В разделе: Архив газеты "Бульвар Гордона" Об издании Авторы Подписка
В гостях у сказки

Шиворот-навыворот

Анна ШЕСТАК. «Бульвар Гордона» 3 Июля, 2014 21:00
В прокат вышло фэнтези «Малефисента» с Анджелиной Джоли в главной роли
Анна ШЕСТАК

Как только не ругают новую голливудскую сказку «Малефисента»: и торжество компьютерной графики, и феминистская притча с лесбийским подтекстом, неуместным в детском фильме, и мотивации у персонажей нет, и главная героиня — эротический кошмар, сатанинское отродье с рогами... Порой, почитав рецензии и отзывы людей, живущих на постсоветском, а местами еще очень даже советском пространстве, не могу определить, в каком же все-таки времени они существуют. То ли в глубоком Средневековье, то ли в глубоком СССР 30-х годов. Им бы еще трибуну и возможность выступить с обвинительной речью на каком-нибудь съезде глубоких писателей, где решается, кого сразу назначить врагом народа, а кого так, попугать пока... «Малефисента» — замечательная сказка! Лучший фильм с участием Анджелины Джоли, с которым даже близко нельзя поставить ни «Солт», ни «Туриста», ни «Лару Крофт», ни тем более «Особо опасен» Тимура Бекмамбетова, который, в принципе, вообще нельзя было ставить, но это, как говорится, совсем другая история...

СКАЗКА СКАЗКОЙ, А ВСЕ ОЧЕНЬ ЖИЗНЕННО

На Западе давно модно рассказывать сказки и легенды шиворот-навыворот, не придерживаясь всем известных сюжетов, а придумывая новые ходы, повороты, не­предсказуемые развязки... Так получились популярнейшие фэнтези-сериалы «Мерлин», «Гримм», «Атлантида», «Сонная лощина», так появились «Мушкетеры» BBC, где Атос не убивает Миледи, а Констанция не умирает в Бетюнском монастыре. Из той же серии фильмов и «Малефисента». Историю Спящей Красавицы знают, наверное, во всех странах мира, и ее экранизацией никого не удивишь: ну, родилась, ну, проклятие, ну, выросла, укололась веретеном, заснула, пришел прекрасный принц — и хеппи-энд. Потому сценарист Линда Вулвертон, работавшая в таких картинах, как «Аватар» и бертоновская «Алиса», и режиссер Роберт Стромберг (он же дизайнер «Аватара») пошли другим путем. Сказку у них рассказывает сама Спящая Красавица, ставшая впоследствии великой королевой, и рассказывает не о себе, а... о злой колдунье.

Не знаю, кому как, а мне лично всегда не хватало в сказках хоть какого-то объяснения, почему волшебницы, королевы, мачехи и так далее становятся негодяйками: что в их жизни такое ужасное случилось? В фильме Стромберга есть вариант ответа — измена. Так бы и летала Малефисента доброй феей в небесах, если бы друг детства и любимый человек Стефан не обманул и не отрезал крылья — чтобы принести их алчному королю людей, рассказать о своем «подвиге», жениться на глупой принцессе и сесть на трон. И если бы не вероломство Стефана, не пострадала бы его дочь, которую приговорили к тому, что в день 16-летия ей суждено уснуть вечным сном...

Вот вроде бы сказка сказкой, и действие происходит в выдуманном мире, где ворона можно запросто превратить в человека, а человека в волка, но все очень жизненно. Две страны расположены по соседству, и в одной есть король, которого боятся и перед которым выслуживаются, а в другой отродясь не было ни правителей, ни угнетения. В одной стране живут своей жизнью, в другой — жизнью соседей, думая: а что это они, а чего это у них, а как бы им помешать? И в конце концов король развязывает войну: мол, и негодяев этих, живущих свободно, научу уму-разуму, и земли новые захапаю. Мирные жители соседней страны для него сплошь гады и отродья, беззаботные феи — ведьмы, подлежащие уничтожению, и вообще, все, что за пределами его государства, заслуживает лишь одного — быть завоеванным и присоединенным, и где-то глубоко в душе даже мечтает об этом, только признаться и попроситься в рабство пока не решается...

МАТЕРЯМ НУЖНО СРОЧНО ЗАПРЕТИТЬ ЦЕЛОВАТЬ ДОЧЕРЕЙ В ЛОБ: ЭТО ИЗВРАЩЕНИЕ!

Когда Малефисента и другие жители страны-без-короля дают отпор захватчикам — это ведьмы, эльфы и другие исчадия ада восстали против людей. Когда вероломный Стефан приносит отрезанные крылья — это смелый и доблестный рыцарь в честном бою победил крылатую с­терву. Когда вокруг земель, где живут феи, вырастает непролазная чащоба — это нечисть огородилась и окопалась, чтобы творить различные беззакония. Ничего не напоминает? Мне кажется, уже должно бы, но если все-таки нет, советую хоть раз включить новости на российском телевидении — и вы узнаете и кто такая нынче нечисть, и что такое беззакония, все расскажут, покажут, доходчиво объяснят. И даже похвастаются, как в Крыму, который еще недавно был частью страны-без-короля, прилюдно сожгли богомерзкие писания — книги по истории Украины...

За что Стефан ненавидит Малефисенту? За то, что она другая — с рогами, крыльями, такая, как есть, а не такая, как надо, и самое большое счастье для нее — не жить во дворце, как для него, а летать в небесах. Золото и драгоценные камни ее не интересуют, железное оружие обжигает: с такой каши не сваришь, в мире людей ей не жить, а значит, и жалеть ее нечего. Не утихает ненависть, а, наоборот, еще больше разгорается даже после того, как колдунья снимает проклятие с юной принцессы Авроры, которое сама же наложила. Спящая Красавица проснулась, но отцу нет до нее никакого дела: главное — уничтожить Малефисенту, потому что та сильнее, выше, благороднее и сумела победить зло внутри себя, что Стефану, увы, не под силу.

Что же касается лесбийского подтекста, то его российские критики усмотрели в том, что не прекрасный принц, а именно Малефисента будит Аврору «поцелуем истинной любви». Ну, если так, то матерям нужно срочно запретить целовать дочерей в лоб: это извращение! Фея действительно любит девочку — материнской любовью (недаром же совсем маленькую Аврору сыграла дочь Анджелины Джоли Вивьен), а принц видел свою будущую невесту только раз и, естественно, проникнуться к ней чувствами, которые способны разбудить от мертвого сна, еще не успел.

ЖДАЛА — И ДОЖДАЛАСЬ

Джоли в роли Малефисенты восхитительна: властная, строгая и неимоверно женственная одновременно, ее нисколько не портят ни рога, ни скулы, которые слишком подчеркнули гримеры, и жалкая королева, мать Авроры, которой хватило царственной дурости сказать: «Вы же на нас не обижаетесь, правда?», в подметки ей не годится. Так же, как бестолковые подружки-феи, которые вместо того, чтобы поддержать обманутую и обиженную Малефисенту, на всех парусах летят к Стефану — побыстрее нажелать его дочери красоты, веселья, достатка и выслужиться перед людьми, начавшими войну с их страной. Жаль только, спеть там забыли и сказать что-то вроде «спасибо, россияне, за то, что нас принимаете». Ну, да ладно, и так очень похоже.

Фильм у Стромберга получился для всех, кино в буквальном смысле слова для семейного просмотра: ребенок порадуется красочной сказке (графика и 3D выше всех похвал), взрослый найдет много подтекстов — в зависимости от того, что именно хочет найти (а если он украинский филолог, то еще и порадуется качественному украинскому дубляжу), потому что «Малефисента» — о многом: о любви и коварст­ве, об умении и неумении прощать, о верности и предательстве, о мире и войне, о добре, которое, чтобы победить зло, вынуждено освоить его методы, о жадности, которая, действительно, фраера сгубила, о правде, сшитой на заказ, и истине, которая одна и потому непобедима. Ну, и немножко о том, что талантливая актриса, многодетная мама и признанная красавица имеет право на бенефис. Заслужила. Долго ждала — и дождалась своей картины, своей роли.

А я вот жду, когда кинематографисты — честно говоря, неважно, откуда, хотя, конечно, лучше бы наши, отечественные — рассмотрят замечательную повесть «Ритуал» украинских писателей Марины и Сергея Дяченко, где известный всему миру сюжет о рыцаре, спасающем принцессу, тоже шиворот-навыворот пересказан — еще в 96-м году, кстати. И это до сих пор с интересом читают и дети, и взрослые. Уж очень хочется увидеть наконец на экране некрасивую, но добрую принцессу, дракона, ставшего человеком, и принца, увы, так человеком и не ставшего. Там тоже все поразительно жизненно — как, в принципе, во всех хорошо рассказанных сказках...



Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
1000 символов осталось