В разделе: Архив газеты "Бульвар Гордона" Об издании Авторы Подписка
За кадром

После расставания с любимым человеком — летчиком из легендарной эскадрильи «Нормандия — Неман» актриса Инна УЛЬЯНОВА так и не устроила личную жизнь, а со временем начала пить

Людмила ГРАБЕНКО. «Бульвар Гордона» 2 Июля, 2014 21:00
30 июня знаменитой Маргарите Павловне из культового фильма Михаила Козакова «Покровские ворота» исполнилось бы 80 лет
Людмила ГРАБЕНКО

Эту актрису невозможно было не заметить — даже эпизодическая роль в ее исполнении вызывала у зрителей восторг, как это было, например, с ее подвыпившей Дамой с лисой в культовом фильме Татьяны Лиозновой «Семнадцать мгновений весны»: «В любви я — Эйнштейн!».

Ульянова сыграла замечательные роли в таких фильмах, как «Раба любви», «Утомленные солнцем», «Где находится нофелет?», «Когда я стану великаном», «Биндюжник и Король», но звездой ее сделал фильм Михаила Козакова «Покровские ворота».

Автор сценария и одноименной пьесы драматург Леонид Зорин вспоминает, что поначалу роль Маргариты Павловны — «женщины выдающегося ума», должна была сыграть Наталья Гундарева, но режиссер нашел другую актрису. На вопрос драматурга, какую именно, ответил: «Неважно, просто поверь: она — именно то, что нам нужно». После просмотра первых же отснятых эпизодов автор сценария был покорен органичностью и обаянием актрисы, а вслед за ним, когда фильм впервые показали по телевизору, Ульянову полюбила вся страна.

В отличие от своей героини, окруженной сразу двумя мужчинами — обаятельным Саввой Игнатьевичем и «оставленным, но не вполне отпущенным» Хоботовым, актриса устроенной личной жизнью похвастаться не могла. Она несколько раз была замужем, но каждый новый брак заканчивался разводом, да и детей Инне Ивановне Бог не дал.

К сожалению, сегодня вспоминают не о ролях Ульяновой и даже не о ее личной жизни, а о квартире в элитном доме на Фрунзенской набережной Москвы, ставшей после смерти яблоком раздора и, как следствие, судебного разбирательства среди родственников. Обойдя в завещании родную племянницу и маму, живущую в доме престарелых, актриса завещала недвижимость совершенно чужому ей человеку — своей знакомой Марине Моматюк. После долгих тяжб Моматюк согласилась на материальную компенсацию, а квартира отошла законным наследникам.

За месяц до смерти Инна Ивановна перенесла серьезную операцию. Первое время знакомые и соседи по дому приходили к ней, чтобы делать перевязки. Когда актриса перестала пускать их в квартиру, а потом и отвечать на звонки, они заподозрили неладное и взломали дверь — Инна Ивановна лежала на полу без сознания — она умерла в машине «скорой помощи» по дороге в больницу.

На прощание с Ульяновой в театр «Содружество актеров Таганки» пришло всего несколько человек. Похоронили актрису на Ваганьковском кладбище рядом с могилой ее отца, в 2008 году был установлен памятник: на невысокой колонне бюст — Дама с лисой...

РЕЖИССЕР СЕРГЕЙ АРЦИБАШЕВ: «ИННА ИВАНОВНА ОЧЕНЬ СТРАДАЛА ОТ ОДИНОЧЕСТВА, НО НИКОГДА ЭТОГО НЕ ПОКАЗЫВАЛА — НЕ ХОТЕЛА, ЧТОБЫ ЕЕ ЖАЛЕЛИ»

Актер и режиссер, художественный руководитель Театра на Покровке Сергей Арцибашев на похоронах Инны Ульяновой попросил у нее прощения за то, что не все спектакли, в которые он ее приглашал, дошли до зрителей.

— Сергей Николаевич, сколько раз вы предлагали роли Инне Ивановне?

— Четыре. Наша первая совместная работа — спектакль «Полтора квадратных метра» по повести Бориса Можаева, где Ульянова играла одну из главных ролей, во

Первая работа Ульяновой в кино — эпизод в массовке
в фильме Эльдара Рязанова «Карнавальная ночь», 1956 год

всяком случае, я ее таковой сделал. Но на каком-то этапе репетиций к ним подключился Анатолий Васильевич Эфрос, изменил сценарный ход, и работа Ульяновой стала эпизодической. Спустя время я начал работать над спектаклем по пьесе Александра Червинского «Ленинградец», где у Инны была совсем другая роль — любопытной, общительной и заботливой мамы главного героя. К сожалению, этот спектакль ждала еще более печальная судьба — его просто закрыли.

— У вас было настолько смелое режиссерское решение?

— Главный герой представлял компетентные органы, на что мне сказали: «Зачем вы в это лезете — вам, что, тем не хватает?». Пришлось отступиться. Третьей нашей совместной работой стал спектакль по пьесе Людмилы Петрушевской «Уроки музыки». Ульяновой досталась роль Таисии Петровны, матери главного героя, которую она играла замечательно. Там вообще собрался чудесный актерский состав, мы очень хорошо работали, но после того, как показали худсовету первый акт, Николай Николаевич Губенко, возглавивший к тому времени «Содружество актеров Таганки», спектакль закрыл.

Каждая незавершенная работа печально отзывается в душе актера: ты трудился, тратил душевные и физические силы, ждал результата, а его нет — остается рубец на сердце. Поэтому, когда через много лет я снова предложил Инне роль свахи Феклы Ивановны в своем спектакле «Женитьба» в Театре на Покровке, она отказалась: «Мы с тобой уже три раза пробовали, ничего не получилось — больше не хочу». К счастью, мне удалось ее уговорить: «Давайте попробуем еще раз».

Мы начали репетировать, Ульянова увлеклась, и у нее получилась великолепная, мастерски сделанная и психологически тонкая роль. Правда, время от времени мне приходилось ее прижимать: яркие и сочные краски, свойственные Ульяновой-актрисе, в этом спектакле не понадобились, наоборот, нужны были мягкие, пастельные тона. После премьеры Инна признавалась, как мучительно ей было отказываться от своих актерских штампов: Инна Ивановна владела множеством приемов, которые всегда вызывали восторг у зрителей, старалась их протащить, я ей запрещал, и она ужасно раздражалась.

В этом спектакле работало много приглашенных артистов, и, как я впоследствии узнал, по вечерам они созванивались и начинали перемывать мне кости: называли меня тираном и деспотом, который не знает, чего хочет, поэтому нужно все бросать и уходить. К счастью, Инна Ивановна не поддалась эмоциям и обидам и продолжала работать.

Впоследствии за эту свою роль Ульянова получила Государственную премию. Отблагодарила она меня за это памятным подарком — на одну из наших посиделок, которой предшествовал капустник, принесла семейную реликвию — четыре Георгиевских креста, то есть полный набор георгиевского кавалера. Они хранятся у меня как память об этой удивительной актрисе и замечательном человеке.

— В работе Инна Ивановна не капризничала?

Инна Ульянова, 1959 год

— Ни в коем случае! Несмотря ни на какие личные невзгоды или проблемы со здоровьем, Ульянова всегда была собранна, дисциплинированна, профессиональна и готова к работе. Но больше всего меня поражала ее способность постоянно пребывать в хорошем настроении, не раскисать и не расплываться, а, наоборот, тонизировать и будоражить своим оптимизмом окружающих.

Когда Инна со своей мощной энергетикой появлялась в театре, все как будто просыпались и начинали работать.

— Зрители, которые не видели Ульянову в театре, помнят ее в основном по роли Маргариты Павловны из «Покровских ворот». Она не считала себя актрисой одной роли?

— Беда актерской профессии в том, что человека, который однажды удачно вписался в какой-то типаж, потом постоянно в нем

Сергей Арцибашев: «Когда Инна со своей мощной энергетикой появлялась в театре, все будто просыпались»

эксплуатируют. Особенно это касается кино, в театре у Ульяновой были пусть и небольшие, но разнообразные роли. Хотя, думаю, она и тут чувствовала себя невостребованной.

Чтобы играть много, актрисе нужно встретить режиссера, который влюбился бы в нее как в творческую личность и ставил бы спектакли только на нее. Поначалу Инне Ивановне повезло — она встретила знаменитого питерского режиссера Николая Акимова, в театре которого была примой. Он ее не просто любил, а обожал — бегал вокруг нее, утверждая, что она гениальная актриса. Оценка такого человека — Акимов в то время был одним из ведущих режиссеров страны — много значит. В отношении Ульяновой она была справедлива, ведь Инна Ивановна обладала мощным диапазоном — ей были подвластны роли от буффонады до трагизма.

Конечно, ее коньком была гротескная комедия, она этим просто упивалась, ей нравилась энергия радости и смеха, но хотелось и глубоких психологических ролей. Намеки на это есть даже в эпизодах — например, в «Женщине с лисой» из «Семнадцати мгновений весны». Маленький кусочек, а какая концентрация тоски, одиночества, женского отчаяния...

С Акимовым Ульянова рассталась, когда на него начались гонения, другого такого режиссера больше не встретила, и печаль затаилась у нее в душе: тяжело в начале своей творческой карьеры попасть в первачи, а потом отойти на второй план. Ты уже привык слышать в свой адрес медные трубы, и вдруг — тишина.

В режиссерском театре Юрия Петровича Любимова все актеры являлись красками, и Ульянова была на этом полотне очень яркой — достаточно вспомнить, как она играла в таких спектаклях, как «Добрый человек из Сезуана», «А зори здесь тихие», «Десять дней, которые потрясли мир». Прекрасная работа была у нее и в «Мизантропе» у Анатолия Васильевича Эфроса. Тем не менее взрыва, на который Инна Ивановна была способна, в спектаклях Любимова не случилось. Она действительно многое не сыграла, но в тех ролях, которые ей доставались, выкладывалась максимально, поэтому так отчаянно рвалась на сцену... А роль Маргариты Павловны стала для нее знаковой, Инну по ней часто узнавали, и, по-моему, ей это нравилось.

— В жизни она была одинока?

— Боюсь, что да. Личная жизнь у этой яркой, энергичной и энергетичной женщины почему-то не складывалась. Сумасшедший роман с французским летчиком из эскадрильи «Нормандия — Неман» Жаном-Пьером Константеном закончился расставанием. Ульянова боялась, что из-за этого у ее отца, занимавшего высокий пост, начнутся неприятности, а больше подобной любви Инна не встретила, поэтому и отдавалась целиком работе.

 С Александром Панкратовым-Черным в комедии «Где находится нофелет?», 1987 год

То, что у нее не было семейного очага, что по вечерам никто не ждал ее дома, безусловно, накладывало свой отпечаток, но Ульянова была очень позитивным человеком и даже в своем одиночестве пыталась найти положительную сторону — ничто не отвлекало ее от экрана и сцены.

«В любви я Эйнштейн!». Вячеслав Тихонов (Штирлиц)
и Инна Ульянова (Дама с лисой), «Семнадцать мгновений весны», 1972 год

Тем не менее она, конечно, страдала, хотя никогда и никому этого не показывала — не хотела, чтобы ее жалели. Ни за кулисами, ни в поездках, ни на гастролях я ни разу не замечал, чтобы Ульянова с кем-то обсуждала свою личную жизнь. При этом она могла быть усталой, грустной или в плохом настроении, но стоило появиться хотя бы одному зрителю, тут же преображалась: люди должны знать, что у нее все хорошо. Согласитесь, редкое качество — большинство из нас стараются переложить все свои проблемы на окружающих.

— Умерла Ульянова в одиночестве, проститься с ней пришло всего несколько человек, да и те не принесли цветов...

— Цветы все-таки были, но действительно не в том количестве, которого достойна такая актриса. А вот людей и

Борис Грачевский: «В профессии Инна сделала все, что могла, чего не скажешь о личной жизни»

правда пришло мало. Наверное, закадычными подругами она так и не обзавелась, а почему не пришли проводить ее в последний путь те, с кем она работала в театре и кино, не знаю. Возможно, всему виной то, что в последние годы жизни Инна сознательно уходила от общения — то ли за что-то обижалась на окружающих, то ли просто не нуждалась в них, в результате рядом с ней почти никого не осталось...

БОРИС ГРАЧЕВСКИЙ: «ПОСЛЕ ТОГО КАК ИННА ИЗ-ЗА ЗАПОЯ СОРВАЛА НАМ СЪЕМКУ, Я СКАЗАЛ ЕЙ: «ДРУЖИТЬ БУДЕМ, А ВМЕСТЕ РАБОТАТЬ — НЕТ»

Художественный руководитель детского юмористического журнала «Ералаш» Борис Грачевский вопреки всеобщему мнению считает, что эпизодические роли, в которых ее часто использовали режиссеры, были не бедой, а коньком Инны Ульяновой.

— Борис Юрьевич, почему вы считали Инну Ивановну находкой для «Ералаша»?

— Потому что она была грандиозной артисткой — яркой, характерной, неповторимой и в отличие от других не боялась быть смешной. Помню, как впервые обратил внимание на Ульянову — благодаря фильму Татьяны Лиозновой «Семнадцать мгновений весны», где она сыграла роль Дамы с лисой и заявила о себе как о мастере блистательного эпизода. Спустя какое-то время мы запустили «Ералаш», в котором Инна Ивановна сыграла несколько роскошных ролей. Работала она всегда очень собранно, четко и спокойно, с улыбкой и небольшим приколом — детям, для которых мы работали и работаем, она очень нравилась.

Потом случилась неприятная история: мы ждали Ульянову на съемки, но она не приехала — не предупредила нас, на звонки не отвечала. Как оказалось, она банально запила — впоследствии оказалось, был у Инны Ивановны такой грех. Поскольку я очень не люблю, когда подводят в делах, то после этой истории сказал ей: «Дружить будем, а вместе работать — нет».

— И дружили?

— Рабочий конфликт не отразился на наших отношениях, они остались теплыми, а сама она была мне настоящим товарищем, хотя теперь, спустя годы, я понимаю, что тогда серьезно обидел ее. Тем не менее Инна Ивановна приглашала меня на все свои театральные премьеры. В каждом спектакле ей удавалось создавать замечательные роли, хотя, на мой взгляд, самой грандиозной театральной ролью Ульяновой стала Сваха в спектакле Сережи Арцибашева «Женитьба» — она в ней просто купалась.

После премьеры мы с ней сидели рядом на банкете, и она буквально светилась от счастья — работа для нее очень много значила, составляла смысл ее существования. Принято считать, что Ульянова не реализовалась в профессии, но мне кажется, это не так. Она играла много, работы у нее были самые разные — от комедии до трагедии, и с каждой она справлялась мастерски. В конце жизни Инне Ивановне не о чем было жалеть — в профессии она сделала все, что могла, чего не скажешь о личной жизни.

ЭКС-ДИРЕКТОР ТЕАТРА НА ТАГАНКЕ НИКОЛАЙ ДУПАК: «ИННА УМОЛЯЛА ЛЮБИМОВА НЕ ПРИВАТИЗИРОВАТЬ ТЕАТР — ГОВОРИЛА, ЧТО ЭТО ЕГО РАЗРУШИТ»

Актер и экс-директор Таганки Николай Дупак — человек легендарный, существование знаменитого театрального коллектива неразрывно связано с его именем. «Об Инне Ивановне, — признается он, — я сохранил самые добрые воспоминания».

— Инна была очень добрым, трудолюбивым и безотказным человеком, — говорит Николай Лукьянович. — На Таганку она пришла еще до Любимова — тогда это был Московский драматический театр, организованный Александром Плотниковым. Когда в нем появился Юрий Петрович, вокруг должности главного режиссера крутилось много интриг, но мы отстояли именно его. Так и появилось на свет то выдающее явление искусства, которое называют Театром на Таганке.

—В интервью Инна Ивановна как-то сказала, что на его сцене «много раз перевоплощалась то в палку, то в мешок, да все без толку». Отношения с Юрием Петровичем у нее не сложились?

Виктор Борцов (Савва Игнатьевич), Олег Меньшиков (Костик) и Инна Ульянова (Маргарита Павловна)
в лирической комедии «Покровские ворота», 1982 год

— Я бы так не сказал — она была занята практически во всех его спектаклях, начиная с «Доброго человека из

Александр Яцко: «Инна Ивановна
была настоящей дамой»

Сезуана», где блистательно играла домовладелицу Ми Дзю. Инна хорошо вписалась в новую потрясающую команду — Володя Высоцкий, Леня Филатов, Боря Хмельницкий, Иван Дыховичный... Никого из них уже нет в живых, надорвались и погибли, как солдаты на фронте... Они же играли с сумасшедшей отдачей и нервом, работали по 24 часа в сутки. К тому же нужно было строить театр, который достался нам от прежнего руководства в плачевном техническом состоянии.

Поэтому я возил артистов на так называемые шефские концерты — использовал их талант, чтобы достать необходимые для театра стройматериалы: нужен кирпич — едем в Загорск, находится завод по его производству, нужны металлоконструкции — отправляемся в Видное...

Никто ни разу не отказался, но Ульянова и тут была первой — не помню, чтобы она заболела или не пришла.

Потом начались другие напасти. Так, Юрия Петровича очень изменили его поездки за рубеж и особенно пребывание в Венгрии, во время которого он предпочел Каталин Кунц Людмиле Целиковской. Когда, вернувшись, Любимов решил приватизировать театр, актеры были в шоке и боролись за него как могли.

Самым активным участником этого внутритеатрального сопротивления стала Инна Ивановна, помню, как она умоляла: «Юрий Петрович, миленький, а как же быть нам?! Вы же все делали для того, чтобы создать коллектив, а теперь сами же хотите его разрушить!». Когда театр разделился, Ульянова ушла в труппу Николая Губенко, но продержалась там недолго — не нашла общего языка с главным режиссером. С тех пор играла только в антрепризах.

АКТЕР АЛЕКСАНДР ЯЦКО: «НА ТАГАНКЕ МЫ НАЗЫВАЛИ УЛЬЯНОВУ ИНЕЗИЛЬЕЙ»

Александр Яцко играл с Инной Ульяновой в спектаклях Театра на Таганке, а потом пригласил ее в свою антрепризу — театр «Русский глобус».

Николай Дупак: «Инна была очень
добрым, трудолюбивым и безотказным человеком»

— Александр Владимирович, девушки, отправляющиеся штурмовать театральные училища, мечтают играть Джульетту и Наташу Ростову. Инна Ивановна не боялась быть смешной?

— Комедийный дар был особенностью, выделявшей ее среди других актрис, и она умела этим пользоваться. Ульянова любила повторять произнесенную кем-то в ее

С Еленой Кореневой в «Покровских воротах».
«Роль Маргариты Павловны стала для Ульяновой
знаковой — ее часто узнавали, и ей это нравилось»

адрес фразу: «В то время как вокруг повышают цены, вы повышаете настроение». Другое дело, что за успех в нашей профессии — а Инна Ивановна была успешной актрисой — приходится дорого платить.

Жизнь со временем превращается в работу, все главное и интересное происходит на съемочной площадке и сцене, поэтому среди нашего брата актера так много людей с несложившейся личной жизнью — она у Ульяновой не задалась, потому что сцена высасывает все. Это, конечно, не является законом, но случается довольно часто.

— Ваша профессия стоит таких жертв?

— Конечно, хотя мы идем на это неосознанно, как-то само собой так получается. Видимо, оттого, что всю свою душу, все силы отдаем сцене. В результате получается замкнутый круг: со временем человек посвящает себя выдуманной жизни, потому что в реальности с ним в этом смысле уже ничего не происходит.

Но надо отдать Инне Ивановне должное — она не унывала. Ульянова вообще была классной, смешной и забавной теткой. Хотя, знаете, слово «тетка» в данном случае не совсем точное... На Таганке мы называли ее Инезильей: во-первых, это имя созвучно ее собственному, а во-вторых, было в ней что-то неуловимо аристократическое. Ей невероятно шли сложные укладки и шляпки, которые она с удовольствием носила. В общем, Инна Ивановна была настоящей дамой...

Алла Казанская, Никита Михалков, Инна Ульянова и Олег Меньшиков в оскароносной картине Михалкова «Утомленные солнцем», 1994 год


Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
1000 символов осталось