В разделе: Архив газеты "Бульвар Гордона" Об издании Авторы Подписка
Сильные мира сего

Двукратная чемпионка Европы по тяжелой атлетике Ольга КОРОБКА: «Я не могу представить себе мужа, который носил бы меня на руках...»

Михаил НАЗАРЕНКО. «Бульвар Гордона» 18 Октября, 2007 21:00
На недавнем чемпионате мира в Таиланде украинская тяжелоатлетка взяла три бронзовые медали
Оля родилась в Бобровице Черниговской области. Штангу поднимает с девяти лет!
Михаил НАЗАРЕНКО
Многие любители спорта скептически относятся к соревнованиям, где женщины соперничают в, казалось бы, сугубо «мужских» видах спорта: молотят друг друга на ринге, ведут борцовские схватки, поднимают тяжести, играют в футбол и в хоккей... Мол, не дамское это дело. Но такие взгляды, похоже, уходят в прошлое... В апреле 2007 года мировая пресса сообщила, что в Страсбурге на чемпионате Европы по тяжелой атлетике отличилась украинская сборная, завоевавшая четыре золотые медали. Настоящей героиней стала 21-летняя штангистка Ольга Коробка, которая не только взяла три «золота», но еще и установила новый рекорд Европы, который продержался до этого семь лет. Оля родилась в Бобровице Черниговской области. Штангу поднимает с девяти лет! Сейчас она, двукратная абсолютная чемпионка и рекордсменка Европы, признана самой сильной женщиной на континенте. Рост — 185 сантиметров, вес — 167 килограммов. И скажите, пожалуйста, где, кроме тяжелой атлетики, женщина со столь внушительной комплекцией могла бы так блистать? Чтобы поговорить с Ольгой, я отправился на учебно-тренировочную базу «Олимпийская» в Конче-Заспе, где украинская спортсменка готовилась к чемпионату мира. Был обед. Заглянул в столовую и сразу ее приметил: она возвышалась над всеми, как айсберг в океане. Ждал, к своему удивлению, недолго, каких-то 15 минут. Оля вышла после трапезы умиротворенная и довольная. Видимо, обед был вкусным.

«ЕСЛИ ЧТО-ТО НЕ ПОЛУЧАЕТСЯ, ОТВЕРНУСЬ И ПЛАЧУ. СТАРАЮСЬ, ЧТОБЫ НИКТО НЕ ВИДЕЛ»

— Как прошел день до обеда?

— Ну как? Нового ничего не могу сказать. У нас однообразная спортивная жизнь: каждый день встаешь, делаешь зарядку, завтракаешь — и в зал. Сегодня была одна тренировка, она закончилась в 12 часов. В час пошли на обед...

— Чем вас потчевали?

— Красным борщом с пампушками, гречкой с кручениками, салатом из капусты и компотом. Я в еде не привередливая, не перебираю — что дают, то и ем, и сколько хочу. Люблю все! И когда мама готовит, никаких особых блюд не заказываю. А самой готовить приходится редко.

— Почему так быстро встала из-за стола?

— Устаешь после тренировок и хочется поскорей в свой номер, чтобы поспать.

— Сразу вырубаешься?

— Наоборот, бывает, так перетренируешься, что заснуть не можешь. Просто лежишь, отдыхаешь. Думаешь о чем-то приятном.


Оля — первоклассница



— Например?

— В 17 лет я поехала на чемпионат мира для взрослых и стала третьей. Не могла поверить, что у меня медаль. Это было так неожиданно! И вот здесь, на олимпийской базе, когда не могу заснуть, лежу и представляю, как стою на пьедестале. Поднимается флаг Украины, звучит гимн. Все тебя поздравляют, обнимают, целуют.

— Кто целует первым?

— Главный тренер Василий Григорьевич Кулак, его помощники Александр Владимирович Рыков и Юрий Павлович Кучинов. Все это проходит перед глазами. Улыбаюсь, счастливая, и понемногу засыпаю.

— Тренировки не надоедают?

— Наверное, у каждого спортсмена бывают моменты, когда ничто не мило. Ты чуть ли не кричишь: «Оставьте меня в покое! Я хочу побыть одна!». Тянет собрать вещи и уехать домой, но потом понимаешь: в этом нет смысла. Столько пропахать и вдруг все бросить? Ведь через год — Олимпийские игры в Пекине. Это шанс, и надо им воспользоваться. И снова себя настраиваешь — идти вперед и только вперед!

— До слез доходит?

— Иногда, если что-то не получается, отвернусь и плачу. Стараюсь, чтобы никто не видел. Кажется, если пожалуюсь, меня не поймут. Хотя тренер Василий Григорьевич — человек отзывчивый. Если возникают какие-то проблемы, я всегда могу отвести его в сторону, чтобы спокойно «побалакать». Раз в месяц, на выходные, он отпускает меня в Бобровицу к родителям. В субботу уезжаю, в воскресенье возвращаюсь.

— Своя квартира есть?

— Однокомнатная. В Чернигове. Мне ее дали после чемпионата мира, где я заняла третье место. Тогда же я впервые в жизни получила денежное вознаграждение — примерно три тысячи гривен. Для меня это были большие деньги. И зарплату мне определили — около тысячи. Это уже было хорошо, потому что не надо тянуть у родителей.

— На что ты потратила эти деньги?

— Сделала на них ремонт в квартире, приобрела мебель. Что еще купила? Ой, если честно, уже не помню. А сейчас мне помогают спонсоры из спортивного клуба ИСД (Индустриальный Союз Донбасса). Я им очень благодарна.

— В кого ты такой сильной уродилась?

— Я пошла в дедушку, маминого отца. Он был высокого роста, при теле. Очень нас любил — меня и старшего брата, всегда с гордостью говорил: «Это мои внуки!». Мой вес при рождении был 4100 — больше, чем у брата, но это никого не удивило.

— Почему ты выбрала именно тяжелую атлетику?

— У нас в городе другие секции просто не работали. Был знаменитый подвал, где занималась чемпионка Европы по тяжелой атлетике Вита Руденко, которая старше меня на пять лет. Я и моя подруга приходили туда и смотрели. Было интересно: как это девушка такие тяжести поднимает? Подошли к тренеру, он сказал: «Попробуйте». Стали и мы заниматься, но подруга уже закончила тренироваться, а я...


Слева направо: тетя Валя с пятилетней Олечкой и мама Галя с братом Толиком, 1991 год



— Кто был твоим первым тренером?

— Николай Николаевич Мольченко. Он уделял мне больше внимания, чем другим, награждал конфетами, если я поднимала больше всех. Я была еще малой, хотелось погулять, побегать с другими детьми... Случалось, пропускала тренировки. Тогда он приходил к нам домой и говорил, чтобы я продолжала заниматься, что у меня есть будущее. Придумывал всякие игры, чтобы заинтересовать, в этом деле он был молодец.

Когда я училась в третьем классе, Николай Николаевич повез меня на первые соревнования в Нежин. Там я в толчке подняла 17 килограммов, а в рывке — 10. Получила бронзовую медаль и подарок. В 13 лет выполнила норму мастера спорта, в 14 — мастера спорта международного класса. Меня пригласили в сборную.

— Когда ты начала выделяться ростом и весом среди сверстников?

— С восьмого класса. Когда оканчивала школу, у меня было 110 килограммов.

— Тебя дразнили?

— Только вначале: «Ой, яка вона здорова!». Все понимали: если серьезно занимаешься тяжелой атлетикой, должен быть вес, необходимо накачивать руки, ноги. Я всегда была в форме, много бегала, прыгала — то есть не было сильно заметно, что я такая уж полная. А сейчас мне вообще все равно, кто как посмотрит и что скажет. Спорт — часть моей жизни, и я это делаю не только ради себя, но и для моей страны.

— Обиды как переносишь?

— Бывает неприятно, конечно, но я отходчивая — долго зла держать не могу. Если же вижу, что человек в глаза улыбается, а сам таит против тебя нехорошее, стараюсь от него отдалиться и не иметь никаких контактов.

— Родители не отговаривали от тяжелой атлетики?

— Мать не возражала, а отец тогда с нами уже не жил. Он ушел из семьи, когда мне было девять лет, но сейчас снова с нами.

— Вы с мамой его простили?

— А как же! Батько есть батько. Я считаю, что каждый в жизни совершает ошибки, и мы не вправе никого осуждать. Надо уметь прощать.

— Когда ты почувствовала свою самостоятельность, независимость от родителей?

— Когда появились первые заработанные мной деньги. Находиться при папе и маме до 20 лет — такого у меня не было. В 14 лет я как бы ушла из семьи. Появился опыт, мышление стало взрослым. Я уже понимала, что в жизни надо самой за себя бороться, стараться ни от кого не зависеть.

«ДЛЯ МЕНЯ ТЯЖЕЛАЯ АТЛЕТИКА — ЛЕГКАЯ. А ЛЕГКАЯ АТЛЕТИКА — ТЯЖЕЛАЯ»

— Что ты скажешь тому, кто убежден: поднимать тяжести — неженское занятие?

— Ничего страшного! Я считаю, например, что прыжки на батуте больше подходят женщинам. А мужчины тоже прыгают, и никто на это не обращает внимания. У каждого свое увлечение.

— Устаешь, наверное, все время тягать железо?

— Для меня тяжелая атлетика — легкая. Подошел, раз поднял — и все, отдыхаешь. А вот легкая атлетика, на мой взгляд, очень тяжелый вид спорта. Там надо прыгать, бегать, километры брать и все такое прочее...


Подготовка к Олимпиаде в Афинах. Ивано-Франковск, 2003 год



— Когда приезжаешь к родителям, приходится поднимать тяжести?

— Сейчас меня дома никто не нагружает по хозяйству, я практически ничего не делаю. А в детстве ездила в село картошку копать, мешки таскала. Для меня штанга в 50 килограммов — не вес. Просто удобно берешься, знаешь технику. А вот поднять мешок с сахаром уже тяжело — неудобно обхватывать, хотя вес тот же.

— Хулиганы и приставалы тебя обходят стороной?

— Да я вообще-то человек спокойный, неконфликтный. И с такими не сталкивалась.

— Стулья под тобой ломались?

— Только один раз — в Доминиканской Республике, где в прошлом году проходил чемпионат мира. После соревнований мы пошли в бассейн. Там стояли пластмассовые топчанчики. Я легонько села на один, а ножки сразу расползлись во все стороны. Вокруг были спортсмены из разных стран, и мне стало так неудобно...

— С кем не бывает! А что было самое неприятное в твоей жизни?

— Выступление на Олимпийских играх в Афинах в 2004 году. Я заняла тогда седьмое место среди 14-ти участниц. Для меня это была неудача. Результаты перед Олимпиадой я показывала хорошие, и если бы удалось их повторить, медаль была бы в кармане. Но у меня ничего не получилось. Я оказалась морально не готовой.

Мне тогда было 18 лет. Мы приехали за неделю до соревнований. На улице — жара, перед глазами — твои соперницы. Большая конкуренция, огромная ответственность — понимаешь, что все ждут от тебя результата. Все это и дало о себе знать. Само название Олимпийские игры уже подавляло. Я подходила к штанге и не знала, что с нею делать. Тренеры мне что-то говорили, наставляли, а я их почти не слышала, голоса доносились откуда-то из глубины, хотя они стояли рядом. Я была в растерянности, забыла про технику.

Шла в толчке на 167 килограммов и, если бы взяла вес, принесла бы команде «бронзу». В голове стучало: передо мной поставлена цель, на меня надеются. Это тоже мешало. Подход не удался. Еще и травму получила. Очень неприятные воспоминания! Морально сломалась.

— Надолго?

— Почти на полгода. Было страшно обидно, что, столько отпахав на тренировках, потратив столько усилий, я ничего не добилась. Каких-то два часа соревнований — и все пошло прахом! У меня пропало желание тренироваться, вообще что-либо делать. В зале я не появлялась. Хотела вообще бросить тяжелую атлетику, найти для себя какую-то работу. Все время копалась в себе и понимала: виноваты не тренеры, а я сама.

— Чем занималась все это время?

— Поехала на две недели в Алушту. Ощущения, что отдохнула, не было. Очень тяжело себя перебороть, но я собралась с мыслями, подумала и решила: буду упираться, не сдамся! Перед Новым годом приехала на базу и приступила к тренировкам. Начала с 50 килограммов, потихоньку увеличивая вес. Поехала на чемпионат мира среди юниоров в Корею и завоевала там золотую медаль. Это подбодрило. Все постепенно вошло в прежнее русло. Сейчас готовлюсь к новой Олимпиаде, но никого обнадеживать не хочу. Просто тренируюсь.

— Есть у тебя конкурентки в Европе?

— Пока нет. Мои главные соперницы — китаянки, кореянки, американки. На первенствах мира стараешься использовать каждый подход, идет борьба один в один. А на чемпионате Европы после того, как другие спортсменки закончили состязания, ты уже первая и не прилагаешь особых усилий, чтобы достичь лучшего результата. Не подняла вес — не расстраиваешься.

— В Китае, где пройдет Олимпиада, поддержка своих спортсменов будет сумасшедшая...

— Да, да.

— Чем берут китаянки? Они такие же крупные, как и ты?

— Я бы не сказала. Их чемпионка при весе 110 килограммов толкает 180. Для меня это загадка, я не знаю, как такое может быть.

— Веришь в приметы?

— Нет, я крещеная. Недалеко от базы есть церквушка. Перед большими соревнованиями мы с тренером Василием Григорьевичем ездим туда, ставим свечи, набираем священной воды. Перед тем как выйти на помост, я брызгаю ее на штангетки и на обувь, в которой выступаю.

«КОГДА ЗАКОНЧУ СПОРТИВНУЮ КАРЬЕРУ, СБРОШУ 50 КИЛОГРАММОВ»

— Интересно, когда ты поднимаешь вес, грудь не мешает?

— Так мы же на шее штангу держим. Можно подумать, что и подбородок мешает. Но оно же все убирается.

— У женщин своя физиология. Если «критические дни» выпадают на соревнования, как это переносится?

— В сборной есть доктор, который специально следит за этим, все записывает. Когда у нас тренировочный цикл, он говорит тренеру, кому снизить нагрузки. А перед соревнованиями можно принять таблетки, которые приводят к задержке или, наоборот, к тому, чтобы это случилось раньше. Но у меня с этим никаких проблем: как есть, так пусть и будет. Вот когда я глотаю лекарства, тогда начинает сильно болеть спина.

— И у тебя это не влияет на выступления?

— У меня — нет. Но у каждой спортсменки свой организм.

— На личную жизнь удается время выкроить?

— Если готовишься к таким ответственным соревнованиям, как Олимпийские игры, на личную жизнь лучше не отвлекаться. Все силы уходят на тренировки. В город не выезжаем, постоянно находимся на базе. Я люблю спокойную жизнь, а вот путешествия нет. Но приятно, если есть свободное время и не надо ни к чему готовиться, можно пойти с друзьями на дискотеку. Все-таки хочется иногда потанцевать, разрядиться.

— Умеешь танцевать?

— Ну, как все... Рок-н-ролл не умею, вальс тоже. В основном современные ритмы, быстрые.

— И в каком ночном клубе тебя можно увидеть?

— Дома, в Бобровице. Здесь, на базе, нет дискотеки.

— Какие напитки позволительно принять?

— Красное вино, какие-нибудь коктейли. Пиво — нет, водку — нет. Стараюсь прилично выглядеть.

— Какую музыку слушаешь?

— Разную — и шансон, и украинскую, и зарубежную. Мне все равно.

— Можешь выделить кого-нибудь из наших певцов?

— Не-а.

— По магазинам любишь ходить?

— Угу. Особенно по специализированным, где могу что-то подобрать для себя. Это не так просто с моей фигурой. Очень редко мне что-то подходит. В основном вещи себе покупаю в Киеве, в магазине «Богатырь» на бульваре Леси Украинки.

— Какие платья носишь?

— Я в платьях не хожу. У меня в гардеробе их нет, и топиков тоже (смеется). Есть только юбка, да и та из формы — пошита для Олимпиады. Один-единственный раз я ее надела, а так никогда. Ношу только брючные костюмы, в основном спортивные.

— А если презентация?

— Надену брюки.

— На пляж ходишь без стеснения?

— Раньше больше стеснялась, сейчас меньше. Вообще, люблю побулькать в воде, далеко заплываю. Когда были в Коктебеле, девчата удивлялись: «Олю, як ти можеш так далеко плавати?».

— При желании на сколько можешь сбросить вес?

— На 45-50 килограммов запросто. После неудачи на Олимпиаде вес у меня сам по себе начал резко падать, я сама по себе похудела на шесть килограммов, но начала кружиться голова. Поэтому резко стройнеть не советую. В таблетки, в чай для похудения не верю. Надо бегать, ходить в тренажерный зал, нагружать себя физически, чтобы кожа не висела, чтобы быть подтянутой. Я так и буду делать, когда закончу спортивную карьеру. А пока мой вес мне необходим. Если начну худеть, пострадает мышечная масса.

— Значит, спорт отнимает почти все твое время, и на мужчин ты даже не смотришь...

— Как не смотрю? У нас в команде есть мужская и женская сборные. Мы общаемся — как друзья, как братья и сестры. Я считаю, что так и должно быть. Помогаем друг другу.

— У кого-нибудь завязываются интимные отношения?

— У нас такого нет.

— Вот ты смотришь телевизор, а на экране мужчины — классные, успешные, красавцы... Неужели никто не затрагивает твоих чувств?

— Есть, конечно, которые нравятся, я ж не совсем... Просто этим себе голову не забиваю.

— Каким должен быть идеальный муж в твоем представлении?

— Как он будет внешне выглядеть, это не так важно. Главное, чтобы он меня ценил и нормально ко мне относился. Чтобы между нами было взаимопонимание.

— И чтобы готовил и стирал. Ведь спортсменам некогда этим заниматься?

— Да, да, да! Но мне трудно вообразить себя в роли жены. Если у меня будет семья, то тяжелую атлетику сразу придется бросить. У нас есть спортсменки, которые нарожают детей и потом возвращаются в спорт. А мое мнение: если уж появился ребенок, надо быть с ним, а не разъезжать по сборам и соревнованиям.

— Можешь представить себе мужа, который носил бы тебя на руках?

— Не могу (смеется).

— Ты будешь его носить?

— И что он тогда начнет о себе думать (смеется)? Нет, нельзя, чтобы человек расслаблялся.

— Где ты учишься?

— Заочно — во Львовском аграрном университете, перешла на второй курс. Моя будущая профессия — землеустроитель. Мне ее тренер посоветовал. Нас приглашали туда, и мы согласились. Конечно, времени на учебу мало, но я все равно, когда приезжаю домой, берусь за учебники. Не всегда понимаешь то, что читаешь, а объяснить некому. Самой понять непросто.

— Видишь себя в будущем тренером?

— Я бы не хотела им быть, считаю, что это очень тяжелый труд. Но в жизни бывают всякие перевороты, загадывать наперед не стану.

— Какая погода тебе по душе?

— Люблю дождь, особенно грозу, когда начинает темнеть. А зимой нравится смотреть, как на фоне фонарей идет мохнатый, пушистый снег. И начинаешь думать о Новом годе. Это для меня единственный праздник, который я могу провести с родными: с родителями, с братом, с его женой и племянницей. А так даже свои дни рождения приходится отмечать на сборах, на соревнованиях. Но я к этому уже привыкла.

ГЛАВНЫЙ ТРЕНЕР ВАСИЛИЙ ГРИГОРЬЕВИЧ КУЛАК: «В САМОЛЕТЕ ОЛЯ НЕ ПОМЕЩАЕТСЯ В ОДНО КРЕСЛО, И Я УСТУПАЮ ЕЙ СВОЕ»

— Когда я впервые увидел Олю на сборах, это была довольно крупная девочка (весила 115 килограммов), и, откровенно говоря, никто не думал, что она станет выдающейся спортсменкой мирового уровня. Ее личный детский тренер Николай Мольченко предложил работать вместе, и мы уже более пяти лет с ним сотрудничаем.

Оля — единственная спортсменка в мире, которую не взвешивают. Весит она, как правило, 160-167 килограммов, а весы рассчитаны на 150. В Доминиканской Республике был такой случай. Надо было отметить, сколько она весит, и я, не задумываясь, почему-то написал: 152. Везде прошла эта информация. Прилетаем домой. В аэропорту встревоженная мама задает первый вопрос: «Что с Олей? Улетела с весом 167, а сейчас у нее 152? Она заболела?». Еле убедил ее, что это недоразумение произошло по моей вине.

Есть неудобство в самолете: Ольга не помещается в одно кресло. Поэтому, если все места заняты, я уступаю ей свое, а сам сажусь в проходе на полу, у ее ног. Раньше она стеснялась, что все обращают внимание на ее фигуру, испытывала дискомфорт, но сейчас этот комплекс преодолела.

На соревнованиях в Европе, где она намного опережает своих соперниц, Оля не хочет выкладываться полностью. Перед ней громадная штанга, и она недоумевает: «Навiщо менi йти до неї, якщо я вже чемпiонка?». Приходится придумывать какие-то уловки. Успокаиваться нельзя, ведь на мировом уровне конкуренция очень высокая. Слава Богу, что у нас есть такая сильная спортсменка, и мы надеемся, что на Олимпиаде в Пекине все будет хорошо.

Когда она падает духом, я ей говорю: «Оля, если твоя мама увидит, как ты не поднимаешь штангу, тебе не будет стыдно?». Она тут же преображается: мама для Оли — святое.



Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
1000 символов осталось