В разделе: Архив газеты "Бульвар Гордона" Об издании Авторы Подписка
И жизнь, и слезы, и любовь

Софико ЧИАУРЕЛИ крутилась как белка в колесе, бралась за любую работу, но денег все равно не хватало. Очень переживала о своей семье: «Господи, если меня не станет, что с ними будет?! Они же пропадут!»

Людмила ГРАБЕНКО. «Бульвар Гордона» 27 Февраля, 2013 22:00
Ровно пять лет назад, 2 марта 2008 года, великая актриса ушла из жизни
Людмила ГРАБЕНКО
Софико Чиаурели называли душой Грузии, а знаменитые режиссеры, среди которых были Сергей Параджанов, Тенгиз Абуладзе, Алла Сурикова, Всеволод Шиловский, считали ее своей музой и наперебой приглашали в фильмы. Ведь каждая картина с ее участием становилась настоящим событием: «Не горюй», «Цвет граната», «Мелодии Верийского квартала», «Древо желания», «Ищите женщину», «Миллион в брачной корзине», «Легенда о Сурамской крепости», «Ашик-Кериб». Говорят, сама Софико Михайловна больше всего любила «Несколько интервью по личным вопросам» Ланы Гогоберидзе, и не потому, что в 1980 году получила за эту работу Государственную премию СССР, просто судьба героини фильма в чем-то повторяла ее собственную. Интервью по личным вопросам Софико Чиаурели было бы скромным: два сына, двое внуков и два мужа. Первый — режиссер Георгий Шенгелая, с которым актрису связывала работа и от которого она родила детей. Второй — актер и спортивный комментатор Котэ Махарадзе, который позволил ей поверить, что в 40 жизнь и вправду только начинается. Любовь двух уже немолодых людей случилась на репетициях спектакля, в котором они играли главные роли. Это была не всепоглощающая страсть, как в молодости, а, скорее, беспредельная нежность и невозможность жить друг без друга. Когда не стало Котэ Ивановича, начался обратный отсчет и в жизни Софико Михайловны. Великая актриса умерла в 10 утра в воскресенье, 2 марта 2008 года, в своем доме в Тбилиси. Спустя всего три дня власти города, в котором она родилась и прожила всю жизнь, решили назвать ее именем одну из улиц. О Софико Чиаурели рассказывает кинорежиссер и сценарист Александр Марьямов, снявший с ее участием документальный фильм «Дорога к храму».
Кинорежиссер и сценарист Александр Марьямов снял с участием Софико Чиаурели документальный фильм «Дорога к храму»
«ТАКСИСТУ В ТБИЛИССКОМ АЭРОПОРТУ ДОСТАТОЧНО БЫЛО СКАЗАТЬ: «К СОФИКО ЧИАУРЕЛИ!» - И ОН ПРИВОЗИЛ К НЕЙ ДОМОЙ»

- Александр Александрович, как вы подружились с Софико Михайловной?

- Все началось со съемок фильма, посвященного ее родителям, - выдающемуся кинорежиссеру, актеру, художнику, скульптору Михаилу Чиаурели и Верико Анджапаридзе, которая входит в десятку величайших трагедийных актрис ХХ века по версии британской энциклопедии «Кто есть кто». Для Грузии это не просто семья выдающихся деятелей культуры, а легенда. Фильм мы назвали «Дорога к храму», время от времени его показывают по российскому телеканалу «Культура».

До сих пор помню, как приезжал к Софико Михайловне в Тбилиси, - любому таксисту в тбилисском аэропорту достаточно было сказать: «К Софико Чиаурели!», и он привозил вас к ней домой. В популярности дочь не уступала матери, которая была в Грузии национальной героиней. Смеясь, она мне рассказывала, как однажды на гастролях ее мать решила пойти на рынок. Стоило знаменитой актрисе ступить на его территорию, как по громкоговорителю объявили: «На наш рынок пришла великая Верико Анджапаридзе. Тот, кто возьмет с нее хотя бы копейку, пусть пеняет на себя». Поскольку Верико была не только скромной, но и гордой женщиной и подачек не хотела, ей ничего другого не оставалось, как развернуться и уйти.

 

- Так же в подобных ситуациях поступала и Чиаурели?

- Мы с ней объездили всю страну, и везде ее встречали по высшему разряду. Стоило Софико выйти из маши­ны, как ее тут же окружала огромная толпа - актрисе что-то говорили, пожимали руки, пытались хоть что-нибудь подарить. Но Софико, не в пример нынешним звездам, реагировала на такие проявления народной любви: пока со всеми поклонниками не поздоровается, не поговорит и не раздаст автографы, ее увести было невозможно.

Когда мы приехали на родину ее матери, в Кутаиси, она поднялась на балкон дома, в котором часто гостила в детстве. Видимо, на Чиаурели нахлынули приятные воспоминания, потому что ее красивое аристократическое лицо сделалось невероятно одухотворенным. «Скажи оттуда несколько слов, - попросил я, - а мы тебя снимем - должен получиться очень эффектный кадр». Но пока мы готовились - устанавливали камеру, выставляли свет - вокруг собралось столько народу, что снимать уже было нельзя.

- Похоже, Софико Михайловне на роду было написано стать актрисой?

- А вот она говорила, что вовсе не родилась с серебряной ложкой во рту, - ей приходилось доказывать, что дочь знаменитых родителей тоже что-то умеет. Например, Георгий Данелия (его мать и Верико Анджапаридзе - родные сестры) долго не воспринимал двоюродную сестру как актрису - он просто не представлял в этом качестве маленькую (Софико была на восемь лет младше его) девчонку, которая читала когда-то гостям стихи, взобравшись на табурет. И только увидев отрывки из спектаклей с ее участием на творческом вечере, он понял, что Софико на редкость талантлива. Правда, снял ее почему-то только в одном своем фильме - «Не горюй!», получившем несколько международных премий. Впоследствии Данелия признавался, что в этом фильме Софико играет самое себя.

- А говорят, на детях гениев природа отдыхает...

- Иногда это правило дает сбои, и в отношении Софико оно не сработало. Природа, скорее, отдохнула на ее детях.

«ВЫ ДАЖЕ НЕ ПРЕДСТАВЛЯЕТЕ, СКОЛЬКИХ ЛЮДЕЙ ОНА КОРМИЛА, ПОИЛА, ОДЕВАЛА И ОБУВАЛА»

Софико Чиаурели с родителями — кинорежиссером Михаилом Чиаурели и народной артисткой СССР Верико Анджапаридзе, 1972 год. «В популярности дочь не уступала матери, которая была в Грузии национальной героиней»

Фото «РИА Новости»

- У сыновей были плохие отношения с ней?

- Плохими я бы их не назвал, скорее, иждивенческими. Младший ее сын Александр серьезно болен, старший Нико - художник, но особых профессиональных успехов не достиг и денег не зарабатывал.

С первым мужем кинорежиссером Георгием Шангелая, от которого Софико родила сыновей Николая и Александра, 1973 год

Фото «ИТАР-ТАСС»

Поэтому всю разросшуюся семью: сыновей, невесток с внуками, с близкими и дальними родственниками - тащила на себе Софико. Невысокого роста, очень женственная, она держала на своих плечах огромную махину - вы даже не представляете себе, скольких людей кор­мила, поила, одевала и обувала.

Ей некогда было почивать на лаврах. Прославленная актриса крутилась как белка в колесе, бралась за любую работу, но денег все равно не хватало. Очень переживала о своей семье и часто говорила: «Господи, если меня не станет, что же с ними будет?! Они же пропадут!». Каждый день Софико садилась за руль и куда-то ехала - то на линейку в школу, то на какую-то фабрику, то в военную часть. Ее везде рады были видеть, а вот платили далеко не всегда - не у всех была такая возможность. Чиаурели это понимала и не обижалась. Просто возвращалась домой, падая с ног, отдыхала и наутро снова думала, где бы еще подзаработать. В результате просто надорвалась.

Со вторым мужем актером и спортивным комментатором Котэ Махарадзе Софико прожила по чти 30 лет. У них была не всепоглощающая страсть, как в молодости, а, скорее, беспредельная нежность и невозможность дышать друг без друга

- Обычно мужчины не­­лест­но отзываются о женщинах-авто­моби­ли­ст­ках. А как водила знаменитая актриса?

- Легко, уверенно, профессионально - она в этом смысле любому мужику могла фору дать. Любила большие надежные машины и за рулем своего любимого джипа смотрелась просто великолепно.

Софико Чиаурели и Котэ Махарадзе, сыгравший президента фон Вальтера в трагедии Шиллера «Коварство и любовь», 1988 год. В этом же Театре Марджанишвили зародились чувства будущих супругов — когда в 70-х годах они исполняли главные роли в спектакле «Уриель Акоста»

Хотя у нее в гараже стоял и другой автомобиль - роскошный золотистый «роллс-ройс» с кожаными сиденьями, который Эдуард Шеварднадзе подарил ее второму мужу Котэ Махарадзе. Показывая авто мне, она говорила: «Зачем это мне? Я бы продала, да боюсь, что обманут!». В житейских делах Софико Михайловна была удивительно не­прак­тичной. Я ей советовал поехать в соседнюю страну: «Ты же народная артистка не только Грузии, но и Армении, тебе там «роллс-ройс» продадут за минуту». Но поскольку автомобиль у нее мягко, но настойчиво вымогал старший сын, думаю, продать его так и не удалось.

- А что вам известно о судьбе легендарного дома Софико Чиаурели в центре Тбилиси?

С Анастасией Вертинской и Вахтангом Кикабидзе в комедии «Не горюй!», 1969 год

- Увы, об этом я ничего не знаю. Это был не просто красивый особняк, а настоящее родовое гнездо Чиаурели и Анджапаридзе - с особой, неповторимой творческой аурой. В его стенах бывали самые выдающиеся люди ХХ века - Станиславский и Немирович-Данченко, Фаина Раневская и Майя Плисецкая. Там пели, читали стихи, устраивали импровизированные театральные представления, обсуждали новые книги и фильмы. Впоследствии Софико и Котэ открыли на первом этаже этого дома театр, который назвали «Верико», где играли оба.

С Гией Бадридзе в кинодраме «Несколько интервью по личным вопросам», 1978 год

В этот дом я приходил, как в музей: в нем очень много картин, в том числе и уникальных, кисти самого Пиросмани. И хозяйка очень переживала из-за того, что после ее смерти все дорогие ей вещи пойдут с молотка: «Они продадут все, что мои родители и я собирали всю жизнь. Но самое страшное, - наш дом тоже». Боюсь, наследники Софико так и сделали, поскольку для них дом ничего не значил, а деньги за него можно выручить большие.

С Леонидом Куравлевым в ленте «Ищите женщину», 1982 год

- Софико Михайловна была радушной хозяйкой?

- Вы даже не представляете, до какой степени... Сколько бы людей ни приходило, для всех тут же накрывался роскошный стол, на котором стояли традиционные национальные блюда, а грузинское вино лилось рекой. Правда, сама актриса не готовила, у нее просто не было на это времени - ей помогала замечательная женщина, которая жила в их доме много лет.

С Вахтангом Кикабидзе в фильме «Мелодии Верийского квартала», 1973 год

При этом Софико не пила и очень мало ела: она старалась следить за собой - считала, что актриса не имеет права расслабляться, небрежно одеваться или набирать лишние килограммы. Во дворе ее дома был небольшой бассейн (впрочем, его и бассейном назвать трудно - приблизительно два на два метра), так она каждое утро в любое время года, за исключением совсем уж морозных дней, выходила, чтобы немного поплавать. Софико была очень энергичной, что делало ее женщиной вне возраста. Помню, однажды она мне призналась: «Знаешь, я не чувствую своих лет. Когда кто-то напоминает мне о моих годах, не реагирую - мне кажется, что речь идет о ком-то другом».

В кинокартине «Миллион в брачной корзине», лучшей комедии 1985 года, которую посмотрели 40 миллионов зрителей, слева направо: Александр Ширвиндт, Ольга Кабо, Софико Чиаурели. На переднем плане – Галина Соколова

- А чем она вас обворожила?

- У Софико было одно редкое качество - она умела веселиться. Никогда не забуду ее встречу со школьными подругами, свидетелем которой я стал во время съемок нашего фильма. Жизни этих женщин сложились по-разному, но ни одна из них не стала, как Софико, актрисой. Немолодые уже, серьезные матроны подшучивали друг над другом и баловались, как девчонки. А под занавес вынесли прямо во двор дома Софико рояль, и одна из ее подруг, музыкант по образованию, играла джазовые импровизации, вторая пела, а остальные слушали и танцевали. Даже не помню, когда я еще так отдыхал душой, как в их замечательной компании.

«СОФИКО СПОХВАТИЛАСЬ, КОГДА У НЕЕ НАЧАЛИСЬ СИЛЬНЫЕ БОЛИ, А ЭТО УЖЕ ПОСЛЕДНЯЯ СТАДИЯ РАКА»

- Почему ее не спасли?

- Так ведь Софико не обращалась к врачам - ей же надо было для семьи деньги зарабатывать, а на себя времени не хватало. Ну подумаешь, где-то кольнуло, в глазах потемнело, усталость накатила - она всего этого просто не замечала. И спохватилась, только когда у нее начались сильные боли, а это уже последняя стадия рака. Операцию Чиаурели все-таки сделали, но это не облегчило ее состояния - она умирала. Софико уезжала лечиться во Францию, в знаменитую клинику Артмана (там ей провели курс лучевой, а потом и химиотерапии), даже свой 70-летний юбилей в Париже отмечала, но и заграничные врачи ей не помогли...

- Помните свою последнюю встречу с актрисой?

- Это было приблизительно за год до ее смерти. В то время мы, к сожалению, виделись реже, чем нам бы хотелось, - воздушное сообщение между Россией и Грузией было закрыто, летать приходилось через Баку, а это долго и утомительно. Но тогда я приехал, потому что Софико пригласила меня на свой бенефис, где, кстати, познакомила с Эдуардом Шеварднадзе и грузинским католикосом Илией II. Было видно, что виновница торжества плохо себя чувствует, хотя виду она не подавала - держалась изо всех сил. Уже потом я понял, что тот вечер был ее прощанием - и с друзьями, и со зрителями.

И все же она надеялась... Уже будучи смертельно больной, буквально за не­сколь­ко месяцев до смерти, Софико работала над новым спектаклем «Запахи Аравии». Премьера должна была состояться осенью 2008 года, но весной ее не стало...

На похоронах я, к сожалению, не присутствовал - меня не было в стране, иначе бы обязательно полетел. Знаю, что Софико Чиаурели, как и ее мать, в последний путь провожал не только весь Тбилиси, но и вся Грузия.



Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
1000 символов осталось