В разделе: Архив газеты "Бульвар Гордона" Об издании Авторы Подписка
Скажи, кто твой друг...

Валерий ЗОЛОТУХИН: «Высоцкий очень бережно ко мне относился — я до самой его смерти не знал, что он принимал наркотики...»

Татьяна ДУГИЛЬ. Специально для «Бульвар Гордона» 24 Января, 2008 22:00
25 января Владимиру Высоцкому исполнилось бы 70 лет.
Татьяна ДУГИЛЬ
Расхристанный алтайский парень, когда-то с кондачка покоривший Москву, в мгновение ока ставший звездой советского кино и одним из лиц Театра на Таганке, недавно отметил свое 66-летие. С годами популярность Валерия Золотухина, несмотря на многочисленные жизненные невзгоды и карьерные сдвиги, не убывает, ибо этот артист относится к той немногочисленной категории звезд, которые стабильно востребованы. Роли в кино и на сцене, активная личная жизнь, молодая красавица-жена, маленький сын, литературное творчество... Да, Валерий Сергеевич широко известен не только как замечательный актер, но и как рассказчик. Одну из своих книг — «Все в жертву памяти твоей» — Золотухин всегда берет с собой на гастроли, концерты и выступления. Кому посвящена эта жертва, легко догадаться с трех раз. В свое время отношения Золотухина и Высоцкого были притчей во языцех. Их яркий тандем являл собой нечто большее, чем приятельство, товарищество и даже крепкая мужская дружба. Это тот самый случай, который принято называть «родством душ». И видимо, с годами оно проявляется все сильнее.

«ЕСЛИ МЫ С ВОЛОДЕЙ И ВЫПИВАЛИ, ТО КРАЙНЕ РЕДКО И УМЕРЕННО»

— Валерий Сергеевич, признаюсь сразу: влюблена в актера Золотухина с детства, с фильма «Бумбараш»! Поэтому, готовясь к интервью, даже растерялась: хочется поговорить и о становлении личности, и о кинотеатре, и о храме Покрова Богородицы, который вы построили в селе Быстрый Исток, и о вашем звании «Сибиряк года-2003», и о Молодежном театре Алтая. Ну и конечно, о дружбе с Владимиром Высоцким...

— Да, жизнь такая большая, что хороших вопросов о ней можно задавать много...

— Но, может быть, начнем все-таки с дружбы? Ведь уже классикой стало: «Кто твой друг?». — «Валерий Золотухин». — «За что ты его любишь?». — «Если знаешь, за что, это уже не любовь, а хорошее отношение». (Из анкеты Владимира Высоцкого. — Прим. ред.). Чем для вас были отношения с Высоцким?

— Чем была для меня эта дружба, понимаешь только с годами. Сейчас я с ним, Высоцким Владимиром Семеновичем, практически ни на один день не расстаюсь.

— Я так понимаю, свою книгу «Все в жертву памяти твоей» вы не ради денег продаете на своих концертах и гастролях?

— Книгу эту, выпущенную в 1992 году, я вожу с собой и продаю для того, чтобы в каждом городе, где бываю, посеять слово о Высоцком. Потому что слово о нем — это и есть наше с ним общение.


«Моя слава, как и слава Сальери, при жизни была выше славы Высоцкого...». «Хозяин тайги», 1968 год



— И все-таки кто он для вас прежде всего?

— Высоцкий — это великий, не побоюсь данного определения, русский поэт. Поэтому мне прежде всего хочется, чтобы современная молодежь интересовалась им, знала его, любила и слушала. Слава Богу, пока это, в общем-то, происходит.

Кроме того... Да не заподозрите меня в ложной скромности (я о своем таланте много чего знаю), если что-то и останется от меня, то, скорее всего, это будут именно мои дневниковые записи о Володе.

— О Володе уже столько всего написано, если честно...

— Большинство опубликованного о нем было написано после его смерти. А ценность моих заметок в том, что они велись при жизни Высоцкого. Дневник — это документ, который отличается от воспоминаний, как интервью от допроса. Поэтому я всегда призываю своих читателей обращать внимание на даты: когда написано, в какой день и даже в какое время суток...

Для меня это все очень важно, потому что наша дружба с Владимиром Семенычем была очень бережной, что ли, с его стороны.

— В чем это выражалось?

— Ну я, к примеру, до самой Володиной смерти не знал, что он употреблял наркотики. Кто-то думает, что это невнимательность и безразличие с моей стороны... Но я же человек деревенский! Откуда мне знать тогда о таких вещах, как наркомания и ее проявления?.. Высоцкий оберегал меня от всего этого и не допускал в свою тайну.

— А как быть с алкоголем?

— Если мы с ним и выпивали, то крайне редко и умеренно. Когда же его начинало заносить, я старался не участвовать в этих его срывах.

«ПОСЛЕ ФИЛЬМА РЯЗАНОВА «ЧЕТЫРЕ ВЕЧЕРА С ВЛАДИМИРОМ ВЫСОЦКИМ» Я СТАЛ ПОЛУЧАТЬ ОСКОРБИТЕЛЬНЫЕ ПИСЬМА С УГРОЗАМИ»

— Валерий Сергеевич, ну а как же в понятие «бережной дружбы» вписывается известный эпизод с «Гамлетом», когда вы пробовались в спектакле на главную роль, которую уже играл, причем очень хорошо, ваш друг Высоцкий?

— История с моими пробами на роль Гамлета, которого играл Высоцкий, была раздута и довольно предвзято преподнесена Эльдаром Рязановым в его документальном фильме «Четыре вечера с Владимиром Высоцким»... Тогда я сам приехал к режиссеру, поделился, рассказал ему о том предложении Юрия Любимова, а Рязанов разрезал мой монолог, дав его кусками, и перемонтировал, вставив ряд комментариев разных людей.

В результате родилась легенда о моем «предательстве». На самом деле, это всего лишь киномонтаж! Поэтому оправдываться я не хочу. Я устал за столько лет объяснять, как все было... Вы, журналисты, лучше прочих знаете, как можно исказить и преподнести любой материал. Писатель Виктор Астафьев сказал, когда посмотрел этот фильм: «Золотухин здесь единственный честный человек, но и того обокрали!».

Однако дело-то было сделано... 200 миллионов зрителей от меня отвернулись! Я стал получать оскорбительные, хамские письма, иногда полные угроз: мне, мол, выжгут глаза, меня зарежут, моих детей уничтожат...

В общем, началось самое настоящее кликушество, которое сейчас, к счастью, поутихло. А тогда, после Володиной смерти, невозможно было говорить о его каких-то, к примеру, слабых стихах. Даже у Пушкина можно было назвать менее удачные и ценные строки, а вот у Высоцкого — нет! Не моги сказать против него ничего дурного — растерзают! Такое идолопоклонничество было...

«Я НЕ ЗАВИДОВАЛ ВЫСОЦКОМУ. ТАКИХ АКТЕРОВ, КАКИМ БЫЛ ОН, МНОГО...»

— А как вы в таком случае прокомментируете свое собственное высказывание: «Владимир Высоцкий был мне другом, но я всю жизнь ему по-черному завидовал»?

— Ну вот! Опять интерпретировали! Та фраза звучала так: «Я завидую Владимиру Высоцкому! Но не чистой, а самой черной завистью, какая только бывает. Я, может быть, самому Александру Сергеевичу не завидую так, как Высоцкому, потому что имел честь быть современником последнего!».


«Я не мог завидовать Высоцкому. Я же актер. А он — великий поэт!»

Вторая часть фразы исключает первую. Но люди так устроены: они недослушивают, не вникают... Ловят только начало: «О, завидует!», а дальше им уже становится неинтересно.

Я не мог завидовать Высоцкому в профессиональном отношении, потому что моя слава, как и слава Сальери, при жизни была выше славы Высоцкого. Его еще нигде не публиковали, а у меня уже вышла первая повесть в журнале «Юность», был уже в активе «Бумбараш», я играл разные роли в театре... Да и потом, как нас сравнивать? Я же актер. А он — великий поэт! С таким же успехом я мог бы завидовать и Пушкину!

— Стоп! Владимир Семенович не только поэтом был, если вы с ним в одном театре играли...

— И в театре я ему тоже не завидовал. Это исключено. Мы не были с ним соперниками в своем ремесле. Чепуха это полная! Актеров таких, каким был Высоцкий (ну давайте рассудим справедливо!), много. Рядом с Володей работали Олег Даль, Юрий Богатырев, Павел Луспекаев... Не чета нам с Высоцким были артисты! Поэтому не надо, как говорится... (Нервничает). Мы же все запомнили Высоцкого прежде всего поэтом и исполнителем своих песен. Мало ли кто кем был по профессии. Булгаков, например, врач... и Чехов тоже. Но врачи и получше были и есть, а писателей таких, как Чехов, днем с огнем не найти.

— Давайте, Валерий Сергеевич, наверное, сменим тему... Что вы сегодня, в свои 66 лет, считаете основной жизненной ценностью?

— Я не очень люблю отвечать на подобные анкетные вопросы... Наверное, доброту считаю главной ценностью. Нынешний дефицит добра и милосердия лично меня угнетает. Я своим детям, а теперь уже и внукам, все время говорю: «Мне неважно, какую карьеру вы сделаете. Главное — будьте здоровы и добры. А все остальное... Есть — хорошо. Нет — ну и ладно».

— Сегодня вы взвалили на свои плечи огромный груз — возглавили Молодежный театр Алтая, построили в родном селе храм... Пришел черед, так сказать, отдавать долги и подводить итоги?

— В каком-то смысле, да... Я построил то, что разрушил мой отец. Не в искупление грехов, а просто так вышло. И с театром тоже. Мои земляки и коллеги с Алтая привлекли меня к художественному руководству по принципу: «Вы храм построили — так постройте нам и театр!». Ну вот теперь и строю...



Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
1000 символов осталось