В разделе: Архив газеты "Бульвар Гордона" Об издании Авторы Подписка
Даешь стране угля!

Дочь знаменитого забойщика Алексея СТАХАНОВА Виолетта: «В особняке Берии мама сказала, что она жена Стаханова и ждет ребенка. Ее сразу вернули домой»

Татьяна ОРЕЛ. «Бульвар Гордона» 4 Ноября, 2009 22:00
32 года назад, 5 ноября, скончался новатор угольной промышленности, основоположник стахановского движения Алексей Григорьевич Стаханов
Татьяна ОРЕЛ
В последнюю летнюю ночь 1935 года забойщик шахты «Центральная-Ирмино» в Луганской области Алексей Стаханов, вооружившись отбойным молотком, установил трудовой рекорд — вырубил 102 тонны угля за смену при норме 7 тонн. Инициативу Стаханова подхватили метростроевцы, ткачихи, металлурги, колхозники, инженеры... Уже через несколько месяцев на Первом всесоюзном совещании стахановцев Сталин произнес свою знаменитую фразу: «Жить стало лучше, товарищи, жить стало веселее!». В те же дни американская газета Time писала: «Нарком тяжелой промышленности Григорий Орджоникидзе велел русским рабочим засучить рукава и наконец-то научиться с толком использовать технику, которую их правительство покупает у капиталистов ценою создания жесточайшего дефицита продовольствия и других российских товаров. Он сказал им, что капиталисты, которые продали оборудование большевикам, теперь презрительно усмехаются, пребывая в полной уверенности, что эти неумехи русские никогда не смогут освоить механизированную технику». Освоив отбойный молоток, Стаханов получил автомобиль и другие предметы роскоши, немыслимые для советского шахтера, стал знаменитым на весь мир, а заодно и прославил СССР. Вслед за первым его рекордом последовал и второй — 227 тонн угля за смену. Но проницательные иностранные корреспонденты, навещавшие дом Стаханова в шахтерском поселке Кадиевка чуть ли не еженедельно, стахановское движение трактовали по-своему: «стахановизм» в первую очередь означает работу на износ... Та же газета Time приводит примеры расправы над стахановцами: рабочие Горьковского автомобильного завода убили своего товарища за то, что тот увеличил норму выработки на 200 процентов, а инженер одной из шахт, которого вывела из себя заносчивость местной стахановской бригады, послал шахтеров в забой на крайне опасный участок, где произошло обрушение стенок колодца. Гораздо позже, уже в брежневские времена, к этой теме вернулся и Владимир Высоцкий: «Вот раскопаем, он опять начнет три нормы выполнять, начнет стране угля давать — и нам хана» («Случай на шахте»). Впрочем, самого Алексея Стаханова — открытого, веселого и не по статусу скромного, в общем-то, любили. Хоть и называли за глаза Стакановым — не без повода, разумеется. В стакане топились боль и обида: Алексея Григорьевича на склоне лет вдруг отправили в ссылку... Из Москвы в Донбасс. За что? Он так и не понял.

«РОКОВУЮ РОЛЬ В ИСТОРИИ НАШЕЙ СЕМЬИ СЫГРАЛ ХРУЩЕВ»

- Имя Алексея Стаханова вписано в историю гораздо прочнее других, наверное, потому, что повторялось чаще других, стало нарицательным. Имя запомнилось, а самого Алексея Григорьевича на долгие годы забыли. Даже звание Героя Социалистического Труда он, основатель стахановского движения, получил спустя 35 лет после своего первого рекорда. За что же так?

- Роковую роль в истории нашей семьи сыграл Хрущев. В конце 50-х в Москву приехал французский революционер Морис Торез. Он захотел встретиться с передовиком первых пятилеток. Хрущев сказал, что шахтер Стаханов живет и работает там, где ему и положено, - в Донбассе, поэтому встреча невозможна. Когда гость покинул кабинет советского лидера, помощник шепнул Никите Сергеевичу: дескать, Стаханов-то давно переведен в Москву, он в Министерстве угольной промышленности.

Дочь Стаханова от второго брака Виолетта: «Отец считал, что баловать детей вредно. Подшофе домой придет, кулаком по столу ахнет: «Я — Стаханов!». Мы боялись его в такие минуты»

- Первый секретарь ЦК КПСС не знал, где живет один из самых известных в стране людей?!

- Представьте себе. Сразу после этого он вызвал отца к себе и сказал, что пора бы ему вернуться в Донбасс. Предложил должность заместителя управляющего трестом в маленьком шахтерском городке Чистяково (по иронии судьбы этот город был переименован потом в Торез). Отец возмутился: с какой стати? В Москве у него вся семья, да и можно ли войти в одну и ту же реку дважды? Стаханов - в то время он был пожилым человеком с артритом и гипертонией - возглавлял наградной отдел в министерстве, занимался организацией соцсоревнования, поэтому давно отошел от производства, потерял квалификацию. Он не мог понять, почему по прошествии 20 с лишним лет, проведенных в столице, должен бросить все и начинать жизнь сначала.

Хрущев великодушно предложил отцу забрать семью с собой. Но моя старшая сестра к тому времени уже была замужем, брат учился в Училище Верховного Совета, я, окончив школу, собиралась поступать в Институт иностранных языков, и только младшая, Алла, еще была школьницей. Отец от предложения отказался, и тогда отдел, которым он руководил, просто расформировали и перестали платить ему зарплату.

- Как же вы выживали? Кто-то еще работал в семье?

- Мама Галина Ивановна была домохозяйкой, у нее даже трудовой книжки никогда не было. Кормильцем был отец, а государство обеспечило нашу семью казенным жильем и мебелью. Когда папа остался без работы, за квартиру нечем было платить, верите? Моя младшая сестра Алла тут же перешла в вечернюю школу и начала работать, я тоже заявила, что вместо института буду искать место, но родители настояли на том, чтобы я не меняла решения. Я успешно сдала экзамены в иняз - между прочим, без всяких протекций.

Вдруг отца снова вызывают к Хрущеву. Я поехала вместе с ним и осталась ждать у Кремля в машине, которую у нас тогда еще не отобрали. Возвратился отец злой, красный, говорит: «Поехали отсюда!». Хрущев сказал ему: «Твое место в Донбассе. Ты должен понять меня как шахтер шахтера». Отец вспыхнул: «Какой ты шахтер?!». Тот разозлился ужасно и пригрозил отобрать партбилет. Тогда Стаханов бросил красную книжицу ему на стол: «Меня в партию приняли без кандидатского стажа. Но не ты меня принимал и не тебе меня исключать. Партбилет - это просто бумажка, забирай, если тебе так хочется, но в душе я все равно останусь коммунистом».

Мы уже отъезжали от Кремля, как вдруг бежит какой-то дядька, руками машет. Оказалось, это помощник Хрущева. Я, если честно, испугалась: не арестовали при Сталине, так теперь повяжут, да еще и меня в придачу. Но этот человек бежал к нам, чтобы вернуть отцу партбилет.

В 1935 году молодой забойщик шахты «Центральная-Ирмино» в Луганской области Алексей Стаханов установил сенсационный рекорд, вырубив за смену 102 тонны угля при норме 7. Звание Героя Социалистического Труда Алексей Григорьевич получил лишь через 35 лет

«ОТЕЦ ОКАЗАЛСЯ ДВОЕЖЕНЦЕМ»

- Чем же мешал Стаханов Хрущеву в Москве?

- Никита Сергеевич к отцу плохо относился - может, потому, что его уважал Сталин? Хрущев вообще был невежественным человеком и порядком наломал дров в истории. Я много лет работала в «Интуристе» и помню, как пришли ко мне американские космонавты. Они просили организовать им какую-то поездку, не положенную по инструкции. Я стала им объяснять причины отказа и услышала, как один другому тихо сказал: «Что ты ее уговариваешь? Стукни ботинком по столу, как делал их секретарь ЦК КПСС, а иначе она не поймет». Вот такая была репутация у нашей страны благодаря Хрущеву.

Неужели такому человеку, как Стаханов, не нашлось бы места в Совнархозе, к примеру, или должности помощника какого-то руководителя? Понадобилась наша квартира в знаменитом Доме на Набережной? Ну, могли бы другую выделить, поменьше. Так ведь и получилось потом: нас переселили в малогабаритную трехкомнатную, а казенную мебель вывезли. После той ссоры с Хрущевым родители посоветовались и решили, что в покое нас все равно не оставят. «Леша, тебе нужны эти проблемы? - сказала мама. - Поезжай первым, посмотришь, как и что». Поэтому отец поехал один. Маму можно понять - каждой женщине дети дороже всего, она тогда не могла нас оставить. Кстати, эта жертва себя оправдала, если учесть, что жизнь детей сложилась вполне удачно.

- В Донбассе, конечно, герою Стаханову вернули все привилегии?

- Какие там привилегии! Мама, когда поехала его навестить, была просто в шоке. Маленькая комната на четвертом этаже дешевой гостиницы, койка, застеленная солдатским одеялом без пододеяльника... Но дороги назад, в Москву, уже не было.

Отец сник, стал выпивать. Ничего удивительного - человек имел такое высокое положение и огромный авторитет, ездил по всей стране, и вдруг его выбросили на обочину. Он стал неугоден, потому что был героем другого времени. На отца как заместителя начальника шахтоуправления навалили много работы, он очень уставал, похудел, осунулся. Приходил с работы и поддавал, конечно. Хрущев заставил семью разъехаться, а потом она и вовсе распалась. Доброжелатели нашептывали маме, что у отца появилась другая женщина.

- Ваша мама слыла красавицей, была значительно моложе Алексея Григорьевича. Неужели нашлась женщина достойнее?

- Отец очень ее любил, но... Он однажды попытался мне объяснить, почему так получилось: «Ты уже взрослая, так что понимаешь: мужику нужно, чтобы кто-то о нем заботился». Мама к нему в Донбасс раз пять приезжала, потом поползли слухи, а через некоторое время пришла бумага о том, что брак Галины и Алексея Стахановых расторгнут. Позднее выяснилось, что новый брак отца был зарегистрирован с нарушением закона, и никакого суда по бракоразводному процессу не было.

Алексей Григорьевич со второй женой Галиной Ивановной в своей квартире в правительственном доме, 1943 год. «Мама была домохозяйкой, но учила отца чему-то: нет-нет да книжку подсунет, расскажет что-нибудь интересное. Отец даже на пианино научился играть одним пальцем»

Отец оказался «двоеженцем». Мама отнеслась к этому философски: как случилось, так случилось. Она вообще у нас инертная была в этом смысле - не уподоблялась женам, которые засады устраивают, чтобы мужа выследить, жила по христианским законам. Позже, после смерти Стаханова, государство назначило ей пенсию как вдове Героя Социалистического Труда. Ведь второй брак отца все-таки аннулировали.

- Правда, что она вышла замуж еще школьницей?

- Стаханов часто ездил по всему СССР, его везде восторженно принимали, давали концерты в его честь. Как-то в Харькове в Доме культуры перед ним выступал хор школьников, и одна девочка так красиво, так чисто спела «Соловья» Алябьева, что гость обратил на нее внимание. Он наклонился к руководителю хора и спросил: «А кто эта девочка?». Тот ответил: «Моя дочь Галя». Ей было тогда 15 лет.

Потом мама рассказывала, что очень боялась выступать, волновалась, еще бы - такой знаменитый человек! После концерта участники встретились с Алексеем Григорьевичем, и она очень тушевалась. Стаханов сразу же вернулся в Донбасс, так что никаких ухаживаний не было, но он явно на нее запал, хоть и женщины вокруг него вились все время. А мама... Она тогда еще ребенком была, даже с мальчиками не встречалась, у нее и в мыслях не было замуж выходить. Но через год они поженились.

Наверное, дедушка сыграл не последнюю роль в том, что она решилась принять предложение Стаханова. Хотя что там уговаривать? Отец был очень интересным мужчиной, такой здоровый, крепкий парень. Она понимала, что уедет из дома, где вся семья ужасно бедствовала, и станет не шахтерской женой, а женой депутата Верховного Совета СССР, человека, о котором знает весь мир. Если бы не это замужество, неизвестно, как сложилась бы ее жизнь.

«НА БАЛУ МАМА ПРИКОЛОЛА К МУНДИРУ БУДЕННОГО СВОЮ БРОШЬ, А ОН ЕЙ - МАРШАЛЬСКУЮ ЗВЕЗДУ»

- Бесприданница в контексте советской эпохи? Неравный брак...

- Это как посмотреть. Бесприданница - это старик при деньгах и молодая женщина. У нас другой случай. Красивая, хорошо образованная девочка, освоившая несколько музыкальных инструментов, с прекрасными вокальными данными, глубоким знанием литературы, английского, правда, бедная как церковная мышь. И зрелый интересный мужчина в расцвете славы, с хорошими перспективами, разбитной, веселый. Отказав отцу, мама могла бы многое потерять. Но и она учила его чему-то: нет-нет да книжку подсунет, расскажет что-нибудь интересное. Отец даже на пианино научился играть «Хасбулат удалой» - одним пальцем.

Одно из живописных полотен того времени в духе соцреализма: «Стаханов и Сталин»

- Вы говорите, что мама из бедной семьи. Откуда же тогда, что называется, «дворянское» образование?

- Мой дед - незаконнорожденный сын экономки и дворянина. Его мать выдали замуж за простого парня, машиниста, а ребенка отец увез в Италию и выучил. Он стал музыкантом. Я лично видела афиши «Концерт Ивана Бондарини», хотя настоящая фамилия деда звучала куда прозаичнее - Бондаренко. Своих двух дочерей - мою маму и тетю Аллу - он тоже учил пению.

Из детства я запомнила такой эпизод. В гости к родителям пришли артисты Большого театра, и отец попросил их спеть дуэт из оперы «Запорожец за Дунаем». Но артистки, которая исполняла женскую партию, в тот день не было. Вот отец и говорит: «Алка, может, ты споешь?». Все переглянулись в недоумении - как она будет петь с самим Михайловым?! Дед сел за пианино, взял первые аккорды, и моя тетка как запела... Все рот открыли от удивления! Какой талант... Маму тоже приглашала к себе на курс в консерваторию народная артистка Барсова. А еще ей предлагали сниматься в кино, но отец не разрешил - он хотел иметь жену, а не актрису. Он ее сильно любил и ревновал.

- Она давала повод?

- Никогда. Просто мама была очень красивой, и всюду, где она бывала вместе с отцом, мужчины засматривались на нее. Когда она однажды появилась на выпускном балу военной академии в шифоновом платье, расшитом бархатом, зал дружно закричал: «Ура жене Стаханова!». У мамы был безупречный, тонкий вкус. Она шила наряды у костюмеров театра оперетты. Это были классические вещи, которые были маме по фигуре и очень ей шли. Она ведь была пышечкой небольшого роста, и ей следовало одеваться осмотрительнее. Именно поэтому выходила в свет на высоких каблуках. А в тот вечер, на балу, который они открывали вместе с Буденным, мама приколола к его мундиру свою скромную брошь, он же доверил ей на вечер маршальскую звезду.

- Алексей Григорьевич баловал жену украшениями?

- Нет, к ним мама была равнодушна и почти не носила. Особенно после того, как на улице грабитель прямо из уха вырвал у нее бриллиантовую сережку.

- Но Галине Ивановне довелось ведь испытать страх и посильнее - когда ее похитили в центре Москвы?

- Да, было и такое. Водитель ждал ее в машине у ЦУМа и вдруг увидел, как маму затолкнули в какой-то автомобиль и увезли. Он помчался к отцу, тот сразу понял куда - в то время по всему городу похищали хорошеньких девушек, которых возили в особняк Берии. Отец, естественно, был взбешен, но предпринять ничего не успел, потому что маму вернули домой очень быстро. Она сказала там, что ждет ребенка и что ее муж - Алексей Стаханов. Отец хотел звонить лично Сталину, но мама его отговорила.

Малограмотный советский забойщик в одночасье стал знаменитым не только в СССР, но и во всем мир

- Говорят, Стаханов с Василием Сталиным любили погулять на широкую ногу.

- А вы не верьте слухам. Иногда приходится такое «узнавать» об отце, что стыдно становится за тех, кто обливает грязью не только его, но и косвенно всю нашу семью. Я однажды на одном телеканале увидела анонс программы о Стаханове и сразу поняла, что это в эфир не должно попасть. Пришлось дойти до главного редактора и пригрозить судом. У меня тоже, поверьте, связи немаленькие, потому что многие мои однокашники - дети известных в прошлом людей, а сегодня и сами занимают высокие должности. У меня растет внук - Алексей. Что я ему скажу, если он увидит все эти выдумки?

Некоторые журналисты, обличая Сталина, унижают, обливают грязью и людей, которые жили, творили, изобретали в то время, на их биографиях будто клеймо лежит. Но разве мы виноваты в том, что жили в эпоху Сталина? Правда, в последнее время российская общественность, кажется, начинает понимать, что прошлое нельзя перечеркивать и обвинять всех без разбора. В учебнике истории для девятого класса снова можно прочесть о том, чем прославился Алексей Стаханов, есть его имя и в новом издании энциклопедии...

«ОТЕЦ БЕГАЛ В БОЛЬШОЙ ТЕАТР, ЧТОБЫ НЕ ОТСТАВАТЬ ОТ СТАЛИНА»

- И все же Алексей Григорьевич действительно был дружен с сыном Сталина?

- Он был с ним знаком, но не более того. У отца три класса образования, хотя он и окончил Промакадемию, где тогда учились ударники труда, депутаты Верховных Советов СССР и республик. По сути, это был ликбез для людей, которых статус обязывал выступать с трибуны, встречаться с иностранцами. Им необходимо было избавиться от косноязычия, научиться грамотно излагать свои мысли. А Вася Сталин, его сестра Светлана были образованнейшими людьми. Что у них могло быть общего с моим отцом?

Василий любил красиво погулять в хорошем ресторане, собрать у себя в квартире богему, они читали стихи, обсуждали книжные новинки, были завсегдатаями в театрах и на выставках. Разве мог Стаханов с ними тягаться? Помню, когда мы с отцом ходили в Большой театр, в ложе непременно видели Сталина. Иосиф Виссарионович часто бывал в театре, потому что тоже был эрудитом - намного, кстати, образованнее тех, кто сменил его во власти. Ну а другие, в том числе и мой отец, бегали в Большой, чтобы не отставать. Сидим, я поглядываю то на сцену, то на него. «Ну, как тебе?» - спрашиваю. Он пожимает плечами: «Скачет кто-то там по сцене».

Вкус на женскую красоту у него был свой, он долго жил в Украине, и ему нравились упитанные украинские пампушки, а не худые, высушенные балерины. И искусство это ему трудно было понять. Представьте: такой человек придет в высшее общество. Он ведь от сохи, что ему там делать? Радость общения Стаханов ощущал с теми, с кем был на равных, - это стахановцы Татьяна Федорова (она долгое время была заместителем московского «Метростроя»), Петр Кривонос, Дуся и Маруся Виноградовы, Иван Гудов...

Дочь Алексея Григорьевича Алла Стаханова умерла в 40 лет от астмы. Вначале она была диктором Центрального телевидения, потом — режиссером-документалистом. «Алла об отце такой фильм отгрохала! Если бы кто-то помог его найти! Неизвестно, куда подевалась пленка, но монтировали картину в Киеве»

Как-то на одном приеме Сталин представил маму своим собеседникам: «Знакомьтесь, это жена будущего наркома». Отец испугался страшно: он понимал, что эта должность требует совсем другой подготовки. Правда, со временем благодаря маме и моему деду он расширил свой кругозор.

- Но ведь по статусу Алексею Григорьевичу все равно приходилось на приемах бывать?

- Он их терпеть не мог и ходил туда только по необходимости. С годами отец усвоил, как одеться соответственно случаю, что сказать, но всегда чувствовал себя неуютно. Как-то на балу они встретились со Сталиным, который разговаривал со своими приближенными. Отец поспешил поздороваться с ним, а мама скромно шла позади. Сталин сделал ему замечание: «Алеша, сначала здороваются с женщинами».

Помню, родители собирались на какой-то прием, и отец спросил, что мне принести. Я в тот день отличилась как-то, то ли хорошую отметку получила, то ли что-то еще, так что имела полное право заказать ему какой-то гостинец. Возвращаются они домой, и отец из кармана достает кусок жареной курицы, представляете? Тогда ведь широченные брюки были в моде, а он знал, что больше всего на свете я любила жареную курицу. Это еще со времен эвакуации, когда мама с няней ходили по деревням, выменивали вещи и украшения на еду.

- Алексей Григорьевич воевал?

- Нет, хотя с первых дней войны просился на фронт, как и другие стахановцы. Но Сталин приказал оставаться в Москве. Женщин с детьми отправили в Куйбышев, а отца позже командировали в Караганду, куда были эвакуированы шахты, а потом - в Донбасс, освобожденный от немцев. Мама несколько раз ездила к нему в Караганду, но отец сутками работал, и они практически не виделись. В эвакуации мама потеряла маленького ребенка. Эту боль заглушило только рождение младшей дочери Аллы.

- Я слышала, что ваша сестра под псевдонимом Аза Лихитченко работала диктором Центрального телевидения...

- Это еще одна небылица о нашей семье. Да, наша Алла работала на телевидении, но у нее с Азой ничего общего... Алла Стаханова - высокая, стройная, светловолосая и светлоглазая, очень эффектная, настоящая аристократка. Она окончила ГИТИС, потом Академию общественных наук, защитила кандидатскую диссертацию по документальному кино. Да еще как защитила! Алла выучила ее, как актриса учит роль, и преподнесла на одном дыхании. У меня слезы стояли в глазах.

Вначале Алла работала диктором, а после окончания Академии стала журналистом. Вместе с Робертом Рождественским делала программу «Документальный экран». Зрители могут помнить ее еще и по телевизионному циклу «Рожденные пятилеткой» о жизни героев труда, а также по передаче «Товарищ Москва». Это были ее авторские программы. А об отце она такой фильм отгрохала!

- И чем же он был примечателен?

- На съемки в Торез пригласили киевских операторов-документалистов. Алла выстраивала сложные мизансцены на фоне терриконов, сама работала в кадре. Неизвестно, куда подевалась пленка, но монтировали картину в Киеве. Может, она не была уничтожена во время перестройки и сейчас лежит где-то на кинополках. Если бы кто-то помог его найти! Ведь снимали перед самой смертью отца. Да и Аллы давно уже нет.

Она умерла в 40 лет. Простудилась, заработала сильный бронхит. Врач назначил ей лечение по какой-то новейшей технологии, которая требовала строгого постельного режима. А тут позвонили из «Останкино»: «Завтра партсобрание, мы будем избирать вас освобожденным заместителем секретаря парткома, так что ваше присутствие необходимо». Алла была очень обязательным человеком - встала с постели и пошла. На обратном пути ее встречала дочка Катя, тогда еще школьница (а теперь, кстати, режиссер дубляжа на НТВ Екатерина Покровская, ее имя часто мелькает в титрах). Оставалось только перейти дорогу, и вдруг у Аллы случился приступ астмы, которой она страдала давно. Катя начала стучать в окна, звать на помощь. Но «скорая» опоздала... Для всех это было страшным потрясением.

«ПЕРВАЯ ЖЕНА ОТЦА ПРИЕХАЛА С НИМ ОДНАЖДЫ В МОСКВУ ОДЕТАЯ, КАК ПРИНЯТО У ЦЫГАН»

- В вашей семье росли дети от первого брака Алексея Григорьевича, которым мачеха годилась в сестры. Как Галине Ивановне удавалось справляться с их воспитанием?

- Да мама и не пыталась воспитывать Клавдию и Виктора, была им как подружка. Когда она впервые зашла в отцовский дом и потянулась к маленькому Вите, тот буркнул ей: «Уйди, девка». Честно говоря, у нее и материнских чувств к ним не было, потому что сама была еще ребенком. Просто видела, что дети заброшены, неухожены, жалела их.

Открытие памятника Алексею Стаханову в городе Стаханове. Слева направо: Людмила — супруга сына Стаханова от первого брака Виктора, дочь от первого брака Клавдия, дочь от второго брака Виолетта, младшая сестра Алексея Григорьевича Полина, бывший парторг шахты «Центральная-Ирмино» Константин Петров, сын Виктор, внучка Наталья

Если отец кого-то из детей ругал, мама заступалась, а тот сердился, не разрешал баловать. Подшофе домой придет, кулаком по столу как ахнет: «Я - Стаханов!». Мы боялись его в такие минуты. Когда Виктор поступил в военное училище, мама тайком отправляла меня с передачами к нему, а сама выйти не решалась, опасаясь, что муж узнает. Он считал, что баловать детей вредно.

- А что за темная история с первой женой Стаханова? Поговаривали, что она цыганка и сбежала от мужа с табором.

- Никуда она не сбежала, просто ушла - вскоре после того, как отец установил свой первый рекорд. Если честно, я ее могу понять. Представьте: обычная повариха из шахтной столовой, неграмотная, не умевшая вести себя в обществе. А тут такая слава на отца свалилась, иностранные корреспонденты понаехали, приемы, санатории, встречи с делегациями. Она всюду должна была отца сопровождать, а как при этом выглядеть нужно, понятия не имела. Приехала однажды с отцом в Москву в пуховом платке, одетая, как принято у цыган.

Мне рассказывали, что Евдокия была красивой, яркой женщиной, но, видимо, и неглупой. Природный ум подсказал ей, что они с отцом теперь не пара. Сыграл роль и своенравный, свободолюбивый характер. Она вернулась к той жизни, в которой не нужно задумываться, как ты выглядишь, что можно говорить, а что нельзя. Стала жить с милиционером-цыганом, сделала аборт и умерла. Детьми не интересовалась, правда, Клаву поначалу хотела забрать. Ну зачем дочь ей была нужна? Чтобы научить танцевать, петь и гадать?

В нашем доме о Евдокии не вспоминали, и от мамы я никогда худого слова не слышала в ее адрес. Виктор ездил на родину, пытался разыскать могилу, но ничего не нашел. Думаю, судьба уберегла этих детей, они вырвались из той среды, где могли превратиться в таборных цыган. Росли в столице, в хороших условиях. Клава, хоть и родила еще в школе, стала инженером, вышла замуж. Да и Виктор получил прекрасное образование - сначала в Суворовском училище, потом в Военном училище имени Верховного Совета, которое считалось элитным. Он у нас был талантливым, сам научился играть на пианино, сочинял музыку, хорошо пел.

Отец проявил мудрость, определив сына в военные. А так неизвестно, что бы из него вышло. Может, и покатился бы по наклонной, как это случалось с некоторыми детьми высокопоставленных людей. После отъезда отца в Донбасс его товарищ Петров похлопотал о том, чтобы Клавдии и Виктору выделили квартиры. Вообще-то неприятности, начавшиеся после того, как отца выслали из Москвы, здорово нас всех закалили.

- Больше всех, наверное, досталось маме?

- До отъезда отца в Донбасс она не работала ни дня: занималась только домом и детьми. А тут пошла на телевидение, где подбирала актеров для массовок в музыкальных спектаклях, даже сама иногда снималась и была счастлива. У мамы был толстенный талмуд с актерскими типажами. Она знала всю театральную Москву, и такой подробной картотеки, как у нее, на телевидении больше не было. Артисты жили небогато, поэтому с удовольствием соглашались даже на эпизоды - хоть какая-то, да копейка. Потом маму пригласили на «Мосфильм».

Я же окончила три высших учебных заведения, получила престижную работу, благодаря которой объездила весь Советский Союз, часто бывала за границей. Фамилия заставляла всегда быть в первых рядах. Надо было следить за своей внешностью, поведением и речью.

«НА ПРОСЬБУ ПОХОРОНИТЬ СТАХАНОВА В МОСКВЕ СУСЛОВ ОТВЕТИЛ, ЧТО ГОСУДАРСТВО ЛУЧШЕ ЗНАЕТ, ГДЕ ДОЛЖНА БЫТЬ ЕГО МОГИЛА»

- А Стаханова вдалеке от Москвы уже не сдерживало ничего - пил, заглушая обиду и одиночество...

- Он по пьянке и женился там. У парторга Петрова, который в 35-м отцу в лаве путь фонарем освещал и рапортовал о его первом рекорде в Донецкий обком партии, была свояченица Антонина. Она по Стаханову вздыхала, еще когда он с Евдокией встречался. Когда судьба их снова свела в Торезе, Антонина Федоровна быстро сориентировалась: такой мужчина - и без присмотра. Надо сказать, она за ним нормально ухаживала. Приеду, открою шкаф - а там рубашки наглаженные, белье чистое.

Петров вступился за отца, когда ему жилье не хотели давать, думая, что он вернулся в Донбасс ненадолго. В конце концов, Стаханову выделили небольшой домик с садом, перевели на работу полегче - помощником начальника шахты. Жили они с Антониной в гражданском браке, и вдруг кому-то пришло в голову их расписать. Воспользовались тем, что отец был нетрезв, отвезли в загс (трезвым он бы не поехал) и оформили брак. Вот тогда-то маме и пришла бумага о разводе. Мама смирилась - ну характер у нее такой. А мы, дети, - нет. Позвонили в донецкий обком партии, подняли шум и добились того, что брак отца с Антониной Федоровной признали недействительным...

- Как воспринял Алексей Григорьевич известие о присвоении ему звания Героя Социалистического Труда через 35 лет после его сенсационного рекорда?

- Спокойно воспринял. Перегорел уже, наверное. Все стахановцы понимали: они могут рассчитывать на звание только после того, как его дадут отцу. Вот и ждали терпеливо, что о них вспомнят, а когда дело к пенсиям подошло, зашевелились: Героям Соцтруда пенсии назначались немаленькие. Отцу ведь и не нужно было каких-то титулов, регалий, он набирал номер и говорил просто: «Здравствуйте, я - Стаханов». Его любили, уважали и не отказывали в просьбах, тем более что он о многом и не просил. А позже, когда звание Героя Социалистического Труда стали давать многим, ему было очень обидно за себя и за ветеранов-стахановцев.

- Ваша мама как-то общалась с ним в последние годы?

- Она приезжала как-то, навещала его в больнице, и отец по привычке называл ее «козликом». Потом уже не ездила, но передавала гостинцы, расспрашивала о нем, когда кто-то из нас возвращался от отца. Как-то я связала их по телефону. Мама интересовалась его здоровьем, просила беречь себя и бросить пить.

Мы с Аллой были у него незадолго до смерти. Он лежал в больнице, в отдельной палате неврологического отделения. Посидели, а когда попрощались, как обычно, пошел в соседнюю палату, где лежали ребята-шахтеры, - отец все время проводил у них, рассказывал о жизни, о прежних временах. Кто-то обронил на пол корку от апельсина или банана, он поскользнулся и, падая, ударился головой о край стола. От удара смерть и наступила, но об этом мы узнали уже в Москве.

Мама тут же пошла на прием к Суслову и просила разрешения похоронить Стаханова в Москве. Суслов ответил, что герой принадлежит государству и государство лучше знает, где должна быть его могила. «А если вы хотите и после смерти быть с ним рядом, - сказал Суслов, - мы разрешим, чтобы вас похоронили в одной могиле». Мама ушла со словами: «Надеюсь, я проживу дольше, чем те, кто принимает такие решения». Она поехала с нами на похороны и шла за гробом вместе с детьми и Антониной. Ничего из вещей, которые остались в доме отца, мы не взяли. Антонина все собирала хрусталь, скупала ковры - тогда это считалось признаком достатка. Нам это было не нужно.

- А как потом сложилась мамина личная жизнь?

- Да никак. Претенденты были, даже очень солидные, но мама замуж больше не вышла. С отцом они были вместе более четверти века, и вероятно, мама понимала, что больше ни с кем не проживет такую яркую, сказочную жизнь, как с Алексеем Стахановым.

P. S. Виолетта Алексеевна Стаханова просит откликнуться украинских кинематографистов, располагающих информацией о документальном фильме, автором которого была ее сестра Алла Стаханова.



Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
1000 символов осталось