Повседневная жизнь — самое сложное

Виталий КОРОТИЧ. «Бульвар Гордона» 28 Августа, 2014 00:00

У видного политолога я прочел, что «на Украине революция — это причина смены власти. В России — результат падения власти. Режим вначале сгниет внутри себя, а потом это дело в едином учебнике истории назовут революцией». Сейчас вообще многие пытаются понять, чем мы отличаемся от окрестного мира и почему мы не способны к жизни, где добро повседневно, банально, а революционные истерики остались в историческом прошлом.

Современная Украина удивила человечество своим устремлением к свободе, но в то же время максимализмом, желанием за один раз получить все одновременно. Присущая России, как и Украине, привычка к патетическому многословию, недостижимой святости вместо обыденной честности пульсирует в нас. Свойственная России привычка поклоняться царю и одновременно его ненавидеть из Украины ушла, люди научились откровенно свергать надоевшую власть. Но и здесь непросто. Жду не дождусь новых людей, без советской привычки к повседневной лжи, потому что слишком уж много недавних комсомольцев, числившихся в советские годы сменой партии, и сегодня сменяют на государственных должностях засидевшихся там своих партийных учителей — фальшь сменяется фальшью.

Я тоскую по нормальной, без грохота и болтовни, повседневности. Люди отвыкли жить обыденно и никак не поверят в существующий поблизости дружелюбный мир. К примеру, в Англии полицейских уважают — у нас то презирают, то заискивают перед ними. Вообще, повседневная жизнь — самое трудное. Просто попить утром чаю, поулыбаться детям, в хорошем настроении пойти на работу, выбросив по дороге мусор, — это слишком банально.

У еще одного исследователя современности я прочел наблюдения за нашим стремлением жить «на крике» — подменить нравственность — верой, образование — догмами, здравоохранение — знахарством, о желании создать как можно больше канонов, символов, лозунгов. И государство тут как тут, всегда готовое подменить систему знаний образовательной муштрой и заучиванием догм.

Нам нужна обыденная порядочность без истерик. Недавно канонизированный Иоанн Павел II обыденно простил человека, который хотел его убить и тяжело ранил. Недавно ушедший Нельсон Мандела, выживший в нечеловеческих условиях колониальной тюрьмы, никому не мстил, а сделал все для демократического развития своей страны. Я знаю по своему общению с академиком Сахаровым, насколько естественны, даже обыденны были для него критерии добра и зла, насколько он не хотел унижать себя суетливой местью. И судьба подарила ему за это возможность увидеть крах советской системы.

Герои величайших учебников человечества Библии и Корана были банальны в своем стремлении искренне совершать добро, не приподнимаясь на цыпочки. У нас никогда не было искренней власти — возможно, таковой и не бывает. Но мы-то завоевали право на искренность, хоть не умеем еще жить по нему. Мы никак не вырвемся к человечеству, никак не войдем в него равноправно. Нас столько лет учили бороться с «западными ценностями», что мы так и не освоили одинаковых для всех правил достойного и разумного устройства жизни, нечасто задумываемся над тем, почему в Японии, Канаде, Германии социальные преимущества тамошнего населения так разительно отличны от наших.

Рассуждая о своем христианстве, мы больше времени посвящаем борьбе между разными вариантами великого учения, чем усваиваем его основы. Никто из опрошенных мною в последнее время не смог назвать мне все 10 заповедей, считая, что умение перекреститься исчерпывает религиозную принадлежность. Банальность, повседневность добра, спокойная и достойная жизнь без истерик. И у нас так будет?