Мы подражательны, как мартышки

Мы зависимы от чужих оценок и мнений. По статистике, около 10 процентов американцев узнают все новости не из газет, телевидения или радио, а друг от друга. Проще говоря - обмениваются слухами, то есть сплетничают. Мне кажется, у нас этот процент не ниже и агентство ОБС (Одна Баба Сказала) пользуется не меньшим авторитетом. Уровни и формы такой зависимости различны в разных слоях общества.

Президентам некогда внимательно читать газеты, слушать радио или вглядываться в телеэкран; за них это делают люди, уполномоченные по должности на чтение, глядение, слушание и, главное, на сортировку новостей массовой информации. Зато по утрам президент получает странички с экстрактом всего, что ему следует знать из сообщений общедоступных служб новостей, и понятно, что человек, составляющий эти реестры, становится соавтором президентского мнения по многим вопросам.

Мы считаем себя независимыми, постоянно попадая под чужой диктат. У тех же американцев есть рецепт предвыборной агитации: в опросе общественного мнения выяснить, чего избиратели боятся больше всего, и затем эти страхи перенести на политического конкурента. Если избиратели страшатся птичьего гриппа, то им объяснят, что при победе такого-то кандидата все утки с курами закашляют и помрут в одночасье, а за ними и люди, - подбор многозначительных доказательств и авторитетных формулировок - дело несложное.

Помню, когда-то, живя за границей, я от скуки покуривал сигареты, которые рекламировались как «лучшие в мире». Позже мне объяснили, что это простенький рекламный ход, а категории качества «лучшие в мире» не существует. Любые сигареты загаживают легкие. Но расчет на нашу доверчивость очень прибылен.

Фирмы, производящие напитки, платят продюсерам лишь за то, чтобы экранные герои - особенно положительные - пили их продукцию, а производители автомобилей - за то, чтобы герои передвигались в их лимузинах. Мы подражательны, как мартышки. Многие российские чинуши стали носить часы на правой руке после того, как президент Путин надел свои именно так (правда, не все чиновники решатся в открытую купить себе ту модель швейцарских Patek Philippe, на которые поглядывает президент).

Иногда выбор перепоручается сознательно, чужое мнение признается важным, и ему оказывается подчеркнутое доверие. Когда человек ненадолго попадает в Гонконг или Сингапур, славящиеся разнообразием своих магазинов и высоким качеством поддельных товаров, ему прямо у аэропорта (причем недешево, за пару сотен долларов) предлагают услуги «шоперы», знающие, где и что можно выгодно купить. Сейчас такие специалисты не редкостны и в Европе - в Италии, например. А в нью-йоркских круглосуточных книжных универмагах дежурят «шоперы-библиофилы», помогающие комплектовать библиотеку получше и подешевле.

Зависимость от чужих мнений может стать и приметой снобизма. Один из самых аристократичных английских прозаиков, Сомерсет Моэм, писал, что выполняет только ту работу, которую за него не могут сделать другие. В «породистых» британских домах, где хозяева мыслят таким же образом, издавна престижна должность дворецкого, то есть человека, который берет на себя все мелкие бытовые заботы хозяев - от развешивания занавесок до цвета простыней в гостевой спальне, сервировки стола и качества винного погреба.

Борьба за чужое мнение и старания повлиять на него постоянны. Следует точно и трезво знать пределы своих знаний и желаний, чтобы не попасть впросак и не опозориться, покорившись бездарному чужому нажиму. Лозунг: «Вся власть советам!» надо осуществлять осторожно. Собственно, в этом один из рецептов достойной независимости - личной и государственной.

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter