В разделе: Архив газеты "Бульвар Гордона" Об издании Авторы Подписка
Во весь голос

Певица Светлана ПОРТНЯНСКАЯ: "Уезжая на гастроли в Америку, я твердо знала: назад не вернусь"

Ольга КУНГУРЦЕВА 16 Января, 2007 22:00
Известная певица Светлана Портнянская покинула Советский Союз в 1991 году. На родине у этой 25-летней красивой женщины было все.
Ольга КУНГУРЦЕВА
Известная певица Светлана Портнянская покинула Советский Союз в 1991 году. На родине у этой 25-летней красивой женщины было все. Коренная москвичка, талантливая выпускница Гнесинского училища, она имела большую сольную программу в театре "Шалом" под руководством Александра Левенбука, параллельно работала в известных джазовых коллективах, тесно сотрудничая с Александрой Пахмутовой и Оскаром Фельцманом. Ни дня простоя, полная востребованность плюс единогласно присужденная победа на популярном в те годы международном музыкальном конкурсе "Ступень к Парнасу". Тем не менее она, будучи на гастролях за океаном с оркестром под управлением Александра Кролла, решила в Союз не возвращаться. Сегодня Портнянская - звезда мирового уровня, ее приглашают во все страны мира. Вот только в СНГ зовут крайне редко. Но известный киевский поэт Александр Коротко пригласил красавицу-певицу в большой совместный проект "Мы звезды Давида". Благодаря этому мы и смогли поговорить со Светланой.

"МУЖИКИ ЛИПЛИ СО СТРАШНОЙ СИЛОЙ..."

- Когда вы решили выступить на международном песенном конкурсе "Ступень к Парнасу" с еврейским репертуаром да в национальной одежде, не опасались, что это может вам серьезно навредить?

- Моя карьера складывалась как нельзя более успешно, поэтому на сцене я чувствовала себя вполне уверенно. Понимая, что вправе диктовать условия, объявила организаторам: "Буду представлять Советский Союз с еврейскими песнями". И представьте, получила разрешение.

Я подготовила три песни: одну, философскую, крайне сложную в исполнении - на идиш, вторую, монументальную об Иерусалиме, - на иврите... А третьей была песня "Шанс", которую Александра Николаевна Пахмутова написала специально для меня за месяц до конкурса. У нас сложились теплые, близкие отношения. Она приглашала меня во все свои концерты, я ее, соответственно, тоже.

Первое место жюри присудило мне. Как гость там выступал Игорь Тальков. Помню, он сказал: "У тебя все идет как по маслу, а так не бывает. Неужто за тобой никто не стоит, никто не помогает?". Я ответила правду: "Поверьте, никто".

- Игорь Владимирович поверил?

- Не знаю... В то время меня несла стопроцентная уверенность в себе, в своем деле. Еврейская музыка не на местечковом уровне, вроде "семь-сорок", а в классическом стиле тогда была практически никому не известна. Я считала, что это несправедливо. А еще твердо знала, что на этом фестивале я одна такая неповторимая и, значит, все получится.

- Как конкуренты отнеслись к вашей победе?

- Плохо помню, все-таки дело было 17 лет назад... Я тогда находилась в состоянии эйфории - интервью, поздравления, банкеты, всевозможные приглашения. А еще мужики липли со страшной силой. Наверняка за спиной роились и сплетни, и гадости, но иначе и быть не могло. Я тогда поняла, что быстро въезжаю в мир шоу-бизнеса, и даже побаивалась: выдержу ли это? В январе 1991 года получила вызов в Америку - пригласили с выступлениями. Мы отправились туда с музыкантами оркестра под управлением Анатолия Кролла. И я решила: назад не вернусь.

- Почему? Ведь в Москве ваша карьера складывалась на диво успешно.

- Действительно, я постоянно участвовала в разных пафосных телепроектах, пела в серьезных концертах, подготовила сольную программу. В Польше обо мне сняли музыкальный фильм. Но то были 1990-1991 годы - никаких перспектив. Все рушилось на глазах. Пугала непредсказуемость завтрашнего дня. К тому же мне с детства очень хотелось уехать в Америку. Как бы непатриотично это звучало, я всегда слыла прожженной американисткой. И коль еврейская музыка стала моим амплуа, не сомневалась, что найду себе место в еврейской общине.

Мы с музыкантами успешно выступили в США, и я подписала контракт с компанией, которая занимается еврейским интертейментом, проще говоря, раскруткой.

У Светланы и Алика двое сыновей. Старшему Артуру - 20, младшему Филиппу - 14 лет. Каждый занят своим делом

Фото Александра ЛАЗАРЕНКО


- Вы свободно говорили на иврите?

- Вообще его не знала, да и английским владела на школьном уровне. Но тут главное - практика. А тогда я просто объявила музыкантам, что остаюсь.

- Как они отнеслись к такому поступку солистки?

- С пониманием. Я написала письмо в Госконцерт, поблагодарила за все хорошее, что было связано с моей работой, и официально уведомила о своем решении.

- Родители остались в Москве?

- Да. Но они меня на эмиграцию благословили. К сожалению, отец скоропостижно умер, я даже не смогла приехать на похороны, потому что в Америке у меня в то время документов еще не было. А маму со временем забрала к себе.

По приглашению Еврейской теологической семинарии в Нью-Йорке я поступила на канторский факультет. Кантор - это певец, который поет в синагоге. Раввин читает проповедь, а кантор исполняет молитвы. Но в те годы я об этом не имела никакого представления, просто пришла учиться. В общежитии мне выделили комнату. Конечно, она заметно отличалась от наших студенческих общаг - все удобства.
"ЛЮДИ СЛУШАЛИ ВИЛЛИ ТОКАРЕВА, ПИЛИ ВОДКУ, ВСПОМИНАЛИ СОЮЗ, ПЛАКАЛИ"

- Вы платили за учебу, проживание?


- Ни цента. Я получила грант, и за меня платило государство - случай исключительный. Кроме того, мне дали стипендию. Повторю: у меня не было ни документов, ни денег с собой. Тем не менее я была принята.

- Хоть немного скучали по родине?

- Если честно, нет. Вначале просто некогда было скукой маяться, а затем время ностальгии прошло. Иногда друзья приглашали меня посидеть в русских ресторанчиках. Я за голову хваталась: "Боже, где я, что это?!". Люди слушали Вилли Токарева в ресторане "Одесса", пили водку, вспоминали Союз, плакали... Но я же человек целеустремленный и не собиралась нюни распускать.

Вскоре в Америку приехал мой супруг, и мы перебрались в Лос-Анджелес. Там началась совершенно другая жизнь. Было ощущение, что тебя выкинули в океан и как хочешь, так и выплывай. Там много больших еврейских мероприятий, спектаклей, шоу, я реально могла попробовать себя на этом поприще. Со временем в Лос-Анджелесе я закончила университет иудаизма, обучилась специальному канторскому, очень сложному пению и пошла работать кантором в консервативную синагогу.

- А что, бывают и другие синагоги?

- Есть три направления иудаизма: реформистское, консервативное и ортодоксальное, в которое женщин не берут, - я выбрала среднее. Хотя это вовсе не означает, что я религиозный человек, - наоборот, стопроцентно светский. Поэтому к своей работе всегда относилась исключительно как к творчеству. Я часто бываю в Израиле. Но предана этой древней земле по-человечески, без религиозного фанатизма.

- Как служителю синагоги, вам запрещается посещать легкомысленные мероприятия, ходить в бары, рестораны, носить откровенные наряды?

- Нет, мы живем в свободной стране, где никто ничего не запрещает. Конечно, если нарушать нормы морали, руководство подумает, держать тебя дальше на работе или нет. Но я не припоминаю, чтобы кого-то выгоняли, даже ругали, - люди держат себя в определенных рамках. Знаете, в чем выражается свобода по-американски? В том, что ты никому не нужен, никому до тебя нет дела, никого не интересует, чем ты занимаешься. И самое главное - тебе никто не собирается помогать. С одной стороны, это непривычно, ведь мы долгое время жили в коммуне. А с другой - появляется стимул много работать, ни на кого не надеяться, всего добиваться самому.

- Но для этого необходимо полностью изменить свою ментальность.

- Безусловно. Но я уехала в 25 лет, когда такие изменения даются легко.

- Могли по старой привычке забежать к соседке за солью, сахаром?

- Нет, там это не принято. Хотя прежде, чем мы купили дом в Лос-Анджелесе, снимали квартиру в обычном доме, где проживало много бывших соотечественников и почему-то больше всего киевлян. Дверь квартиры всегда была открыта, и по нескольку раз в день на пороге я натыкалась на некую киевлянку - то одно ей дай, то другое... Вначале мне это казалось забавным, даже симпатичным... Но когда соседка достала всерьез, я просто закрыла дверь, и дело с концом. Сами видите, как быстро я влилась в американский стиль жизни.

Вскоре родился наш второй сын Филя, ему сейчас 14 лет. Нашему старшему - 20. Я занимаюсь своим делом, муж своим.

- Он ваш продюсер?

- Нет, у Алика инженерная компания и, к сожалению, муж не всегда имеет возможность ездить со мной. В Нью-Йорке осталось мое агентство, которое устраивает гастроли по миру. Я выступаю везде, где есть еврейские общины, пою не только в синагогах, но и в огромных залах. Работала в Латинской Америке, на Востоке, в Японии, в Новой Зеландии, в Мексике.
"В АМЕРИКЕ ЛИЧНЫХ ВОДИТЕЛЕЙ НАНИМАЮТ ЛИБО ВЫСКОЧКИ, ЛИБО ЖЛОБЫ"

- В СНГ приглашают?


- Да, но, к сожалению, очень редко. В последний раз я была в Киеве год назад, проездом.

- Почему редко?

- Я же отсутствовала 17 лет, поэтому меня или не знают, или забыли. Чтобы вспомнили, нужно постоянно находиться в вихре событий, висеть на телефоне, тусоваться - словом, соблюдать правила игры, принятые в украинском и российском шоу-бизнесе.

Я часто бываю в Латинской Америке и каждый раз туда не еду, а возвращаюсь, потому что все давно запланировано и расписано. Выступаю как с большими симфоническими оркестрами, так и с отдельными инструменталистами. Две недели назад вернулась из Токио.

- Там знают еврейскую музыку?

- Я представляю канториальную музыку, а это полуклассика. Три года назад подписала контракт с компанией "Colambia Reckords" на выпуск диска "Мировое музыкальное классическое наследие". В нем 200 произведений. Я очень хочу, чтобы эту музыку услышало как можно больше людей.

- Чем занимаются ваши дети?

- Старший учится в колледже, младший - в восьмом классе школы с музыкальным уклоном. Он талантливый мальчик и, судя по всему, будет пианистом.

- В Лос-Анджелесе у вас большой собственный дом, но ведь его содержание стоит безумных денег!

- Конечно. Но мы купили его довольно быстро - после двух лет жизни в Америке. Там каждый человек знает свои доходы и рассчитывает только на свои силы. Если жизненный уровень повышается, старый дом продается и подбирается новый. При этом нельзя ни на минуту забывать: за все надо платить, а значит, много работать.

- У вас есть обслуга?

- Два садовника, поскольку у нас очень большой сад, бассейнщик, уборщица. Готовку никому не доверяем - этим занимается либо моя мама, либо я.

- Предпочитаете еврейскую или русскую кухню?

- Ни ту, ни другую... Любим японскую.

- Вы находитесь в идеальной физической форме, с 20-летним сыном вполне можете сойти за брата и сестру. Это результаты особой диеты, работа пластических хирургов?

- Пластику не делала, но если посчитаю, что пришло время, сделаю. А так мы с мужем ведем здоровый образ жизни, очень любим кататься на лыжах. К тому же, хотя Алик и не любит, когда жена надолго уезжает, я много путешествую по миру. Для поездок использую любую возможность, беру с собой маму, сыновей.

А что касается стройных форм, то давно отказалась от мяса, хлеба, предпочитаю рыбу. Постоянно пью слабительный чай. И обязательно посещаю сауну, у нас она своя собственная.

- Чем снимаете стрессы, исправляете настроение?

- Обожаю машины. Я с 16 лет за рулем и гоняю на полной скорости. У нас три своих авто.

- Никогда не пользуетесь услугами водителя?

- В Америке это не принято. Персональных водителей нанимают или выскочки, или жлобы. Даже Билл Гейтс сам водит машину. А помните недавний скандал с Мелом Гибсоном? Кстати, киноактер живет недалеко от нас. Когда его поймали в стельку пьяным за рулем - он сильно превысил скорость, - Гибсон начал орать, обвинять евреев во всех смертных грехах... И что вы думаете? По требованию еврейских общин его сняли с нескольких проектов, отстранили от работы. Я веду к тому, что у нас даже звезды Голливуда ездят за рулем сами и сами же отвечают за нарушения.

- Вы приехали в Киев по приглашению Александра Коротко в рамках проекта "Мы звезды Давида"...

- Александр Шимонович - человек с экстраординарным мышлением и редким поэтическим даром. На музыку Инны Пушкарь он написал прекрасные стихи "Бабий Яр". Я исполняю ее на русском языке во всех концертах и без слез никогда не могу закончить:
Задумчивые, настороженные
слова живут в твоем голосе,
живут в твоем голосе
бескрайним ожиданием исхода.
они берут друг друга за руки
И поют от имени народа пустыни.
Великая тайна песнопений
На мгновение спускается с небес
И робким ангелом садится
На твое плечо.

Благословенная и доверчивая душа
возвращает тебя домой.
И в счастливом успокоении
Ты засыпаешь в объятьях

своего еврейского народа.
А сейчас Коротко пригласил меня на озвучание цикла стихов "Мы звезды Давида", посвященного его детству, его восприятию жизни. Мы запишем два диска, где Александр будет читать стихи, перемежаемые моими песнями на иврите.

Мы долго думали, какая музыка может соответствовать его поэзии и пришли к выводу, что канториальная. К сожалению, ее очень мало знают. И замечательно, что появилась возможность представить широкому слушателю соединение высокой музыки с высокой поэзией. В Киеве мы уже подобрали стихи, дома я определюсь с музыкой. Александр запишет свою часть дома, я свою - в Лос-Анджелесе. Вскоре мы вновь встретимся, все сведем. Далее планируется презентация, а затем - большая программа "Мы звезды Давида".



Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
1000 символов осталось