В разделе: Архив газеты "Бульвар Гордона" Об издании Авторы Подписка
Лето - это маленькая жизнь

Оборона Севастополя

Юлия ПЯТЕЦКАЯ. «Бульвар Гордона» 28 Июля, 2009 21:00
В Крыму прошел V Севастопольский международный кинофестиваль
Юлия ПЯТЕЦКАЯ
Я уезжала из Севастополя, когда начинались репетиции парада Военно-морских сил России. Пляж возле гостиницы с утра был закрыт, корабли выстроились во всей своей красе и мощи, светило солнце, плескалось море, гремели взрывы. Вспомнилась песенка Александра Городницкого, которую поэт и композитор сочинил в 2007 году на волне острых переживаний за судьбу Крыма. Пахнет дымом от павших знамен, Мало проку от битвы жестокой. Сдан последний вчера бастион, И вступают враги в Севастополь. И израненный молвит солдат, Спотыкаясь на каменном спуске: "Этот город вернется назад! Севастополь останется русским!". Вообще-то, возвращаться - плохая примета. Тем более назад... Об этом когда-то еще один популярный советский поэт-шестидесятник тоже стихи написал. Хотя за судьбу Крыма сегодня действительно переживают все, кому не лень. 

"ЭТОЙ ПЛАНЕТЕ Я ПОСТАВИЛА БЫ НОЛЬ"

Незадолго до начала международного Севастопольского кинофеста в Балаклаве проходило байк-шоу - главное событие российского мотоциклетного мира с ярко выраженным патриотическим уклоном. В последние годы байкеры собирались в Калининградской области, но сейчас патриотический уклон стал еще круче, и место встречи решено было изменить. На ветру трепетали российские флаги, царила праздничная атмосфера, милиционеры следили за порядком. Шоу посвящалось Черноморскому флоту. "Чья это земля?!" - без передышки кричали крепкие мускулистые ребята, ставящие своей главной целью, как следует из их программы, "возрождение героического образа защитника Отечества в сознании молодежи".

"Эх, война бы скорее началась..." - мечтательно вздыхал один из героев картины Михаила Калатозишвили "Дикое поле", получившей на Севастопольском международном кинофестивале главный приз "Народное признание". "С кем?". - "Да все равно, с кем. Все ж веселее жить".

"Оборона Севастополя" назывался первый полнометражный фильм в истории российского кино, снятый Александром Ханжонковым в 1911 году. Фильм частично финансировался из царской казны, с высочайшего соизволения императора Николая II, включал множество постановочных батальных сцен, документальных кадров и, естественно, снимался в Севастополе.

Об этой картине вспоминали на открытии Севастопольского кинофеста, который в нынешнем году отмечал маленький юбилей. Фестиваль проходил уже в пятый раз, как обычно, в середине июля, и по сравнению с прошлыми годами, когда президентом был Владимир Коренев, затем Богдан Ступка, а жюри возглавлял Василий Аксенов, удивил скромностью, сдержанностью и почти полным отсутствием пафоса. Хотя, мне кажется, пафоса могло быть и побольше. Не столько, конечно, сколько у Черноморского флота, но ровно столько, чтобы жители и гости Севастополя периодически вспоминали о том, что в одном из самых красивых крымских городов в данный момент проходит международный праздник кино.


Доктор Дмитрий Васильевич Морозов (дебютная работа Олега Долина) в "Диком поле" для местных жителей как Бог



О крупном культурном событии сообщали лишь две афиши на двух кинотеатрах, вход в которые, кстати, на все фестивальные показы для всех желающих был бесплатным. Зато о благополучном возвращении Партии регионов в Крым я прочла на биллбордах раз 150.

Программа открывалась новой картиной Киры Муратовой "Мелодия для шарманки". Забегая вперед, скажу, что по итогам фестиваля фильм был удостоен приза Севастопольской горадминистрации. Забавная награда как для Киры Георгиевны...

Сводные брат и сестра бегут из провинциального сиротского приюта, куда попали после смерти матери и где в какой-то момент их решили развезти по разным интернатам. Чтобы никогда в жизни не разлучаться, Алена и Никита отправляются на поиски своих отцов. По имеющейся информации, папы живут в большом незнакомом городе: один работает на вокзале, второй играет на скрипке в Успенском переулке.

В принципе, от Муратовой всегда ждешь какого-нибудь потрясения. То ли эстетического, то ли душевного. То ли оплеухи, то ли затрещины. Кира Георгиевна - неисправимый мизантроп и давно относится к современному обществу потребления с нескрываемым презрением. Но в отличие от большинства интеллектуальных спекулянтов и культурных провокаторов вроде Питера Гринуэя и Ларса фон Триера ее презрение совершенно искреннее, рафинированное, идущее от чистого сердца. Муратова не кокетничает и не поигрывает с человеком в бирюльки. Она просто в него не верит. Совсем. "Этой планете я поставила бы ноль", - говорила циничная медсестра Рената Литвинова в еще одном бесчеловечном киномуратовском триллере.

Дети так и не нашли своих пап. Хотя для того, чтобы выжить и согреться, им на двоих хватило бы одного не очень равнодушного взрослого. Алену взяли в супермаркете за кражу хлеба, а Никита, которого дядя-охранник выставил из магазина на мороз, забрел в полуразрушенное здание неподалеку от Успенского переулка, укрылся целлофановым мусором и крепко навсегда заснул, зажав в руке связку разноцветных шариков, подаренную ему по дороге жизнерадостной компанией. Наступало Рождество, все ждали подарков судьбы. Ярко-красный шарик, на котором трогательной вязью было выведено: "С любовью!", снился мне потом всю ночь.

ГРУЗИН О РОССИИ В КАЗАХСКОЙ СТЕПИ

Надо сказать, на этот раз фестивальная подборка украинских фильмов поразила своим многообразием. Кроме "Мелодии для шарманки", в Севастополь привезли "Райских птиц" Романа Балаяна, "Las Meninas" Игоря Подольчака, свежую картину Саши Кириенко "Прощение", "День побежденных" Валерия Ямбурского, "Однажды я проснусь" Марины Кондратьевой, короткометражное и документальное кино. Романа Гургеновича одарили очередной премией, на этот раз - "За верность традициям отечественного кино" от Национального союза украинских кинематографистов.

Честно говоря, премировать самый неудачный фильм отечественного киноклассика с формулировкой "За верность традициям" как-то чересчур концептуально даже для Национального союза кинематографистов.


Новый фильм Оксаны Бычковой рассказывает о том, как важно сохранить в себе внутреннего ребенка. Для этого кукольник Том (Джетро Скиннер) учит людей дурачиться. Поначалу это раздражает переводчицу Машу (Мадлен Джабраилова - слева)

Надо сказать, премия Национального союза была единственной фестивальной наградой, присужденной специалистами. Дело в том, что на Севастопольском кинофесте вот уже второй год конкурсную программу оценивает народное жюри, состоящее из представителей местной интеллигенции: юристов, врачей, журналистов, "просто пенсионеров" (всего 12 человек). Прецедент необычный, хотя с главным фестивальным фаворитом все понятно было с самого начала.

Одинокий молодой доктор зачем-то переехал из Москвы в Казахстан и поселился в степи. По округе гуляют упорные слухи, будто доктор Морозов умеет оживлять мертвых, но для местных жителей мягкий интеллигентный Дмитрий Васильич не просто врач и единственный цивилизованный человек. К нему обращаются не только когда нужно реанимировать отца, 40 дней без продыху пившего, или дочь, которую жених из ревности застрелил, или корову, которая скатерть сожрала. По большому счету, у Дмитрия Васильевича ни серьезного опыта, ни особых профессиональных навыков, ни лекарств. Туго с лекарствами в степи, и в этой степи к доктору ходят, как к Богу. Поговорить, посоветоваться, облегчить душу.

"А у меня, значит, собака померла. Весной. Мерзкая была собака... Но под гармонь выла хорошо... Потом жена померла. Тоже дура. Я сразу на новой женился... Еще хуже дуру взял. Теперь вот корова помирает... Масть не та пошла!".

Сценарий "Дикого поля", которое уже собрало ряд крупных фестивальных наград, был написан в 1991 году гениальными Петром Луциком и Алексеем Саморядовым, к огромному сожалению, ныне покойными. Остается лишь порадоваться, что сценарий не только уцелел, дождался своего часа, но и был адекватно перенесен на широкий экран внуком знаменитого советского режиссера Михаила Калатозова. По моему глубокому убеждению, Михаил Калатозишвили снял один из лучших российских фильмов последнего десятилетия. Грузин о России в казахской степи. Ниоткуда с любовью.

Не оставил без внимания фестиваль и 200-летие Николая Гоголя, подготовив специальную программу, состоящую из игрового и документального кино. Награда фестивального оргкомитета досталась Наталье Бондарчук за картину "Гоголь. Ближайший". Фильм создавался совместными усилиями России и Украины и рассказывает о последних годах жизни классика.

Как известно, незадолго до кончины Николай Васильевич занялся усиленными духовными поисками, с головой уйдя в православие и полагая, что лишь оно, церковь да монархия способны окончательно гармонизировать мироздание. Кто-то из современников писателя назвал этот гоголевский период "самой грустной эпохой его жизни".

Я не знаю, каким получился "Гоголь. Ближайший" (название, вероятно, подразумевает "ближайший к Богу"), так как посмотреть мне его не удалось, поскольку любая фестивальная программа составлена таким образом, что одни картины перекрывают другие, и приходится выбирать. Недавно в одном из интервью актер Николай Бурляев, сыгравший в картине Бондарчук близкого гоголевского друга Александра Толстого, назвал свою работу подвижничеством, а заодно сообщил, что картина исчерпывающе отвечает на вопрос, кем был Гоголь: русским или украинцем. По мнению народного артиста России, писатель "обожал свою малую родину Украину, но только как неразрывную часть Великой Русской Земли". Ответ действительно исчерпывающий, и остается лишь добавить, что подругу Гоголя Настасью Осиповну Россет в этой наверняка трагической киноленте исполнила великая актриса Великой Русской Земли Анастасия Заворотнюк.

Свежий украинский фильм Валерия Ямбурского "День побежденных", снятый по заказу Министерства культуры Украины, был премирован Севастопольским горсоветом (не путать с горадминистрацией). Этот фильм я смотрела задолго до фестиваля, назывался он тогда "Кризис", как и роман Владимира Яворивского, по которому написан сценарий. Единственное, что могу сказать точно: Валерию Ямбурскому очень нравится Эмир Кустурица. В чем нет ничего необычного и предосудительного, потому что Кустурица нравится всем. Но то, что у бывшего югославского, а ныне сербского режиссера выходит иронично, легко, свободно, колоритно, очень смешно и душещипательно, у украинского получается на редкость натужно, однообразно и тоскливо. Даже не знаю, в чем тут дело. Может, в климате? А может, просто масть не та пошла.

Странно, но удачный климат абсолютно не вдохновил севастопольца Клима Шипенко, чье депрессивное и мрачное кино ("Непрощенные") тоже принимало участие в конкурсе. Сам Шипенко настаивает, что его фильм на самом деле комедия, просто не все это поняли. Черные комедии, безусловно, особый и весьма специфический жанр, и продуктивно работать в нем пока удавалось лишь Алексею Балабанову и Квентину Тарантино. К тому же этот жанр нынче уже не моден. Как поет группа "Ундервуд": "Сегодня модно быть ди-джеем".

Наверное, о фильме Марины Кондратьевой "Однажды я проснусь", тоже снятом на средства украинского госбюджета, зато на русском языке, можно было бы даже не упоминать, тем более что он не был отмечен ни горсоветом, ни горадминистрацией. Но тут есть два момента. Во-первых, кино совершенно дилетантское, местами откровенно детское в худшем смысле этого слова. А во-вторых, почему-то именно Марина Кондратьева в последнее время представляет Украину в киномире, в частности, на фестивалях. Мне кажется, фестивали все-таки предполагают некоторую селекцию, и нашей "будущей Кире Муратовой" пока еще рано хранить верность традициям украинского кинематографа. Марина пока еще не совсем проснулась как художник, и ей вполне можно было бы поучиться некоторым элементарным вещам, вместо того чтобы презентовать отечественное кино в Каннах. Лучше учиться. Это никогда не поздно.

А вот то, что потрясающий фильм Игоря Подольчака "Las Meninas" пусть изредка, но начал попадать на отечественные экраны, - настоящий прогресс. Картина, выпущенная два года назад, уже успела принять участие в 22 международных кинофорумах, в том числе в конкурсной программе, ее успели посмотреть жители Северной Кореи, Австралии, Бразилии и Колумбии, не говоря уже о США, Франции, Швеции и Германии, и лишь украинский зритель, как всегда, не успел. Я просто не представляю, в чем тут еще дело, если не в климате.
"Las Meninas" (вольные ассоциации с шедевром Диего Веласкеса) - однозначный артхаус, современное авангардное кино, очень талантливо сделанное технически, и лично мне ужасно приятно, что сейчас в Украине кто-то способен заниматься подобным. Подольчак - художник по образованию, и его первый киноэксперимент тоже в какой-то степени живопись, головокружительный визуальный гипноз. К слову, оператором у Подольчака был наш всемирно признанный "камерный" гений Сергей Михальчук, а главную роль в этом жутковатом и красивом фильме-натюрморте сыграл украинский тележурналист Мыкола Вересень.

"ДОЧЬ СОВЕТСКОЙ КИРГИЗИИ"

Одним из центральных фестивальных событий была заявлена кинолента Александра Прошкина "Чудо" с Сергеем Маковецким, Константином Хабенским и Полиной Кутеповой. Новый фильм автора культового "Холодного лета пятьдесят третьего" вызвал настоящий ажиотаж - в зале набилось столько народу, что многим пришлось стоять вдоль стен.

В основу сценария "Чуда" положена якобы достоверная история о девушке-комсомолке из российской деревеньки, которая, разрезвившись на танцах и вздумав потанцевать с иконой Николая Чудотворца, так с этой иконой и окаменела. Причем аж на целых 158 дней. На медицинском языке подобное чудо называется "сенсорный ступор", но злобные критики уже окрестили позицию девушки Зои "позой "Дочери Советской Киргизии" - была такая картина советского художника-реалиста Чуйкова. По народному поверью и сценарию Юрия Арабова, из ступора комсомолка должна была разговеться аккурат на Пасху.

Пасхи я так и не дождалась, уйдя из душного зала в тот момент, когда Хрущев пытался вырвать из рук оцепеневшей комсомолки Николая Чудотворца. "Не получится у вас, - скорбно поведал Никите Сергеичу батюшка. - Тут инок-девственник нужен". - "Ну так приведите его!". - "Да где ж мы его возьмем, когда вы все монастыри разрушили?".

Похоже, "Остров" Павла Лунгина в свое время получился настолько удачным, что до сих пор не дает спокойно спать мэтрам российского кинематографа. Всевозможные жития святых постепенно становятся приоритетным направлением в искусстве, а навязчивое обрелигивание и перманентная пропаганда христианских ценностей сбивают с толку даже приличных людей, принимающихся охмурять публику, словно ксендзы Козлевича. Не говоря уже о том, что в этих новомодных апокрифах слишком много угадывается советской рекламной техники. Чего-то вроде: "Летайте самолетами "Аэрофлота"!".

"Мир велик, и спасение ждет за углом" - талантливый болгарский фильм дебютанта Стефана Командарева, отмеченный за лучшую мужскую роль (Мики Манойлович). Приз за лучшую женскую роль достался Мадлен Джабраиловой, ведущей актрисе театральной Мастерской Петра Фоменко. В картине Оксаны Бычковой "Плюс один" Мадлен сыграла переводчицу Машу.

Бычкова, сразу же обратившая на себя внимание своей первой работой "Питер FM", пожалуй, делает в российском кино то, что больше никто делать не хочет и не умеет. Как режиссер она занимает довольно просторную нишу, и в этой нише Оксане, судя по всему, еще долго будет просторно. Больше всего Бычкову интересуют обыкновенные чудеса, которые каждую минуту могут случиться с обыкновенными людьми, а в качестве эпиграфа к ее кинотворчеству лучше всего подойдет строчка из старой песни о главном, звучащей в фильме "Плюс один": "Но мир устроен так, что все возможно в нем"...

Экстравагантный кукольник Том приезжает из туманной Британии в промозглую Москву, чтобы научить молодых людей дурачиться, отобрав самых способных для увлекательного шоу. "Почему у вас никто не улыбается?" - спрашивает он переводчицу Машу в первые дни своего пребывания в Москве. В ответ Маша пожимает плечами. Она тоже почти никогда не улыбается, часто пожимает плечами, ежится, втягивает голову в плечи, постоянно читает учебники по английскому и носит скучные серые свитерки. Но мир устроен так, что все возможно в нем, и под чутким руководством ну совсем нечопорного англичанина Маша научилась придуриваться, улыбаться, плакать, пить крепкие алкогольные коктейли и носить соблазнительные платья на тонких бретельках. Чудесное кино, нежное, ласковое. Про любовь!

Я уезжала из Севастополя на день раньше, и мне было немного обидно, что придется пропустить парад Военно-морских сил России и закрытие фестиваля в античном театре исторического заповедника Херсонес. Когда в гостинице послышалась репетиционная канонада, самый почетный гость фестиваля Кшиштоф Занусси игриво поинтересовался: "Это в мою честь?". Прекрасный пан Кшиштоф прилетел всего на пару дней, вручил Гран-при победителю конкурса короткометражных фильмов "Город у моря" (Валерий Сикорский, "Арест-площадка"), дал мастер-класс и получил премию "Гори, гори, моя звезда" за вклад в мировое киноискусство. Кроме того, в честь Занусси фестиваль отстрелялся ретроспективными показами его фильмов. По-моему, это замечательно. Корабли приходят и уходят, искусство вечно.

P. S. "Бульвар Гордона" выражает признательность оргкомитету V Севастопольского международного кинофестиваля, его директору Ирине Константиновой и председателю Владимиру Казарину, а также начальнику городского Управления культуры и туризма Татьяне Зениной.

Киев - Севастополь - Киев



Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
1000 символов осталось