В разделе: Архив газеты "Бульвар Гордона" Об издании Авторы Подписка
Знай нашу!

Абсолютная чемпионка мира по художественной гимнастике киевлянка Анна БЕССОНОВА: «Я не такой человек, чтобы бросаться на каждого второго мужчину»

Михаил НАЗАРЕНКО. «Бульвар Гордона» 24 Января, 2008 22:00
Национальный Олимпийский комитет Украины назвал гимнастку лучшей спортсменкой 2007 года.
Михаил НАЗАРЕНКО
В 2007 году на чемпионате мира по художественной гимнастике в Греции киевлянка Анна Бессонова совершила спортивный подвиг — она стала абсолютной чемпионкой мира, прервав многолетнюю гегемонию россиянок. Наконец-то за долгие годы судьи, которые до этого не отличались объективностью, устыдились в очередной раз отодвигать Аню на второе или третье место. Слишком уж громкими овациями сопровождалось каждое ее выступление. С впечатляющей победой нашу чемпионку поздравил Президент Украины Виктор Ющенко. Анну Бессонову включили в число «100 самых влиятельных женщин Украины», среди которых пять спортсменок. Напомним, что Аня — дочь известного футболиста и тренера Владимира Бессонова и чемпионки мира по художественной гимнастике Виктории Седых. А ее наставники — известные на весь мир заслуженные тренеры Украины Альбина Николаевна и Ирина Ивановна Дерюгины.

«И ДНЕМ ТРЕНИРУЕШЬСЯ, И ВО СНЕ ТОЖЕ. ЭТО ОЧЕНЬ ИЗМАТЫВАЕТ»

— Аня, ты и твои тренеры предвидели этот успех?

— Он был неожиданным и для нас. Мы просто готовились к чемпионату мира не так, как обычно. Впрочем, система подготовки менялась каждый раз, когда я занимала второе место. Мы считали: значит, что-то делали неправильно.

Соревнования проходили очень напряженно. Я была настолько вся в себе, что вообще не обращала внимания на что-либо. Все было для меня приглушенно. Выступала после всех своих главных конкурентов. После третьего вида меня вывели на первое место. Восприняла это как должное, потому что неоднократно перед последним видом я занимала первую позицию, а потом оказывалась снова на второй. Я не дергалась, понимала: все зависит только от меня, и мое состояние вылилось, как мне потом сказали, в очень красивое, экспрессивное зрелище. Я победила.

— Ты не отчаивалась оттого, что так долго не достигала нужного результата?

— Конечно, отчаивалась. Я начала себя недооценивать и думать, что действительно не способна подняться выше второго места. Тренеры с этим боролись, говорили, что ни в коем случае нельзя сдаваться. И я все-таки себя пересилила.

— Причина была в тебе или в субъективности судей, которые благоволили к россиянкам?

— И в том, и в другом. Субъективность судей была, есть и будет. Бывает очень много моментов, которые могут помешать им поставить хорошую оценку. Поэтому надо сделать такую программу, от которой даже у судьи захватило бы дух. Чтобы он засмотрелся на тебя и поставил оценку, которую считает нужным, а не занизил ее в угоду кому-то.

— Ты подразумеваешь главного тренера сборной России Ирину Виннер? Неужели она такая всесильная?

— Она имеет очень большое влияние на судей. К сожалению. У россиянок огромные залы для занятий художественной гимнастикой в Москве, есть идеальная база для подготовки в Хорватии. Там тренируются гимнастки из Америки, Кореи, Азербайджана, Казахстана, Узбекистана. Разумеется, эти страны поддерживают Россию. Мы бы тоже помогали кому-то, у нас хорошие специалисты, тренеры, но в нашем зале едва помещаемся мы сами. Это одна из основных проблем.

— Ирина Виннер считает, что ее девочки больше заслужили победу, а тебя судьи просто вытянули...

— Естественно, она никогда в жизни не признает, что ее гимнастка завалила упражнения.

— Сетует, что судьям просто надоело слушать российский гимн...

— Молодец, что это поняла. Но она как бы пытается сказать, что они сделали мне подачку. Не хочет признать очевидного: на этом чемпионате мира ее гимнастки были слабее.

Я уже говорила, что российская гимнастика похожа на цирк. У них совсем другая школа, идет эксплуатация физических данных, девочки должны гнуться и загибаться. И я слышала, что Ирина Виннер на эти слова обиделась. Смотреть правде в глаза тяжело.




— Алина Кабаева «гнулась, загибалась» и достигла вершин...

— Когда-то она выигрывала все подряд, это был нонсенс, но она действительно была лучшей. И никто не говорил, что кто-то кого-то засудил. Потом началась борьба с Кабаевой, на ее уровень вышли многие, она слилась с массой, и было уже непонятно, почему ей опять ставили баллы выше всех.

— Ирина Ивановна Дерюгина дала ей жесткое определение: «Кабаева больше похожа на антиквариат»... Что характерно для украинской художественной гимнастики?

— Украинская гимнастика — разноплановая, мы тоже выполняем разные сложные элементы, но мы умеем и другое. У нас свой стиль, на котором мы делаем акцент. Стремимся, как говорит Ирина Ивановна, чтобы была связь «музыки, тела и предмета», чтобы выражалась эмоциональность, душевность, именно художественность гимнастики.

Я во всех своих композициях пытаюсь рассказать какую-нибудь историю. Например, композиция «Аврора», показанная на чемпионате мира в последнем виде, — история про девочку, которая мечтала стать танцовщицей. Но случилась чернобыльская трагедия, от которой она пострадала. И все-таки она боролась за свою мечту до конца. Все это я показываю за полторы минуты.

— Ты как-то выразилась: «Я выхожу на ковер, как на войну»... Несправедливость судей не приводила к ночным кошмарам?

— Кошмаров вообще достаточно было, и не только по этой причине. Изнурительные тренировки, постоянные нагрузки отражаются на организме. И днем тренируешься, и во сне тоже. Это очень изматывает. Недоспал — опасно: испытываешь слабость, можешь получить травму. Переспал — теряешь координацию, скорость.

Перед финальными соревнованиями на чемпионате Европы мне приснилась собака, которая умерла много лет назад и которую я очень любила. Она защищала меня от огромного медведя. Причем спрыгнула с балкона в речку, которой нет возле нашего дома. Во сне я испугалась. И думала: что это значит?

Вместе с Альбиной Николаевной, у которой хорошо развита интуиция, мы расшифровали мой сон. Собака, я знаю, это друг, а медведь — один из символов России. Мы нуждались тогда в надежной поддержке, чтобы защититься от соперников. Но стать первой на том чемпионате мне снова не удалось.

«БОЛЬ ОТДАВАЛАСЬ ВО ВСЕМ ТЕЛЕ, НО НА СОРЕВНОВАНИЯХ ЗАБЫВАЕШЬ ОБО ВСЕМ»

— Были моменты, когда ты собиралась закончить спортивную карьеру?

— Это могло случиться после операции, которая у меня была в конце 2004 года. Тогда еще перед чемпионатом Европы, в канун Олимпийских игр в Афинах, от перенагрузок у меня зажало нерв между пальцами правой ноги. Боль была постоянная, отдавалась во всем теле. Мы понимали: если я сделаю операцию, то не успею восстановиться и быть в форме, которая нужна для Олимпиады. И приняли решение, что я буду терпеть. Тема была закрыта. Забыли, и все.

— Как же ты все это перенесла на таких ответственных соревнованиях?

— Когда выступаешь, входишь в такое состояние, что забываешь про любую боль, про все проблемы, которые существуют в мире. Все уходит на задний план! На площадке тебя волнует только то, что ты делаешь и должна делать. Если ты слабая и не можешь терпеть, — снимайся с соревнований, никто упрашивать не станет. Я терпела и принесла украинской сборной бронзовую медаль.

А после Олимпиады мне сделали первую в моей жизни операцию — в Мюнхене, у хорошего специалиста. Я видела состояние мамы перед этим. Мне было страшно. Лежа на операционном столе, судорожно пыталась запомнить, когда отключусь после наркоза, но это мгновение не поймала. Очнулась в реанимации. Сделала несколько движений — меня пронзила нестерпимая боль.

Считала, что страшнее уже ничего не будет. Но оказалось, что может быть и хуже. В 2006 году в колене скопилась жидкость, туда была занесена инфекция. Мы тогда находились на сборах в Алуште. Видя мое состояние, Альбина Николаевна срочно отправила меня в Киев на операцию. Врачи, которых я знала, были в отпуске, но ждать их нельзя было ни одного дня. Я доверилась другим специалистам. А через месяц мы поехали на чемпионат Европы в Москву, где русские судьи особенно придирчивы к украинским гимнасткам. Но я, несмотря ни на что, заняла третье место.

Боль не проходила. Восстанавливаться было очень тяжело. И я обреченно думала: вот дотяну этот год, а на следующий мои ноги не выдержат, и я буду завязывать с гимнастикой. Потому что вряд ли уже смогу показывать высокие результаты. Но как-то потихоньку разрабатывала новую программу, двигала ее и вошла в прежнюю колею.

— Вернемся к Алине Кабаевой. Неужели появились такие же обаятельные и гуттаперчевые гимнастки, как она?

— И немало. Но гуттаперчевость даже развращает художественную гимнастику. Иногда за счет гибкой спины можно сделать красивые элементы, а иногда можно изогнуться так, что не всем приятно будет на это смотреть.

— Думаю, мужчинам в любом случае смотреть будет приятно...

— Ну, не знаю (смеется).

— Как ты считаешь, сексуальность должна проявляться в гимнастике?

— Конечно. Смотрите: выходят хорошо сложенные девочки, красивые, худенькие, в коротеньких платьицах. Красиво двигаются под музыку. И естественно, это вызывает не только спортивный интерес. Особенно у мужчин. Для направления, которое сейчас наблюдается в гимнастике, сексуальность — совершенно нормальное явление.

— Раньше, мне кажется, ты была несколько скованной в этом отношении...

— Этому надо было учиться. До настоящего актера мне, конечно, далеко, но артистизму, разным манерам меня учили Ирина Ивановна, ее дочь Ирина Блохина. И Альбина Николаевна тоже добавляла что-то свое. Но чтобы это не выглядело развратно, а естественно и, понимаете, вкусно!

«ТАКОЙ ВЛЮБЛЕННОСТИ, КАКУЮ ПОКАЗЫВАЮТ В КИНО, У МЕНЯ ЕЩЕ НЕ БЫЛО»

— Поклонников у тебя стало больше?

— Да. И наверное, это хорошо. Хотя, с другой стороны, немножко усложняет жизнь. Но я не могу сказать, что мне это мешает. Я стала вести себя более сдержанно, аккуратно. Я не такой человек, чтобы бросаться на каждого второго мужчину. И вообще не допускаю, чтобы со мной начали заигрывать.

— А если кто-то понравится?

— Ради Бога. Только чтобы не наглел. Чтобы я понимала: ко мне относятся с уважением не только за мои спортивные достижения. Пока не пойму, что за человек передо мной, открываться не стану.

— Была уже какая-то любовная история?

— Одна была точно. К сожалению, многие не могут понять, что моя жизнь сейчас — спорт, и для меня это — все! Что я целый день тренируюсь, отдаю любимому делу все свое время. Ни на что другое его не стану тратить. Не говорю, что я в тюрьме, но мне это по душе, мне так легче жить. Тяжело объяснять и даже не хочется.

— Тот парень тоже не мог тебя понять?

— Нет. И мы мирно разошлись, без всяких... Но было неприятно. Я поняла, что отныне от меня требуется еще большая бдительность и терпение. То есть я не должна сразу таять перед кем бы то ни было.

— Была в кого-нибудь влюблена по-настоящему?

— Такой влюбленности, которую показывают в кино, чтобы я теряла голову и забывала обо всем на свете, еще не было.

— И не надо голову терять. Спортсмены, которые готовятся к Олимпиаде в Пекине, говорят то же самое...

— Значит, я на правильном пути.

«В ДЕТСТВЕ СО МНОЙ НИКТО НЕ МОГ СПРАВИТЬСЯ — ТВОРИЛА ЧТО ХОТЕЛА»

— Могла бы сняться в эротической фотосессии для какого-нибудь журнала?

— Я уже снималась в Японии — в платьях обычных и вечерних, в купальнике. Попросили — я согласилась. Это не было очень откровенно, развратно, это было опять же — вкусно! Откровенная обнаженка меня не интересует. Я люблю, чтобы у женщины были какие-то секреты тела. Чтобы оставалось закрытым то, что очень сильно хотелось бы увидеть. Есть вроде бы все и — ничего!

Можно быть застегнутой на все пуговицы, но так накраситься, что это будет выглядеть низко, вульгарно. А можно стать очень сексуальной, очаровав одним наивным взглядом. Многое зависит от фотографа, от стиля, который исповедует то или иное издание. Во всяком случае, мне это интересно, я рассматриваю ряд предложений, и со временем можно будет увидеть эти работы.

— Допускаешь, что однажды тебя сфотографируют и без всяких одежд?

— Не могу сказать, что допускаю, но и отрицать не стану. Женщина — такая штука... Пока ты молода, пока у тебя красивое спортивное тело, стесняться нечего. Наоборот, надо гордиться. Но пока я в спорте, не очень хочу это делать, даже не знаю, почему. Наверное, хочется оставаться настоящей спортсменкой до конца.

— Тебя не тяготит то, что ты до сих пор живешь с родителями?

— Мне это только помогает. Приходишь домой уставшая. Если надо самой что-то готовить, то можешь психануть и вообще ничего не есть. Потом энергетических сил не будет хватать. А так большая помощь от мамы. Я, конечно, и сама могу что-то сделать, но понимаю, что маме это не тяжело, ей даже приятно. Говорят же: чем дольше дети остаются в доме, тем лучше родителям.

— У тебя есть весомые материальные приобретения? Машина? Квартира?

— Дать квартиру пообещал мэр Киева Леонид Черновецкий. А машину «ниссан-микро» я получила за победу на Кубке Дерюгиной в марте 2007 года. Вожу ее аккуратно, с оптимальной скоростью — в зависимости от того, какая погода и обстановка. Но сейчас у нас в городе сильно не разгонишься из-за огромного количества машин и пробок на дорогах. Чем больше машин, тем спокойнее мне и маме. Пока езжу в машине, могу отдохнуть от всех.

— В одной из газет было написано, что ты отказалась давать автографы детишкам, накричала на них. Что здесь правда?

— Это было на чемпионате Украины в Донецке, на важных для меня соревнованиях. Я готовилась к выступлению, вот-вот должна была выйти на площадку. И тут ко мне подбежали дети с родителями и стали тыкать бумажки. Я сказала: мол, сейчас не могу этим заниматься, подойдите после выступления. Тут уж родители давай чуть ли не за рукав дергать, типа, как вы смеете не давать моему ребенку автограф?! Вели себя бестактно и грубо.

Я сама была ребенком, который бегал за автографами, но всегда понимала: когда профессиональный человек занят, готовится к выступлению, ему не надо мешать. В этом случае я такого понимания не нашла.

Вообще-то, я достаточно критично отношусь к себе и не склонна к звездной болезни. В этой сфере могу себя контролировать. У меня чудесные родители, чудесные тренеры, у которых я многому научилась.

— Кроме художественной гимнастики, тебя что-то еще интересует?

— Спортивная психология. Читаю специальную литературу. Интересно, как готовились и готовятся великие спортсмены. Что-то перенимаю полезное для себя.

— Может, психологом станешь?

— Не исключено. У меня уже есть специальность режиссера-постановщика спортивных и развлекательных мероприятий (я окончила Университет физкультуры). Но, возможно, буду и дальше учиться.

— Чему тебя научил спорт?

— Он меня воспитал. Потому что со мной в детстве ничего нельзя было сделать, никто не мог справиться. Я лазила по балконам, по деревьям. Вечно дралась. Сбегала куда-то. Творила что хотела! То есть поведение было не из лучших.

И вот я всю эту энергию направила в гимнастику. Я научилась огромному терпению, целенаправленности, понимая, что мне это понадобится и в жизни. Я должна знать, чего хочу добиться, что буду делать завтра, кому надо помочь. Не могу жить одним днем. И до сих пор продолжаю учиться у дорогих мне людей, которые меня окружают.

— Аня, мы с тобой не общались четыре года (ровно столько прошло после нашего последнего интервью). Ты очень изменилась...

— Многие это замечают. Слава Богу, говорят, что изменилась в лучшую сторону. Я над собой работаю, понимаю, что стала публичным человеком, и хотелось бы всегда выглядеть достойно.




Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
1000 символов осталось