Бывали хуже времена...

Виталий КОРОТИЧ 7 Марта, 2007 00:00

Помните, как из пепла и развалин после Второй мировой войны возрождались Германия и Япония? Униженные, уничтоженные, они сумели даже в годину разгрома сохранить уважение к себе и национальную гордость. Нация, народ существуют не только в политике, но и в памяти, в народных сказаниях и мечтах. Уже не раз люди, вконец разочарованные действиями правительств, продолжали верить в высокое назначение и счастливую судьбу своих народов. Вера становилась важным условием патриотического подъема и возрождения великих народов и стран.

Есть много определений патриотизма. Мне нравится мысль английского писателя Ричарда Олдингтона, сказавшего, что патриотизм - это прежде всего чувство коллективной ответственности. Американский президент Франклин Рузвельт, выводивший свой народ из страшной депрессии, вселял в людей уверенность, повторяя: "Мы, американцы, такой народ, который, сплотившись, проиграть не может ни при каких обстоятельствах". Очень важно не долбить мозги беспрерывным рассказом о неудачах, а напоминать, что бывало и хуже, а теперь есть общая цель и ее можно достичь только совместным усилием.

Если руководство страны умеет внушить народу мысль о том, что все граждане государства живут одними заботами и по одним законам, уверенности в стране добавляется. Я уже писал когда-то, как мне понравилось, что в бытность свою президентом Рейган лично звонил, а если удавалось, и приходил в каждую семью, где кто-нибудь погиб за интересы США. Большую ошибку делают правительства, не доказывающие все время, что их члены живут теми же заботами, той же жизнью, что и остальные граждане. Ведь даже национальная опасность и национальное унижение могут стать объединяющим чувством, отодвигающим другие конфликты.

Наполеон и Гитлер были убеждены, что отсталый и запуганный народ встретит их вторжение с восторгом, но своим пренебрежением к завоеванным они только способствовали объединению вчера еще разобщенных и затравленных людей, в которых крепла коллективная ответственность за национальное выживание. Испанский вождь Франсиско Франко после Второй мировой войны пережил пик популярности, когда его страну попробовали окружить стенами блокад и эмбарго.

Не так давно, сама того не желая, Россия сплотила разрозненных чеченцев, начав первую войну против них. Народы любят сами разбираться в своих проблемах, ценят правительства, которые им не мешают в этом, и не любят окриков из-за рубежа. Известны слова Пушкина из письма к другу, поэту Вяземскому, от 27 мая 1826 года: "Я, конечно, презираю отечество мое с головы до ног - но мне досадно, если иностранец разделяет со мною это чувство". После Второй мировой войны американец Дьюи, занимавшийся искоренением нацизма, предупреждал об опасности сочетания двух факторов - экономических проблем и национального унижения. Этого нельзя допускать.

Коллективная ответственность в сложных обстоятельствах позволяет даже оправдывать действия, не очень законные, на первый взгляд. Рузвельт, понимая, что массовая безработица разрушает страну, мобилизовал безработных, создав из них армии дорожных строителей и заложив систему нынешних прекрасных "хайвеев" США. Во времена, когда у нас любят поговорить об оттоке денег из страны, можно напомнить, что в годы американской депрессии тот же Рузвельт своим указом взял и заморозил банковскую систему, чтобы остановить отток долларов. Британия и Франция тоже, будучи демократическими государствами, временно перекрывали финансовые каналы, когда утечка денег из страны значительно превышала поступление. Я все это к тому, что бывали в мире времена и похуже наших, но есть опыт, позволяющий понять, что не все так плохо.