В разделе: Архив газеты "Бульвар Гордона" Об издании Авторы Подписка
Ах, какая женщина!

Руслана ПИСАНКА: «Мой бывший муж повел себя некрасиво и недостойно, и о нашем расставании я совсем не жалею»

Ольга КУНГУРЦЕВА 15 Мая, 2007 21:00
На встречу Руслана Писанка явно опаздывала. Я нервно крутила головой в разные стороны и уже хотела спросить у стройной брюнетки, стоящей неподалеку, не видела ли она всенародно любимую ведущую, но остановилась как вкопанная — это и была наша Руся.
Ольга КУНГУРЦЕВА
На встречу Руслана Писанка явно опаздывала. Я нервно крутила головой в разные стороны и уже хотела спросить у стройной брюнетки, стоящей неподалеку, не видела ли она всенародно любимую ведущую, но остановилась как вкопанная — это и была наша Руся. На интервью Писанка пришла секунда в секунду, а вот я ее, извините, попросту не узнала. И это немудрено. Похудевшая (правда, сохранившая все свои культовые места) Мисс Погода заметно изменилась и внутренне. Во время беседы я не уставала поражаться — где ее былая издерганность, вечная спешка и раздражительность? Это уже совсем другая Писанка. И нынешняя, признаюсь, нравится мне куда больше.

«РУКОВОДСТВУ «ИНТЕРА» НАШЕПТЫВАЛИ: «ПОРА ПИСАНКУ УБИРАТЬ, А ТО ЕЕ СЛИШКОМ МНОГО СТАЛО»

— Слухи о том, что Руслана Писанка не с бухты-барахты уехала в Москву, а после того, как ее сильно обидели на телеканале «Интер», давно витают в воздухе. Что же произошло?

— Честно говоря, я до сих пор не готова обсуждать подробности... Ну да ладно... Долгое время я вела на «Интере» «Погоду». Для кого-то такая программа — предел мечтаний, для меня же — временное пристанище. Поняв, что уже выросла из погодных штанишек, я решила создать свое ток-шоу. Желание-то было, но подходящего материала не находилось. И тут друзья привезли из Италии кассету с интереснейшей европейской передачей. Отсмотрев ее, я поняла: нечто подобное можно успешно внедрить на родном канале.

— Это было развлекательное ток-шоу?

— Не совсем. В нем должны были принимать участие обычные люди с реальными историями, драмами, трагедиями, которым телевидение в меру сил помогало выпутаться из сложных жизненных коллизий. Я сразу засучила рукава... Скажу без ложного пафоса: много лет я была лицом «Интера» и считала, что на канале ко мне все хорошо относятся, а значит, обязательно поддержат в новом амплуа. Какая наивность! Проект требовал длительной подготовки, но мне предложили чрезвычайно сжатые сроки, в режиме «бегом-кругом». Я пахала сутками напролет.

— Готовили пилотный выпуск?

— Да. Была середина лета, а я предлагала войти с проектом в новый сезон. Но для телевидения полтора месяца — все равно что 20 минут. В этом марафоне я постоянно сталкивалась с новыми и новыми проблемами, которые возникали по ходу. К тому же команду подбирала не я, мне выдали, уж извините, то, что оказалось под рукой. Как человек коммуникабельный, всячески пыталась этих людей растормошить, объединить, зажечь идеей. С некоторыми получилось. Кстати, когда меня «ушли» с канала, именно эти коллеги до последнего боролись за продвижение проекта. В итоге он все-таки вышел в эфир.

— Это часом не «Ключевой момент»?

— Он самый. Не хочу никого критиковать, но сегодня программа держит несколько иную интонацию, нежели та, на которую я рассчитывала.

— Вы сказали, что вас выжили с канала. Как это произошло?

— Дело в том, что некоторым людям на «Интере», вхожим в высокие кабинеты, я была как кость в горле: мол, что это Писанка говорит о погоде два слова, а ее вся страна знает? Я же и то делаю, и пятое, и десятое, но обо мне никто не слышал. Значит, «народное достояние» надо задвинуть подальше. Мой недоброжелатель чуть ли не ежедневно вдалбливал руководству, что Писанку пора смещать с «Погоды», а то слишком много ее стало. Одного не учел: за годы работы у меня везде появились свои «уши», которые докладывали обо всех «тайнах Мадридского двора».

Кстати, при встречах в интеровских коридорах этот человек неприязнь никак не выказывал, действовал по законам шоу-бизнеса: «Сюси-пуси, ты гениальна. Ты классно выглядишь». Я же в отличие от него терпеть не могу ходить по начальству, и если уже попадаю на прием, то начинаю бороться, громко требовать. Понятно — такое мало кому нравится (но мои визиты никогда не носили характер истерики, я высказывалась четко и по делу). Закончилась эта возня тем, что меня попросту «слили», отстранив от проекта.

— И вы психанули?

Руслана Писанка и ее партнер по «Танцам» Николай Коваленко.
Фото Сергея ТУШИНСКОГО, «ФАКТЫ»


— Сегодня я на руководство зла не держу. Как телевизионщик со стажем, понимаю: есть обстоятельства, при которых оно не имеет возможности долго разбираться в проблемах и глубоко в них копаться. Обидно только, что лично мне предложили создать программу за полтора месяца, в режиме «пахать, пахать и пахать», а в итоге над ее созданием работали полтора года. Начальников все-таки убедили, что такая передача необходима. Для «Ключевого момента» нашли новую ведущую — Наташу Сумскую.

— Когда после всех мытарств программа наконец-то вышла в эфир, но без вашего участия, сердце не екнуло?

— Не екнуло. Я переболела и успокоилась. Понимаете, после того, что случилось, я бы все равно кардинально изменила свою жизнь. Возможно, навсегда бы ушла с телевидения... Но я получила приглашение из Москвы. Там на общих основаниях прошла пробы и была утверждена ведущей. О несостоявшемся проекте скажу одно: это было серьезное испытание, которое меня закалило. Я еще раз убедилась: на телевидении необходимо все делать основательно, а не тяп-ляп.

«МНЕ БЫЛ НЕОБХОДИМ ГЛОТОК СВЕЖЕГО ВОЗДУХА, ХОТЯ В МОСКВЕ НАЧАЛАСЬ МЯСОРУБКА ПОХЛЕЩЕ»

— С «Интера» вас спокойно в Москву отпустили?

— Как сказать... Все хором твердили: «Да куда же ты? Да не бросай нас!». На эти причитания я с улыбкой отвечала: «Поеду, попытаю счастья». Мне был необходим глоток свежего воздуха. Хотя назвать Москву отдушиной проблематично — там началась мясорубка похлеще нашей.

— Как вас приняли на канале «НТВ»? Приехала, понимаешь, секс-символ Украины... Вы им действительно были нужны?

— Конечно. Иначе бы не приглашали. Они искали соведущую для Льва Новоженова, который был автором проекта «Страна советов». Чужой я себя в Москве не чувствовала. Конечно, приходилось привыкать, притираться, перестраиваться, но в целом приняли неплохо — до сих пор дружу с ведущими «НТВ» и представителями других каналов. Они, кстати, сразу предупредили меня о крайне неуживчивом характере Льва Юрьевича. На что я с улыбкой парировала: «Ничего страшного. Я свой характер тоже дома не забыла».

— С ним действительно было сложно?

— Непросто. Мы оба Скорпионы. Я сразу сказала: «Двум Скорпионам в одной банке не ужиться, тем не менее надо искать точки соприкосновения». Безусловно, Новоженов — эрудит, профессионал с большой буквы. В приватных беседах я задавала ему миллион вопросов, на которые получала весьма интересные ответы... Но когда дело касалось телевидения, он становился крайне строг и непробиваем: «Сейчас вы, Руслана, все сделали неправильно, пошли не в ту сторону, по непонятному и совершенно запутанному пути». — «Объясните, как надо было сделать?». — «Это надо чувствовать».

Мы вечно с ним спорили. Бывало, во время прямого эфира он меня конкретно «мочил», рассчитывая вызвать неадекватно бурную реакцию, но я ему такой радости ни разу не предоставила. Его экс-партнеры искренне сочувствовали: «Как мы тебя, мать, понимаем!». Вечное новоженовское брюзжание закончились тем, что с Нового года я стала вести программу одна.

— Он сам ушел или его попросили?

— Лев Юрьевич сам никогда не уходит (смеется). Возможно, на «НТВ» к нему было особое отношение, но получилось так, как получилось. Сегодня телевидением правят продюсеры, которым сверху виднее, кого убрать, кого оставить.

— Лев Юрьевич зашел к вам попрощаться?

— Ой, да что вы! «Чом ти не прийшов...»? Мне никто даже не удосужился объяснить, что происходит. Просто в одно прекрасное утро поставили перед фактом: «С сегодняшнего дня будешь вести передачу самостоятельно».

— Новоженов за то, что его «ушли», а Писанку оставили, мстить вам не стал?

— Не-е-ет! Лев Юрьевич человек прямолинейный: правду-матку в глаза режет так, что будь здоров, — но не интриган. Сегодня при встречах мы мило общаемся, целуемся. После его ухода руководство канала решило, что отныне «Страна советов» должна охватывать не только женскую, но и мужскую аудиторию. Поэтому в качестве соведущего пригласили Валеру Меладзе. С Валерой мне работалось весьма комфортно, хотя ему было сложно перестроиться, все-таки ток-шоу специфическое.

«НОВОЖЕНОВ МНЕ СКАЗАЛ: «РУСЛАНА, ВЫ НЕ СОСИСКА. ВЫ — САРДЕЛЬКА!»

— Насколько я помню, гости в передаче четко делились на две категории. Первые выдавливали из себя ровно два слова: «Да», «нет». Вторые, наоборот, ни на секунду не замолкали — хоть кляп в рот засовывай. А это прямой эфир с мгновенными перебивками на рекламу. Как вы боролись с говорунами?

— Сразу вспоминается Татьяна Веденеева. Милейший человек, сегодня она занимается бизнесом — выпускает соус «Ткемали». На «НТВ», как на любом другом канале, бесплатная реклама строжайше запрещена. Перед эфиром мы 10 раз Тане повторили: «Никакого кетчупа. Говорим исключительно о вязании». И все равно Веденеева ежеминутно спрыгивала со спиц да мотков шерсти на свой соус. Лев Юрьевич жутко бесился, чуть было не послал ее открытым текстом, а у меня в ухе «подслушка» разрывалась. Шеф-редактор и продюсер в два голоса шипели: «Пошло время рекламы!».

Я любым способом немедленно должна была закрыть Веденеевой рот. Пришлось рубить по живому. Как только она в очередной раз радостно изрекла: «Ткема...», я что есть мочи заорала: «Огромное вам спасибо!». Главное было включить театральный голос и перекричать гостью. Через две секунды в «Страну советов» торпедой врезалась реклама.

А как-то на программе присутствовал Леонид Ярмольник. Услышав полезный совет о том, что лучшее средство от комаров — жирный питательный крем, которым следует обмазаться с ног до головы, тогда поганые насекомые не кусаются, поскольку соскальзывают, он начал ухохатываться: «Ребята, я не въехал — у вас программа серьезная или юмористическая?». Причем своим истерическим хохотом еще и нас, ведущих, заразил.

— Часто в прямом эфире на незапланированные «хи-хи» пробивало?

— Очень часто! Пришли в гости Ирина Хакамада и Мирзакарим Норбеков — автор книг о самосовершенствовании человека. Тема: «Как бороться с насморком». Хакамада рассказала, что в таких случаях обливается холодной водой. Норбеков посоветовал при первых симптомах недуга отжаться от пола раз 20. Я поинтересовалась: «А если у человека нет физической возможности столько раз отжаться?». Он призадумался: «Тогда хотя бы один раз пусть попробует». Я гну свое: «А если он и это сделать не может?». И тут Норбеков насмешливо объявил: «Значит, это не человек. Это сосиска».

— Язык таким советчикам отрезать надо!

— Вот-вот! Ну я и выдала: «В таком случае сообщаю: я и есть та самая сосиска». Лев Юрьевич повернул голову, внимательно с ног до головы меня осмотрел: «Руслана, вы не сосиска. Вы — сарделька». Хакамада вжалась в диван и затряслась. Норбеков, человек сдержанный, чуть ли не втрое от хохота сложился, а у нас со Львом Юрьевичем от смеха грим потек. Руководство орет в «подслушку»: «Прекратите безобразие! Это прямой эфир, а не цирк». Самое интересное, что Новоженов до конца передачи не смог остановиться. Очень ему собственная шутка понравилась.

— И вы не поставили его на место?

— Это сделали без меня. Судя по всему, он так и не проникся отведенной ему ролью убеленного сединами мудреца рядом с пышногрудой гарной украиночкой, хохотушкой и веселушкой. Мне рассказывали, что я так показательно не реагировала на его «мочилово», что Новоженов еле сдерживал бешенство. В результате зрители дружно осудили его выходки, а ко мне пришла всероссийская любовь. «Русланочка, — писали мне, — если у вас имеется лишний корсет, пришлите его нам, пожалуйста. Спасибо за советы и за то, что вы всегда в хорошем настроении, всегда веселая. А на Льва Юрьевича внимания не обращайте. Он очень пожилой и наверняка устал от жизни».

— Долго программа просуществовала?

— Полтора года она ежедневно выходила в эфир.

— Вы растерялись после ее закрытия?

— Мы знали, что работаем до первого сентября. На «НТВ» пришел новый продюсер Александр Левин и закрыл все проекты, включая Савика Шустера. «Страна советов», кстати, была последней в этом скорбном списке. Меньше всех расстроилась я. Условия работы на «НТВ» были жесткие: ритм бешеный, никакой возможности хоть чуть-чуть расслабиться. Даже если вечером я умудрялась выбраться на тусовку, то от силы на полчаса, поскольку назавтра был подъем в шесть утра. А отправляться на прямой эфир с опухшим лицом и тяжелой головой негоже. Мечтала лишь об одном — выспаться.

— Домой в Киев не тянуло?

— Еще как, но сразу уехать из Москвы не получилось — пришлось целый месяц работать на свой имидж. Как из рога изобилия посыпались приглашения на всевозможные ток-шоу, интервью, эфиры. Все взахлеб интересовались причинами закрытия передачи, планами на будущее. Помню, я еще подумала: «Коль мной интересуются, значит, я жива». Моя подруга Юлиана Шахова однажды заметила: «Знаешь, в Москве есть ведущие, которые проработали на экране 15 лет. Но никто не знает, как их зовут и как они выглядят. А ты через месяц стала здесь своей в доску. И все потому, что ни на кого не похожа. Для Москвы это главное».

Короче, весь следующий месяц я делала фотосессии, давала интервью, тусовалась и паковала чемоданы. И тут позвонили из актерского агентства, с которым сотрудничает Станислав Садальский, предложили сыграть с ним в одном спектакле. Я еще с удивлением поинтересовалась: «Вы уверены, что я смогу? Опыт актерской работы у меня исключительно в кино. Театр — совершенно иная парафия». Мне объяснили, что чрезвычайно заинтересованы в совместном сотрудничестве. Репетиции были назначены на конец ноября, и я со спокойным сердцем приехала в Киев. Дома с места в карьер мне предложили сняться в новогодних мюзиклах «Сорочинская ярмарка» и «Три мушкетера»... Все закрутилось-завертелось...

«КОЛЯ КОВАЛЕНКО, САДИСТ, ЗАСТАВЛЯЛ МЕНЯ ОТ ПОЛА ОТЖИМАТЬСЯ И ДЕЛАТЬ «УГОЛ» НА ШВЕДСКОЙ СТЕНКЕ»

— Сегодня вы вновь работаете на телевидении?

— Нет, мы друг от друга отдыхаем. Я плотно занята в кино и антрепризах. Прошлым летом Андрей Анкудинов позвал меня в свой режиссерский дебют под названием «Просто повезло». По ночам мы снимались в Санкт-Петербурге, днем я улетала в Москву. Даже не помню, когда спала. Фильм получился симпатичным. Правда, увидев себя на экране, ужаснулась. Я тогда ведь весила на 25 кило больше. К сожалению, из-за этого впечатление напрочь смазалось.


«Коля Коваленко стал моим самым серьезным учителем в жизни. Я впервые имела дело с властным и волевым мужчиной»
Фото Сергея ТУШИНСКОГО, «ФАКТЫ»
— Говоря о сброшенном весе, плавно переходим к «Танцам со звездами». Сами решили принять в них участие?

— За год до этого я видела подобный проект в российской версии. Программа произвела на всех огромное впечатление, но у меня даже мысли не возникло, что сама когда-нибудь буду в такой проект приглашена. И вот звонит продюсер Алексей Гончаренко: «Руся, мы запускаем «Танцы со звездами», предлагаем тебе принять участие». Я аж подпрыгнула: «Да вы что! Я же не смогу».

— Раньше хоть немножко умели танцевать?

— Исключительно на уровне дискотеки. К тому же в театральном институте я систематически пропускала занятия по танцам. И все-таки азарт взял свое. Думаю: «А почему бы, собственно, не попробовать?». Подписывая контракт, не думала не гадала, что тем самым подписываю себе приговор.

— Вы как-то влияли на подбор партнера?

— Нет. На пробах мне представили двух учителей: Влада Яму и Колю Коваленко. К слову, после окончания проекта в ресторане мы устроили милые посиделки до шести утра. Я поставила рядом с собой Наташу Могилевскую, Влада и сказала тост: «Друзья, мало кто знает, но на месте Наташи могла быть я!». (Смеется).

Для начала мы с Владом прошли какие-то румбы. Он успел отметить: «В жизни не видел, чтобы ученица говорила больше учителя». Все эти движения бедрами казались мне очень смешными. Вспоминалась героиня Лии Ахеджаковой из «Служебного романа»: «Вы вращаете бедрами, как неприличная женщина». А Коля Коваленко к тому времени 13 лет не выходил на паркет в качестве танцора — ставил танцы в своей собственной школе. Он властно взял меня за руку и приказал: «Пошли танцевать».

У нас стопроцентно совпала энергетика, поэтому мы рискнули. Вначале готовили «Ча-ча-ча». Тогда еще Коля весил 93 килограмма, и я была за него спокойна: все нормально, парень меня выдержит. Но вскоре он сбросил 15 кило. Теряя в весе, становился все невозможнее и невозможнее, изгалялся надо мной с удвоенной силой.

— Было очень тяжко?

— Я в жизни не предполагала, что смогу так пахать! У меня постоянно были надорваны мышцы, и они не успевали восстанавливаться, все тело — в синяках, на которые каждую минуту больно нажимают пальцем... Первые две недели по утрам не могла встать с постели. Сползала, вытягивалась на полу, затем каким-то непонятным образом группировалась и только после этого поднималась. Ноги не ходили.

— Случались моменты, когда хотелось топнуть ногой, заорать: «Все, больше не могу! Отпустите!»?

— Постоянно! Как-то я сказала продюсерам: «Ребята, если бы вы поставили у нас на репетиции скрытую камеру, то увидели бы настоящую корриду. Шоу бы получилось во сто крат круче того, что вышло на экраны». Коля стал самым серьезным учителем в моей жизни. Я впервые имела дело с властным, целеустремленным и волевым мужчиной.

— Вы его, часом, не били?

— Я — нет, а он меня колотил постоянно, причем больно. Я чувствовала себя нерадивым ребенком, который не в состоянии выпрямить спину, не может подтянуть ягодицы. Когда все это дело не втягивалось, тут же получала спортивной палкой для аэробики, да всем тяжелым, что находилось в зале. Стояла бы в углу лопата — ее бы отведала.

Было еще одно орудие пыток — тремпель (то, что мы называем плечиками для одежды). Его вешали за крючочек мне на спину. Танцуем, к примеру, танго. Смотрите (показывает стойку): если в такой вот позе нормальный человек простоит минут 10, умрет от перенапряжения, а мне нужно было в течение восьми часов еще и танцевать. Если я вдруг отклонялась от заданной линии, тремпелечек немедленно снимался и я изо всей силы получала по оттопыренным местам. Вроде не больно, но я плакала, обижалась, психовала... Хорошо, хоть без грубых слов обошлось: у нас изначально задался высокий тон отношений.

— Общались на вы или на ты?

— На ты. Но в репетиционном зале роли жестко разделились — учитель и ученица. Все было чрезвычайно ответственно, поэтому я позволила Коле подавить свою волю.

— Кажется, во время одного из номеров он запрыгивал вам на руки.

— Нет-нет, этот трюк в финальном шоу проделал Зеленский (Вова к тому времени окончательно истощился, усох и выглядел, как 12-летний мальчик). Хотя сначала мы планировали, что на его месте будет Коля, но на репетиции поняли: для меня партнер все-таки тяжеловат.

Наша подготовка всерьез осложнилось из-за того, что Коля сломал руку. В перерыве между съемками он поехал в родные Черкассы, где неудачно позанимался карате. Надо отдать должное его мужеству — терпел адскую боль, но доказывал, что это всего лишь небольшое растяжение.

Стискивая от боли зубы, партнер постоянно таскал меня на себе, а рука на глазах становилась все шире, все синее. И я пошла на радикальные меры. С криком: «Коля, мы тебя теряем!» рванула с ним к врачу. Оказалось, между раздробленной костью застряла мышца, представляете? Руку разрезали, собрали по частям, завинтили винтики, зашили, наложили гипс. Коля переживал, предлагал мне искать другого партнера, но я была непоколебима: «Тебе гипс мешает? Нет. Мне тоже. Значит, давай работать».

Мы продолжали репетировать, отрабатывать эффектные трюки, но поскольку руку нельзя было сильно нагружать, он предложил: «Давай, ты сама будешь за меня цепляться и держать вес своего тела». Попробовала, тут же растянула руку, да так, что она две недели болталась, как плеть. А Коля, садист, для ее восстановления заставлял... от пола отжиматься. Я и раньше-то никогда в жизни этого не делала, а уж с больной конечностью... Представляете? Но деваться было некуда.

Потом учитель начал подвешивать меня на шведскую стенку, заставляя делать на ней «уголок». Сам стоял рядом, с палкой в руке, и считал до 10-ти. Когда на счет «четыре» я начинала орать: «Все больше не могу, умираю! Спасите, люди добрые, помогите!», отвечал спокойно: «Упадешь — получишь палкой». Однажды я ухватилась за лесенку и своим весом ее поломала, оторвала от стены... Ничком грохнулась на пол. Тем не менее уже через полторы недели запросто запрыгивала Коле с разбега на шею, держа при этом на весу свое тело. Еще и па какие-то выделывала, а он меня вращал.

«ВСЕ, КТО МЕЧТАЕТ ПОХУДЕТЬ, ЗАПИСЫВАЙТЕСЬ НА БАЛЬНЫЕ ТАНЦЫ»

— Обидно было из программы вылетать?

— Это было бы действительно нелегко, если бы мы прошли всего несколько этапов и не успели до конца прочувствовать вкус шоу. Но мы исполнили семь номеров, отработали восемь эфиров... В любом случае я доказала, что способна на большее, чем раньше казалось. К нам потом многие зрители подходили: «Когда вы покидали шоу, мы плакали».

— Сколько килограммов вы сбросили за месяцы репетиций?

— Я и до этого сидела на строгой, но очень простой диете — можно есть все подряд, но четко до двух часов дня. Дальше — ни крошки. То есть изначально во мне было минус семь килограммов. Во время подготовки питалась нормально, без ограничений. Коля объяснил, что тренировки сжигают все калории. Я тогда не думала ни о своем возрасте, ни о своем теле, ни о лишнем весе. Оказалось, что тело у меня нормальное, просто надо над ним работать: ставить цель и ее добиваться. За все время я похудела на 15 килограммов.

Знаете, как было приятно, когда Юра Горбунов начал прощаться с нашей парой, при этом и жюри, и зал аплодировали стоя! Вот когда я окончательно поняла: мы сумели доказать, что при желании каждый может изменить себя в лучшую сторону.

Кстати, всем, кто мечтает похудеть, могу предложить самый действенный способ — записывайтесь на бальные танцы. Если заниматься регулярно, желательно через день, то через два месяца вы себя просто не узнаете.

— На финальном шоу вам подарили приглашение на венский бал, а к нему — вечернее платье и туфельки. Расскажите об этой поездке в Вену.

— На балу присутствовало около пяти тысяч приглашенных. Дворец огромен, но все толпились, чуть ли не терлись друг о друга. Мы с Колей решили во что бы то ни стало станцевать — все-таки присутствуем на таком балу! Вальсировали в обычной бытовой позиции, но на малюсенькой площадке с радиусом в полтора метра. Я даже умудрилась нас сверху сфотографировать, чтобы запечатлеть масштабы мероприятия. Ближе к середине ночи часть приглашенных разъехалась, и все равно было тесновато. Но мы показали еще и свое «Ча-ча-ча». В платье и туфельках я чувствовала себя принцессой.

— Что вам подарили на память?

— Веер, который я передала Колиной дочери, и милый медальончик на бархатке. Открываешь, а внутри — миниатюрная книжечка, скрепленная ниточкой, в которую дамы записывают номера танцев.

В Вене мы провели четыре незабываемых дня. Отведали венский шницель с кровью и струдель с ванильным кремом, посетили музеи и, конечно, совершили небольшой шопинг. Я долго буду вспоминать эту поездку, о чем не преминула сказать Коле на прощание.

«РЕВНОСТЬ ИВАНА СПОСОБСТВОВАЛА НАШЕМУ РАЗРЫВУ»

— Погодите-погодите, на какое прощание? Писали, что ради своего партнера вы расстались с мужем.

— Понятия не имею, откуда берутся подобные сплетни и что о нас наврут уже завтра. С Иваном я действительно рассталась, но Коля здесь абсолютно ни при чем.

«Чем больше я поднималась в «Танцах», тем хуже обстояли дела в семье. Иван повел себя по отношению ко мне недостойно и некрасиво, и в один прекрасный день я себя спросила: «Руслана, зачем тебе все это надо?»


— Тогда в чем причина? В супруге взыграла ревность к вашей растущей популярности или он попросту устал быть мужем Русланы Писанки?

— Сложно сказать однозначно. Конечно, его ревность способствовала нашему разрыву. Так получилось, что я некоторое время жила как бы в двух измерениях: с одной стороны, проект, с другой — личная жизнь. Чем больше поднималась в «Танцах», тем хуже обстояли дела в семье. Конечно, всего рассказать не могу, но Иван повел себя по отношению ко мне весьма некрасиво и недостойно, поэтому в один прекрасный день я себя спросила: «Руслана, зачем тебе все это надо?». Ненавижу, когда меня в чем-то подозревают. Если любишь человека, значит, доверяешь ему на все сто, а коли доверия нет, значит, работай над собой, чего я и пожелала супругу на прощание.

Если я занимаюсь делом, то отдаюсь ему с головой. Впрочем, Коля Коваленко тоже на время отказался от личной жизни, но его жена и дочь восприняли это нормально. Единственное, что требовалось от наших близких, — понять, что так надо, и несколько месяцев потерпеть. Ване выдержки не хватило, но я о нашем расставании совершенно не жалею. Давно вызревшие нарывы наконец-то вскрылись.

— Ваня не ищет путей назад?

— Конечно, ищет. Только уже поздно. Я в эту реку больше не войду.

— Где вы сейчас обитаете — в Москве или в Киеве?

— Мотаюсь регулярно туда-сюда. В Киеве скопилось миллион проблем социально-бытового характера, которые я долгое время не успевала решить. К тому же здесь мои родители, брат, его семья. Хвала Всевышнему, отныне я имею возможность по-новому планировать свое время, мечтаю наступившую весну провести в Киеве. За последние четыре года я запуталась в городах, государствах. Спрашивают, куда лечу, — отвечаю: «Домой», при этом сама толком не понимаю, что имею в виду — Киев или Москву.

В дальнейшем хочу посвятить себя бизнесу, уже разрабатываю бизнес-план. Если это дело начнет развиваться не только в Киеве, но и в Москве, значит, я не напрасно там проработала.

— Напоследок не могу не задать один животрепещущий вопрос: нынче у Русланы Писанки бой-френд имеется?

(Улыбается). Сейчас я отдыхаю и в амурных делах особо ничего не планирую. Хочется наконец-то побыть собой, но как только на моем горизонте появится достойный мужчина, обещаю «Бульвару Гордона» первому об этом рассказать.






Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
1000 символов осталось