда один критик - сейчас уже и не помню кто - сказал: "Ничего, эта свое еще возьмет!". Я тоже так думаю.

- Некоторые ваши поклонники ваши картины "Карнавал" и "Москва слезам не верит" смотрели по 10-15 раз.

- Бедняги! Могу им только посочувствовать.

Из нашего досье: Фильм "Москва слезам не верит" имел оглушительный успех - в прокате 1980 года он собрал почти 85 миллионов зрителей. Согласно рейтингу журнала "Советский экран", он был назван лучшим фильмом года, получил награды на фестивалях в Португалии и Бельгии, в США был удостоен "Оскара". Ирине Муравьевой картина поначалу... ужасно не понравилась. После просмотра рабочего материала актриса расплакалась, ее героиня Людмила показалась ей олицетворением всего того, что Муравьева не любила в людях: хамства, наглости, грубости, бесцеремонности.

На премьере в Доме кино она сидела, вжавшись в кресло, и боялась даже посмотреть в зрительный зал. Когда же коллеги начали ее поздравлять, подумала: "Конечно, а что же им еще делать?". И только потом с удивлением поняла, что фильм действительно понравился зрителям. За роль Людмилы Муравьева получила Государственную премию СССР.


- Не стань вы актрисой, какую профессию выбрали бы?

- Вообще-то, я мечтала стать учительницей. Хотела взять детей и вести их с первого класса по десятый. Очень любила в детстве в куклы играть, от этого, наверное, и тяга к учительству. Когда оканчивала школу, попросила родителей купить мне куклу. Последнюю. Понимала, что с этими увлечениями покончено и скоро начнется новая - взрослая жизнь.

"ДОМА Я ЦАРИЦА, ЧТО ХОЧУ, ТО И ДЕЛАЮ: ХОЧУ - СТИРАЮ, ХОЧУ - ПОЛЫ МОЮ"

- Если бы у вас была возможность прожить жизнь сначала, вы бы повторили свой путь или изменили его?

- Часто приходится слышать, как люди уверяют: прожил бы так же. А вот я все сделала бы абсолютно по-другому и очень многих ошибок не совершила бы. Это сейчас я такая умная, потому что много раз обжигалась.

- Какая вы жена и мать?

- Без ложной скромности могу сказать: образцовая. Я полностью погружена в свою семью и ни сил, ни времени для нее не жалею.

- Наверное, трудно при актерском графике воспитывать детей?

- Да по-разному получается. Слава Богу, у меня была возможность растить детей дома, а не таскать их в театр и не укладывать спать за кулисами. Многие считают такое детство романтичным. Но мне кажется, что все это от бедности, когда бабушки нет, а на няню денег не хватает. У моих детей (а у меня два сына) было нормальное, не закулисное детство. Кстати, моя мама тоже воспитывала нас с сестрой дома.

- Не жалеете, что у вас нет дочери?

- Знаете, когда я рожала, как-то над этим не задумывалась. Просто хотелось ребенка, чтобы можно было его нянчить, кормить, пеленать - в общем, заботиться. А уж мальчик это будет или девочка, абсолютно все равно. Но теперь я понимаю, что было бы очень хорошо, если бы у меня была еще и дочка. А то у меня дома исключительно мужская компания, даже кот и собака мужского пола. Ну ничего, буду любить невесток, а там, может быть, внучка появится...

- Каков типичный день знаменитой артистки?




- Все начинается с того, что не успею я лечь, как уже звонит будильник. Встаю рано - в семь часов утра уже на ногах. Потом готовлю завтрак. Не для себя - я по утрам почти не ем - для сыновей. Учтите, никаких бутербродов на скорую руку - каша, яйца, чай. После завтрака отправляюсь в театр, там я должна быть к 11 утра... Поскольку у меня разорванный рабочий день, прихожу домой на обед. Если вечером у меня спектакль, к семи возвращаюсь в театр. Если нет, то целый день свободна! Делай что хочешь! Знаете, как в том анекдоте: дома я царица, что хочу, то и делаю: хочу - стираю, хочу - полы мою.

- Готовить любите?

- Люблю не люблю - я себе таких вопросов не задаю. Надо, вот и готовлю. Причем делаю все быстро, но без суеты. Говорят же мудрые люди, что поспешать надо не торопясь. Семья все время кушать хочет.

- А женские радости в виде шитья, вязания, вышивания вас привлекают?

- Ужасно всего этого не люблю, даже в детстве не смогла ничему такому научиться. Разве что шарфик могу связать, да и то только потому, что он абсолютно прямой. А вот моя мама очень хорошо шила и вязала, поэтому мы с сестрой всегда были хорошо одеты.

Из нашего досье: Уже 32 года Ирина Муравьева замужем за режиссером Леонидом Эйдлиным, они поженились еще в те времена, когда оба работали в Детском театре. У них два сына. Интересно, что в этой семье все родились в феврале: 2 февраля - Эйдлин, 6-го - младший сын, 8-го - сама Ирина Вадимовна, 15-го - старший сын. Несколько лет назад муж подарил актрисе машину, и с тех пор езда за рулем - ее самое любимое занятие. "Только там я могу по-настоящему отдохнуть, - говорит она, - побыть наедине с собой".

В последнее время Ирина почти не снималась. И вот прошлым летом наконец-то появилась на экране в сериале "Спас под березами", который снял Леонид Эйдлин. Муравьевой досталась роль женщины, ведающей церковной палаткой и свечным ящиком. Во многом картина отвечает нынешнему мировоззрению актрисы.


- Вы считаете себя счастливой?

- Для того чтобы быть счастливой, у меня очень много грехов.

- Вы верующий человек?

- Да, и пришла к этому сознательно, в достаточно взрослом возрасте. В церковь хожу. Но, как говорят, и рада бы душа в рай, да грехи не пускают. Грехи мешают жить, а простить их себе я не могу.



Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
1000 символов осталось