В разделе: Архив газеты "Бульвар Гордона" Об издании Авторы Подписка
Елочка, зажгись!

Утомленные солнцем-3

Юлия ПЯТЕЦКАЯ. «Бульвар Гордона» 26 Января, 2011 22:00
В прокат вышел музыкальный блокбастер Андрона Кончаловского «Щелкунчик и Крысиный король»
Юлия ПЯТЕЦКАЯ
Хотелось бы начать с того, что 24 января 2011 года исполнилось 235 лет со дня рождения немецкого классика Эрнста Теодора Амадея Гофмана, по знаменитой сказке которого «Щелкунчик и Мышиный король» российский киноклассик Андрон Кончаловский снял фильм. Но поскольку к сказке Гофмана антифашистская притча Кончаловского практически никакого отношения не имеет, правильнее сразу переходить к кому-то другому.

«БЫВАЮТ СНЫ И ПРОСТО ТАК»

Например, к доктору Зигмунду Фрейду. В картине отец психоанализа упоминается неоднократно, вдобавок основное действие разворачивается в чересчур взрослом и перенасыщенном болезненными фантазиями сне девочки-подростка. Вспоминается старый анекдот про дочь Фрейда, пришедшую к папе с просьбой прокомментировать ее сон. «Мне сегодня приснилось, будто ты принес мне банан. Я уже хотела взять его, но тут подошел дядя Густав и тоже предложил банан. В отличие от твоего, маленького и подгнившего, банан дяди Густава был большим и спелым. Поэтому я решила взять у него, а не у тебя. А теперь объясни, что все это значит». - «Понимаешь, деточка, - устало вздохнул доктор, - бывают сны и просто так».

Самый дорогостоящий в истории российского кинематографа «сон просто так» (90 миллионов долларов), над которым Кончаловский работал более 40 лет и в написании сценария к которому принимал участие Сергей Владимирович Михалков, сперва прокатили в Америке. Причем в самом прямом смысле слова. В прокате «Щелкунчик», созданный в копродукции Великобритания - Венгрия, собрал меньше миллиона, а критики высказались в диапазоне от сдержанного недоумения до откровенного раздражения. Никто так и не понял, зачем под видом рождественской сказки русский режиссер сочинил очередную сказку про войну из разряда «кино и немцы».

Похоже, «кино и немцы» в многочисленной семье Михалковых-Кончаловских становится серьезным пунктиком. Правда, в отличие от Никиты Сергеевича, снимавшего «Предстояние» по мотивам «Титаника» и других голливудских шлягеров, Андрон Сергеевич предпочитает классические первоисточники.

В рождественскую ночь главная героиня Мари видит цветной кошмарный сон в формате 3D, который довольно быстро так сливается с явью, что понять, где что начинается и что где заканчивается, непросто. В отличие от сказки Гофмана в картине Кончаловского грань между реальностью и виртуальностью размыта почти полностью, даже создается впечатление, будто сам режиссер то и дело забывает, где именно сейчас находится: во сне наяву, во сне во сне, в яви во сне или во сне просто так.

Полчища крыс, возглавляемые бесноватым фронтменом с неплохим музыкальным слухом и противным голосом, заполонили прекрасный когда-то город, свергли действующую власть, маленького принца N.C. (Энси) превратили в деревянного Щелкунчика, после чего начали отбирать у жителей игрушки и сжигать в мрачных подземельях, где расположена Фабрика Дыма. Фабрика работает бесперебойно, толпы отчаявшихся, но кротких горожан под присмотром крысиных надзирателей медленно движутся в бесконечных очередях, сдавая и сдавая свои игрушки, а город заволокло смогом настолько, что в него не пробивается ни единый луч солнца.

«ВЫ СЛИШКОМ ОБРАЗОВАННЫ КАК ДЛЯ КРЫСЫ»

Утомленные солнцем крысы ненавидят солнечный свет и все с ним связанное - например, образование и культуру, хотя любят «прикольный музон», без конца поют и пляшут под музыку Петра Ильича Чайковского на стихи Алексея Кортнева, а крысиный король, которого озвучил Филипп Киркоров, даже цитирует Шекспира. «Вы слишком образованны как для крысы», - скажет ему ближе к финалу Мари.

Когда выяснилось, что юного отважного монарха, противостоящего крысиным ордам, зовут N.C., я стала ожидать появления Н.С. На мой взгляд, явление Никиты Сергеевича в образе Короля Солнце или просто в образе Солнца, вернувшегося в спасенный детьми город (видимо, осталось надеяться только на детей), внесло бы заметное оживление в этот тягостный и морализаторский фильм. Но Н.С. так и не появился, да и принца на самом деле звали Николас. Хорошее имя, но Николай Второй лучше.

Я не знаю, на что рассчитывал Андрон Сергеевич, прокатывая в Америке такое кино, но главное, с чем он, по-моему, сильно просчитался, прежде всего в коммерческом отношении - это полное отсутствие Рождества и Сказки в Сказке про Рождество.

По большому счету, классическую историю молодого господина Дроссельмейера, королевы Мышильды и ее семиголового сына с крысиным дискурсом Кончаловского объединяет только отряд грызунов, и единственное, чего я никак не возьму в толк, почему спелому банану Эрнста Теодора Гофмана Андрон Сергеевич предпочел свой, да еще и подложил его детям под елку.

Вся трогательная сентиментальность и расчудесность гофмановского «Щелкунчика» («Идемте, идемте, милые детки, посмотрите, чем одарил вас младенец Христос!»), весь его великолепный параллельный мир с Конфетенбургом, Марципановым замком, сахарными галереями, лимонадными фонтанами и сливочными бассейнами в «Рождественских встречах» Кончаловского полностью обглодан крысами.

К сожалению, с этого британско-венгерского проекта уже можно, хотя и не хочется, говорить о таком явлении, как «поздний Кончаловский». Увы. «Позднего» с «ранним», создавшим когда-то в соавторстве с Андреем Тарковским «Андрея Рублева», нынче связывает немногое, разве что чисто профессиональные навыки - как бы там ни было, но ремеслом Андрон Сергеевич по-прежнему владеет мастерски, продолжая тщательно и аккуратно снимать, и, мне кажется, если бы не  его маниакальное желание выразить нечто грандиозное и вселенски пророческое, вылившееся в совершенно параноидальный сценарий, «Щелкунчик», вполне вероятно, мог быть другим. Более сказочным и увлекательным, менее скучным и нелепым.

Несмотря на дорогостоящую зрелищность и повышенную музыкальность, фильм утомляет сразу и навсегда, и даже качественно сделанные крысы, включая вздорную крысиную мамашу (озвучивает Алла Пугачева), положение не спасают. Общее ощущение - какая-то тотальная неуместность всего происходящего в кадре. Плюс на этот раз Кончаловский здорово переборщил с подтекстами и аллегориями, которыми картина нафарширована просто под завязку. Надо сказать, постмодернист из Андрона Сергеевича приблизительно такой же, как из Никиты Сергеевича - фронтовик.

«ЗА СЕРЫМИ ПРИДУТ ЧЕРНЫЕ»

Крысиный король весьма узнаваемо загримирован под короля поп-арта Энди Уорхола, в котором можно обнаружить маленького психованного короля Третьего Рейха Адольфа Гитлера, поющего, как большой король Филипп Киркоров: «Все вы так непозитивны, что смотреть на вас противно»... Одна из стен в крысиных апартаментах отведена под инсталляцию плавающей в аквариуме дохлой акулы - привет циничному миллиардеру Дэмиену Херсту, Фабрика Дыма, где сжигают игрушки, может передать привет Фабрике Грез, где сжигают грезы, а сам дым то ли намекает на конкретное горячее лето 2010-го, то ли на абстрактный дым Отечества.

Что символизируют две Юлии Высоцкие (в роли мамы и Снежной Феи), я так и не поняла, зато с двумя монархиями: серой - в лице крысиного короля и солнечной - в лике Н.С. - все более-менее ясно. Две монархии в одном городе обычно плохо уживаются, так же как и две демократии, поэтому приходится выбирать одну. Иногда в отдельно взятых городах плохо уживается даже одна демократия, и старый тезис братьев Стругацких: «За серыми придут черные» там все еще актуален, но Андрону Сергеевичу как человеку с солнечной родословной, судя по всему, больше нравится лозунг: «Принц жив!».

Как только оказалось, что Н.С. жив, люди прекратили сдавать и сжигать игрушки, заулыбались, красиво переоделись и немедленно побежали закидывать принца цветами, а затем и подбрасывать его, будто он только что выиграл финальный матч чемпионата мира по футболу у сборной Бразилии.

Благодаря антифашистскому сопротивлению в лице то спящей, то пробуждающейся девочки Мари, ее вечно бодрствующего брата Макса, говорящей обезьяны, тучного клоуна и чернокожего барабанщика солнечные спасли игрушки от сожжения, а престол - от вырождения, вернув городу прежнюю экологию. Крысиный король с мамашей-самодурой пытались было трусливо бежать, но их остановила говорящая обезьяна, на лету вскарабкавшаяся в крысолет.

Есть ощущение, что, помимо интереса к Зигмунду Фрейду, Андрон Сергеевич питает еще определенную слабость к Чарлзу Дарвину. Во всяком случае, рождественская сказка, где одна из ключевых ролей отведена обезьяне, представляет собой такой концептуальный образец современного искусства и такой мировоззренческий прорыв, что Зигмунд Фрейд, Дэмиен Херст, Энди Уорхол и Филипп Киркоров могут пока покурить. Хотя нет. Филипп Киркоров уже покурил.



Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
1000 символов осталось