Чтоб ты жил в эпоху перемен!

Виталий КОРОТИЧ 13 Июня, 2007 00:00

Некоторые знакомые не просто привыкают к переменам, а как бы живут между ними. Так человек, прыгающий в прорубь из финской бани, на самом деле не обитает постоянно ни в сауне, ни в дырке во льду, но ему комфортно.

Мой знакомый интеллигент любит рассуждать об участии в последних проектах по очередной отправке населения в земной рай. Он согласен, что райская жизнь наступает медленно и в основном для избранных соотечественников, но это не смущает его душу. Интеллигент вспоминает, как мучился в ожидании солнца свободы. Как его то ли хотели упечь в ГУЛАГ, то ли не пускали за границу, а может быть, то и другое вместе. Одно время он верил подлым коммунякам, затем уверовал в их ниспровергателей, но из своей доверчивости пока ничего хорошего не извлек, отчего ему бывает обидно. Впрочем, есть личные обиды и обиды всенародные. Мой знакомый интеллигент торопится утешить народ, а свои собственные обиды считает несерьезными. В книгах и газетных статьях, которые он писал в разные времена, повторяется страстная фраза: «Им не удастся!», которая должна устрашать разнообразных врагов.

К власти у него щекотное, прямо-таки мистическое чувство почтения. Он всегда защищал любую власть, понимая, как ей трудно с нами. Все негативные эмоции подавлял в нем почти материнский талант сочувствия к людям, принявшим на себя почетный труд управления. Он готов служить умственным удобрением для почвы любого правительства и не стыдился этого. Он всегда готов.

Мой знакомый интеллигент любит беседовать о вечном и печалится, что в рай без очереди проскакивают мимо него другие кумиры. В 60-х годах прошлого века ими стали космонавты и физики, Гагарин и Баталов влюбляли в себя миллионы. В 70-е годы подтянулись лирики, которые, по определению одного из них, «больше, чем поэты». Набитые битком дворцы спорта задумчиво вслушивались в пылкую декламацию.

В 80-е что-то щелкнуло в партийных мозгах, пришла эпоха перековок, и вчерашние вожди ринулись на амвоны. Способность к быстрой переориентации ценилась, как никогда, претенденты на власть были сосредоточены на самооправданиях, а не на раскаянии, но глядеть было интересно. Кто-то работал, кто-то воровал, а кто не умел ни того, ни другого, ходили на митинги или качались на тренажерах, предчувствуя грядущие испытания и готовясь к ним. По существу, все религии и политические системы устроены одинаково, рассказывая окружающим о беспрерывной борьбе добра со злом, происходящей в мире. Все дело в том, что определения зла и добра очень различаются, модификации Бога и Дьявола не совпадают. Смысл большинства конфликтов именно в этом.

Мой знакомый интеллигент постоянно ищет способы сообщить людям, как надо жить, и помогает политикам излагать их мысли на эту же тему (пламенная речь о том, как сделать сограждан счастливыми, припасена у каждого порядочного политика, у каждого непорядочного тоже). При этом упомянутый интеллигент все еще ожидает Большой Благодарности, угадывая, кто первый даст ему самую главную премию или самый большой орден. Никто не спешит с наградами, но в его мире, полном упоительной лжи, моему знакомому живется понятнее и легче, чем множеству людей, у которых при словах «политика» или «депутат» начинают болеть зубы. Когда мы недавно виделись, он снова пожаловался на начальников, которые без него не могут, а с ним обходятся неблагодарно. «Попей водички, — сказал я. — Полегчает...». Он вздохнул и ушел, неся к новым горизонтам свою трепетную и светлую душу. Годы творческих усилий и некачественная выпивка наложили на него отпечаток, интеллигент постарел, но он по-прежнему готов на многое. Он всегда на подхвате. Только позовите...