В разделе: Архив газеты "Бульвар Гордона" Об издании Авторы Подписка
Дым Отечества

Московских окон негасимый свет

Юлия ПЯТЕЦКАЯ 2 Января, 2006 22:00
В Киеве состоялась премьера российского документального фильма «Недоверие» о причастности ФСБ к взрывам московских домов в 1999 году. В России картина запрещена
Юлия ПЯТЕЦКАЯ

"НЕСЧАСТНАЯ РОССИЯ! ДАЖЕ ПОВЕСИТЬ НЕ УМЕЕТ..."

Уже и не вспомнишь, когда слово "терроризм" стало неотъемлемой частью современной жизни и перекочевало из специфической лексики в общеупотребительную. Лучше всего это иллюстрирует устное народное творчество: сегодня анекдотов про террористов больше, чем про Петьку с Чапаевым. Поначалу слово настораживало, затем пугало, сейчас воспринимается на уровне банальной сводки новостей. "Террористы захватили самолет"...

На днях в Киеве состоялась премьера документальной картины российского режиссера Андрея Некрасова "Недоверие" о взрывах в 1999 году многоквартирных московских домов - на Каширском шоссе и улице Гурьянова. Взрывы практически сразу объявили чеченскими террористическими актами, назвали взрывчатое вещество - гексоген - и поразительно быстро закрыли уголовные дела. Правда, был еще один дом, уцелевший в силу причудливых обстоятельств. Уже не в Москве, а в Рязани, и может, именно провинциальная бдительность спасла людей от гибели.

Поздно вечером рязане, настропаленные недавними терактами в Москве, заметили у подъезда автомобиль, откуда вышли трое неизвестных с мешками и спустились в подвал. Обеспокоенные жители немедленно сообщили об этом в милицию, которая не сразу, но все-таки приехала и с удивлением обнаружила в мешках гексоген, а плюс ко всему взрывное устройство кустарного производства. Жильцов срочно эвакуировали, а по горячим следам затеяли расследование, не особо рассчитывая на успех. Каково же было всеобщее удивление, когда оказалось, что номера таинственной машины, подвозившей в тот вечер незнакомцев с гексогеном, принадлежат ФСБ. Такой крайне неприятный прокол... По-моему, кто-то из пяти неудачно повешенных декабристов, рухнувших вместе с веревкой на землю, произнес: "Несчастная Россия! Даже повесить не умеет...".

Через несколько суток выяснилось, что вовсе не гексоген это был, а обычный сахар - дескать, в одном из жилых рязанских домов решили провести военные учения.

Тогда еще в России погуливал ветер свободы, гласности и демократии, и на НТВ сделали передачу (ее фрагмент показан в картине Некрасова) с участием рязанских жильцов-очевидцев и крупных военных чинов, уверявших, что никакого теракта не было и быть не могло. Помнится, даже ведущий вышел из себя, слушая, как солидные генералы, не стесняясь погон и выслуги лет, развивали версию "сахарных учений".

Кстати, работая над фильмом, Некрасов так и не смог отыскать рязанских жителей уцелевшего дома, принимавших участие в той приснопамятной передаче. "Все, кто выступал тогда по телевизору, будто растворились, канули...". Зато режиссер нашел "террориста", на которого пытались повесить взрыв, - москвича, чеченца Тимура Дахкильгова. Дахкильгов провел три месяца в заключении, где его "уговаривали" взять вину на себя. Не уговорили. Молчаливый, улыбающийся человек. В картине вместо него в основном говорит супруга Лидия, периодически срываясь на плач. "Тимуру сказали: "Не подпишешь, возьмем твою жену с детьми, привезем на улицу Гурьянова и скажем: "Это жена террориста, который взорвал ваш дом!", а ты будешь сидеть в машине и смотреть, что с ней там сделают".

"Недоверие" - фильм документальный, сдержанный, без категоричных оценок и обличительного пафоса. Своих главных героев, вернее, героинь - сестер Татьяну и Алену Морозовых из дома на Гурьянова - Некрасов нашел совершенно случайно. К моменту трагедии Татьяна несколько лет жила в Америке, а Алена в тот злосчастный вечер находилась у своего приятеля из соседнего подъезда. "Он собирался меня провожать и вышел покурить на кухню. Больше мы не виделись... Я внезапно оглохла и почувствовала, что пол будто накренился. На меня начал падать шкаф, я звала на помощь... А затем передо мной образовался провал, и я вдруг поняла, что именно там сейчас находится моя мама".

Узнав о гибели матери и чудом спасшейся сестре, Татьяна прилетела из Штатов и поначалу, как большинство, приняла версию чеченского теракта. А спустя время девушка узнала о книге американского журналиста, бывшего московского корреспондента Дэвида Саттера, утверждающего, что взрывы домов в Москве организованы ФСБ, дабы обеспечить Владимиру Путину победу на выборах.

МОЧИТЬ ВРАГА В СОРТИРЕ

Еще не оправившись от шока, Татьяна Морозова начинает свое расследование вместе с режиссером Андреем Некрасовым. Милуоки, Москва, Денвер, Вашингтон, Лондон, где Татьяна беседует с бывшим эмиссаром чеченских боевиков Ахмедом Закаевым, Урал и снова Милуоки. "Я следил за событиями, связанными с московскими взрывами с первого дня, - рассказывает Некрасов, - и меня не покидало ощущение, что для чеченских террористов данный случай как-то нетипичен".

И действительно - чеченцы, всегда охотно берущие на себя ответственность за теракты, на этот раз вовсю открещивались и почти обиделись, что им шьют такое невразумительное дело. По мнению того же Закаева, в 1999 году теракты Чечне были абсолютно не выгодны - это означало бы начало новой, гораздо более страшной войны. Войны на уничтожение.

Путин же действительно шел в президенты и позиционировался как единственный человек, способный навести в стране порядок, - "чистые руки, горячее сердце, холодная голова". Владимир Владимирович обещал "мочить врага в сортире", что, безусловно, многих подкупало. Образ внешнего агрессора был практически сформирован и сформулирован, осталось добавить пару выразительных штрихов. Возможно, ими и стали две панельные многоэтажки - одна на Каширском шоссе, вторая на улице Гурьянова. С третьей не получилось. Вместо гексогена в мешке обнаружили "сахар".

В принципе, версия "Путин взорвал свои дома" очень смахивает на "Буш взорвал свой Торговый центр", у которой тоже хватает сторонников по всему свету. Мне кажется, чтобы принять подобное, нужно быть человеком крайне циничным. Или крайне разуверившимся. Или просто много знать.

Одним из главных экспертов в картине стал известный российский адвокат, полковник ФСБ в отставке, член Комиссии по расследованию московских терактов Михаил Трепашкин, своими силами пытавшийся найти причастных не только к взрывам в 1999-м, но и к теракту на Дубровке. Как человек сведущий, российский адвокат убежден, что такая сложная военная операция, как теракт, невозможна без участия внутренней агентуры. В 1995-м Трепашкин возглавил операцию ФСБ по задержанию группы вымогателей, среди которых оказалось несколько чеченцев, в том числе один полевой командир. В процессе следствия обнаружилось, что за вымогателями стоят чины МВД...

"А вы не боитесь этим заниматься?" - спрашивает в фильме Татьяна Морозова адвоката. "Мне нечего бояться. Я честно выполняю свою работу...". Трепашкина арестовали еще до выхода "Недоверия", аккурат в очередную печальную годовщину "Норд-Оста", внаглую подбросив адвокату в машину пистолет и инкриминировав поначалу незаконное владение оружием, а затем и разглашение гостайны.

"В РОССИИ НЕЛЬЗЯ ПРОИЗНЕСТИ СЛОВО "РЕВОЛЮЦИЯ"

Впервые "Недоверие" показали в США на самом престижном смотре независимого кино "Санденс", после чего картина проехалась по миру, получив несколько призов. В России фильм Некрасова запрещен. "Ну как запрещен? - вздыхает режиссер. - Ни один телеканал его не взял. Говорят, российскому зрителю это неинтересно...". Зато это оказалось интересно телезрителям Прибалтики. А вот наш "5 канал" почему-то отказал "Недоверию". Сейчас Андрей Некрасов собирается снимать кино про отравление Виктора Ющенко. Спонсирует проект Борис Абрамович Березовский.

- Андрей, БАБ - фигура неоднозначная. Может, в таких случаях лучше скрывать источник финансирования?

- (Смеется). Предпочитаю говорить правду. Все равно ведь узнают... Я не имею никакой личной выгоды от общения с Березовским, но считаю, что этот человек, с его умом шахматиста, чисто прагматически мог бы очень многое дать России. При нынешнем ужасающем засилье шариковщины в нашей стране нужно не избавляться от таких людей, как Березовский и Ходорковский, а использовать их на всю катушку.

- Чем вам так интересна история с отравлением украинского Президента?

- Во-первых, мне вообще интересно все, что произошло у вас год назад. Понимаете, в современной России нельзя произнести слово "революция". Это неприлично! В Украине это слово было сказано вовремя. И если Россия в ближайшее время не научится его произносить, начнется страшный регресс, который в итоге все равно приведет к революции. Только не к интеллигентной, как у вас, а к бессмысленной, кровавой и беспощадной.

А отравление Ющенко мне интересно как художнику. Почти шекспировская история! Мне очень импонирует ваш Президент, но пока у меня нет своей точки зрения относительно его отравления. Хочется посмотреть на это с разных сторон, послушать экспертов... Сейчас я нахожусь в процессе накопления материала.

- Создалось впечатление, что вы знаете больше, чем показали в своем фильме.

- (Улыбается). И все-таки многого я не знаю. Например, мне интересно было бы посмотреть на человека, придумавшего такую операцию - дома взрывать. Просто посмотреть: какой он? как выглядит? как разговаривает? Такое чисто режиссерское любопытство...

Некрасов не знает, кто отравил нашего Президента и кто взорвал московские дома. В отличие от американского журналиста он избегает прямых обвинений: "Я не следователь и не политик. Я режиссер и буду ставить вопросы".

Зачастую государство, если это не какая-нибудь благополучная Швейцария, напоминает мне маньяка-убийцу, логику которого постичь невозможно. Поздним вечером, накануне выборов ты просто выйдешь покурить на кухню, как друг Алены Морозовой... Было такое увлекательное кино "Поля смерти" про хитроумного серийного убийцу мистера Мада в исполнении великолепного Джона Малковича. "Иногда мистер Мад убивает, - говорил он. - Иногда не убивает...".



Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
1000 символов осталось