В разделе: Архив газеты "Бульвар Гордона" Об издании Авторы Подписка
Многая лета!

Композитор и генеральный директор Национального дворца «Украина» Николай МОЗГОВОЙ: «Тем, кто фонограмму использует, тяжко — попробуй еще в ту фанеру попасть! Для меня это высшая математика, поэтому обхожусь без нее, и слава Богу»

Анна ШЕСТАК. «Бульвар Гордона» 12 Мая, 2010 21:00
40 лет назад в Киеве был торжественно открыт самый крупный концертный зал тогда еще УССР — дворец «Украина»
Анна ШЕСТАК
С членом редакционного совета «Бульвара Гордона» знаменитым композитором, певцом и борцом за честность в искусстве Николаем Мозговым мы встретились, как всегда, в его рабочем кабинете во дворце «Украина». «Заходь, дитино, — по-свойски сказал Николай Петрович. — Я тут трохи заклопотаний iз цим ювiлеєм, та нiчого, питай, коли ще є про що питати...».
«КОГДА ЖЕ СЛУЧИТСЯ ТАК, ЧТО НОВАЯ ВЛАСТЬ МЕНЯ УСЛЫШИТ?»

- Да тут уж не спрашивать, тут впору только «Многая лета» пропеть - у вас два юбилея сразу: 40 лет дворцу и пять - как вы им руководите.

- Спасибо, уже пропели, и не раз. Вот сегодня очередная заметка вышла - бывший прораб рассказывает, как на строительстве дворца кто-то в бетон залез, как первый секретарь ЦК КПУ Петр Шелест на объект приезжал и рабочим по этому поводу матюкаться запретили, как запустили дворец под водочку да фаршированного леща...

Конечно, все это интересно, но ведь проблема в том, что запустили они то, что на сегодняшний день особой ценности не представляет. Почему об этом не рассказать? Спецпомещений в «Украине» нет, «карманов», чтобы разместить аппаратуру, тоже, гримерок мало, а таких, где можно развернуться, еще меньше. Заботились о внешнем виде дворца, о фейсе, так сказать, а о том, что внутри, как-то не подумали.

Закулисье главной концертной площадки страны должно быть просторным, таким, как во Дворце съездов в Москве. Другое дело, что в советское время нельзя было в Киеве так же построить. Шелест, безусловно, молодец: благодаря ему у нас хоть это есть. Так сколько людей было после Шелеста? Неужели никто не мог выделить средства, чтобы проблемы устранить? После каждых выборов сижу и думаю: «Когда же случится так, что новая власть меня услышит?». До Ющенко я так и не достучался, может, с нынешним Президентом повезет.

Последнее время мы только то и делаем, что латаем дыры и пытаемся как-то выбраться из кризиса. Да, купили лучший свет, самый совершенный звукорежиссерский пульт. Но сами понимаете: деньги с неба не падают, их надо заработать. Стараемся привлечь как можно больше гастролеров, хоть сейчас они нечасто ездят. С елками новогодними пролетели: был карантин, зрители сидели дома, им было не до массовых праздников. Хорошо еще, что я кредитов никаких не брал - уже давно прогорел бы...

- Но юбилей дворец все же отметит?

- А как иначе? Будет большой концерт, съедутся все наши друзья: и Валерий Меладзе, и Лайма Вайкуле, и Филипп Киркоров, и отечественных исполнителей будет много.

- И все живьем ка-а-ак запоют...

- Ну, это уже кто как захочет и кто как сумеет (смеется).

- Я недавно услышала: Мозговой потому всегда возмущается, что ему всю жизнь без фонограммы тяжело. Николай Петрович, признайтесь, так и есть?

- Сложно ответить. Мне кажется, это тем, кто ее использует, тяжко: попробуй еще в ту фанеру попасть! Для меня это высшая математика. Каждый год в концертах без нее обхожусь, и слава Богу.

- Кстати, а вы не спрашивали коллег, почему они предпочитают петь под плюс?

- Нет. Я знаю точно, что через стекло нельзя понять, как пахнет роза, и что детей с презервативами не делают. Точно так же прыжки под фонограмму нельзя назвать пением - все это лицедейство. Не эстрадный вокал, а совершенно другой жанр - синхробуффонада называется.

- Как у Пескова?

- Совершенно верно. Разница только в том, что он называет вещи своими именами, а другие - нет. Кстати, еще до Пескова у нас было трио Синиц. Они показывали такие миниатюры в мюзик-холле - людям весело было. Но когда народные артисты, громко и пафосно именующие себя певцами, в жанре синхробуффонады работают и бьют себя в грудь: «Та я зiрка всiх зiрок!», становится еще смешнее. Я уже редко говорю об этом - устал...

- Бывает так, что артисты, которых вы называете шептунами и фанерщиками, претензии высказывают? Мол, все это неправда, поем только живьем...

- Никто ничего не высказывает. Потому что скакать по сцене, быстренько перебирать ножками и при этом делать вид, что сам поет... Да это же все равно, что от пола отжиматься и одновременно оперную арию исполнять!

- Вы считаете, главное в артисте - сильный голос?

- Не обязательно. Должно быть в человеке что-то такое, чтобы если уж не нотой зацепил, так искренностью, душевностью. Как у Марка Бернеса, например. Вроде ничего вокального, тихонько себе пел, а люди плакали. Только он мог так исполнить «Журавли» Френкеля. Другие ревели, как белуги, а песня за сердце не брала. Или покойная Валечка Толкунова - «Носики-курносики». Казалось бы, что там такого? Но так, как она, никто эту песню уже не споет.

«К ФОНИАТРУ ОБРАЩАЛСЯ ОДИН РАЗ - КОГДА ЗАБОЛЕЛ ПЕРЕД ПАРТИЙНЫМ СЪЕЗДОМ»

- Когда я шла к вам на интервью, увидела в помещении «Украины» врачей...

- Они обслуживают наше предприятие. Должны же люди знать, на каком они свете, правда? А у нас есть такие специальности, которые требуют медицинской справки. Кто-то под потолком работает, очень высоко, кто-то - с людьми, в гардеробе или буфете. На концертах постоянно врачи «скорой помощи» дежурят - на всякий случай.

- Не так давно здесь Басков со сцены упал. Говорил, связки на ноге порвал.

- Такое с каждым может быть. Декорации тогда были построены таким образом, что артист не видел, куда ступать, ну и упал, бедолага. Растяжение было, но Колю сразу поставили на ноги - укольчик сделали, массаж. Он довел концерт до конца, и ничего страшного не случилось. Если бы разрыв связки был, то пошевелить ногой бы не смог.

- Последнее время в Киев все простуженные приезжают: Меладзе покашливал, Кузьмин тоже...

- Не знаю, к нашему лору никто из них не ходил. Как правило, артисты привозят своих фониатров.

- А вам приходилось к этим специалистам обращаться?

- Один раз, еще в советское время. Как раз перед очередным съездом Компартии УССР Ротару заболела, я тоже подхватил грипп, который дал осложнение - ангину. Но мне позвонили, подняли с кровати, потому что кому-то надо было петь с оркестром «Край, мiй рiдний край». Соня - женщина, ее тревожить не стали, а меня поставили перед фактом. Вкололи какие-то витамины, по-моему. В общем, наркоту какую-то (смеется), и выступил - а куда было деваться?

- Заканчивать партийные съезды - весьма ответственная миссия...

- Ну да. Хотите спросить, что эта миссия мне давала? Ничего. Я не попал в число артистов, обласканных советской властью. Никто мне ни квартиры не дал государственной, ни звания. Видимо, думали, раз известный композитор, значит, богатый, и ни у кого в мыслях не было, что этот известный композитор с женой и маленьким ребенком ютится в съемных комнатках, чужих углах, в каких-то общежитиях... Не жалуюсь - это хорошая жизненная школа. Но я, конечно, завидовал белой завистью людям, которые получили жилье, потому что помогал им его получить. Работал в Укрконцерте и был секретарем парторганизации - очень большой, на правах райкома. Вот и пробивал квартиры всем, кто нуждался. Мне было приятно это делать.

- Кто-то из коллег благодарен?

- А мне это не нужно. Тогда выпили по рюмке, пожали руки - и достаточно. Разве ж можно так жить, чтобы тебя постоянно благодарили?

Так что никаких подачек мне никто не давал, и если кто-то думает, что у меня в Киеве 10 квартир, он сильно ошибается. Я живу в селе, и дом построил исключительно своими усилиями, как говорится, своим горбом, без помощи какой-либо власти.

- От нынешней чего-то ожидаете?

- Знаете, все 19 лет независимости мы только и делали, что ожидали. Может, хоть эта команда докажет, что она на что-то способна. Потому что посмотрите, как Президент взялся за работу - ездит, договаривается за этот газ... Дай Бог, чтобы так и дальше было, чтобы мы нашли общий язык с соседями, ведь увидели уже: самостоятельно или з великим гонором, але в дiрявих штанцях далеко не заїдеш. Нужно жить в мире и согласии, приспосабливаться к людям, в чем-то, возможно, и уступать. Сколько можно причитать: «Вот, если мы уступим, то потеряем...»? А что мы такого особенного за эти 19 лет нашли? А за предыдущие 70?

Вон коммунисты - бьют себя в грудь, воспевают советское время... А я как вспомню, так вздрогну. Боже, это ж не жизнь была, а катастрофа какая-то! Моя бабушка в селе получала 14 рублей пенсии. Как хочешь, так на них и живи.

- Но все же ностальгия есть у многих.

- Да ну, о чем грустить? О вареной колбасе из туалетной бумаги? В городах картошку покупали чуть ли не поштучно, в сельских магазинах не было ни хлеба, ни сахара. Сейчас как раз есть все, и люди одеты красиво, разве что не так беззаботно улыбаются. Так надо разбудить это все, показать, что нашу страну есть за что любить!

- Как вам новый министр культуры?

- Ничего. Здоровый, энергичный и - что самое главное! - играл на скрипочке. Это уже говорит о том, что душа у него поэтическая. Думаю, все у него будет нормально, потому что желание работать есть. Вот посмотрите, какой классный ход с «Евровидением» сделали...

- Вам понравилось?

- А разве может не нравиться? Савик Шустер за три ночи провел отбор! Все говорили: «Да это нереально, этого не может быть, это же сумасшедшие деньги...». Но он, в условиях своей студии, не приспособленной для таких конкурсов, провел конкурсный отбор, и определилась двадцатка лучших молодых артистов.

За три дня мы увидели все и принимали в этом участие. Я тоже сидел перед телевизором и смотрел на своих внучек, которые отсылали SMS-ки, волновались за тех, кто им нравился. Це ж скiльки мiльйонiв оченят дивилось i вибирало!

«У АЛЕШИ БОЛЬШОЕ БУДУЩЕЕ. И НОТЫ ЗНАЕТ, И ПОЕТ, И ПИШЕТ - ЗАМЕЧАТЕЛЬНАЯ АРТИСТКА!»

- За кого болели вы?

- За того, за кого мои Женечка с Зоей. За эту девочку, Алешу. Посмотрите, какой у нее шикарный диапазон! А когда появятся хорошие учителя, когда она посмотрит на других исполнителей, опыта наберется...

Словом, пускай едет в этот Осло, у нее большое будущее. Больше всего мне нравится то, что она автор-исполнитель. Ей не надо выбирать песню всенародным голосованием, покупать у кого-то за бешеные деньги. Дали от ворот поворот одной композиции - села в студии и за две ночи сочинила другую! И ноты знает, и поет, и пишет - замечательная артистка, побольше бы таких!

- Как думаете, шансы войти в первую десятку у нее есть?

- Главное не победить, а достойно выступить - это у нее однозначно получится. Мы ее выбрали и теперь будем за нее болеть.

Вообще, народу нужно чаще напоминать, что он не тупое стадо, а в своей стране - власть. Что он не только может, но и должен за себя решать. А то пришли раз в четыре года на выборы, проголосовали, вручили страну: «Нате, керуйте!» - и ушли восвояси. Промахнулась власть - давай ее материть на все стороны... Нет, братцы, так у нас ничего не получится. А если каждый будет нести ответственность, делать то, что от него зависит, не придется потом на кого-то пенять. Я думаю, сегодня каждому из нас нужно поддержать то, что происходит в государстве, соблюдать законы и просто жить по совести.

- До того, как стать артистом, вы на юриста учились. Говорят, всем коллегам по сцене документы оформляли - и на жилье, и заявления о приеме на работу... Правда?

- Да. Раньше ведь не было столько нотариусов или адвокатов, как сейчас, - на каждом шагу. Люди страдали, потому что не знали, что нужно писать в бумагах и как.

- Так вот почему вы решили юристом стать?

- Нет, меня в это дело романтика привела (улыбается). Когда я в армии служил, телевизор - чудо техники! - закрывали в ящик, а из кинофильмов мы смотрели только «Кавказскую пленницу» - больше ничего не привозили. За три года и четыре месяца службы успели наизусть ее выучить.

Я попал в войска ПВО, в ракетный дивизион. Шесть ракет, их надо обслуживать - ты либо на дежурстве, либо на поддежурстве, либо отдыхаешь. В перерывах что-то надо было делать, не в потолок же плевать. Поэтому возле станции мы с ребятами соорудили небольшой трап, там лежали две гирьки - 16 и 32 кило. Потаскаешь их в свободное время, но ведь это тоже надоедает. Так что по вечерам садились под маленькой лампочкой 12-вольтовой и читали книги из библиотеки. Мне в руки попал томик сочинений известного российского адвоката Анатолия Кони - я думал, это беллетристика, что-то типа Агаты Кристи, вот и взял. А оказалось, там случаи из его практики: расследования убийств, краж, грабежей... Так интересно написано! Я зачитывался этой книгой, и мне самому захотелось стать эдаким буковинским Кони.

Отслужил в армии, вернулся домой с мечтой стать юристом и узнал, что поступать в Харьковский юридический институт можно только с разрешения обкома партии. Поехал туда, написал заявление, особо не надеясь, - и получил нужное решение! С первого раза поступил.

Харьков я теперь часто вспоминаю, называю его портовым городом без моря. Сколько там студентов! И тогда, и сейчас... Работы тоже было много - я почти во всех ресторанах играл. У родителей денег не просил, сам зарабатывал - я же лабух, голодать никогда не буду. Много лет спустя, когда возил за границу наши лучшие коллективы - ансамбль Вирского, «Думку» - даже в Париже находил, где заработать. Иду, вижу - ресторанчик. «Музыканты нужны?». - «Да». Подсаживался за рояль. Думаю: «Вы, ребята, здесь поете, танцуете, а мне что делать?».

Так вот, проучился я в юридическом четыре года, ехал с практики - из Ивано-Франковска - через Киев и на вокзале увидел объявление: в эстрадно-цирковую студию набирают артистов. Перечислены специальности, а внизу - заветная фраза: «Жильем обеспечиваем». Тогда, как, впрочем, и сейчас, это очень много значило. Времени до отправления харьковского поезда было достаточно, вот я и пошел на прослушивание.

Посмотрел, как все происходит, и к директрисе - спросить, можно ли мне к ним перевестись. Показал свой студенческий билет... Она испугалась, думала, я подсадная утка, работаю на прокуратуру, выведываю что-то. Но прослушивание мое таки состоялось. Покойный ныне Николай Кондратюк, который у меня потом преподавал, Борис Иванович Пузин, выдающийся оперный баритон, попросили: «А ну-ка покажи, что можешь». Я начал играть на рояле и петь, а потом сказал, что до армии окончил музучилище по классу баяна.

В общем, сдал все экзамены и перевелся из юридического - падал перед ректором на колени! Просил-просил и выпросил. Через два года уже был артистом.

- А если бы ректор на уговоры не поддался, были бы сейчас главой Верховного суда. К примеру.

- Так Петр Пилипчук, мой однокашник, работает заместителем у Василия Онопенко. Мы с ним на одной лавке на лекциях сидели (улыбается). Знаете, я ни о чем не жалею. В конце концов, петь начал раньше, чем юриспруденцией увлекся.

- В детстве?

- Да. У нас в семье пели все, поэтому никто не считал это серьезным делом. Мой папа говорил: «Менi б твою роботу, та в недiлю!».

«ВСЕ ЭТИ ТЕЛЕШОУ - ОДНО СПЛОШНОЕ ДУРИЛОВО НАРОДА»

- Нынче очень много телешоу, которые штампуют певцов: и «Фабрика зiрок», и «Суперзiрка», и еще какой-то «Х-фактор» намечается...

- Практически ничего из этого не смотрю. Вернее, гляну на первые выпуски, пойму, для чего оно придумано и как будет развиваться, а дальше мне уже не интересно. Все эти телешоу - одно сплошное дурилово народа. Я из тех людей, которые не верят, что за два-три занятия можно научить петь, двигаться на сцене, танцевать...

- Из звезд быстрого приготовления что-то получится, как вы считаете?

- Никогда! Вот вы видели кого-то достойного за все эти годы - хоть нашего, хоть из Москвы? Ну кто, скажите мне, из «фабрикантов» стал суперзвездой? Спели по две песни, и все. А чтобы стать звездой, необходимо иметь хотя бы три-четыре, которые будут нравиться всем.

- По-моему, главное мерило успеха - это когда песню поют на свадьбах и даже не вспоминают, кто автор. Вы в подобной ситуации были?

- Миллион раз! И к этому абсолютно позитивно отношусь, хотя поначалу хотелось встать и закричать: «Люди, так це ж моє! Я - автор!». Теперь же только радуюсь, что после себя что-то оставлю. Если кто-то захочет докопаться, чья это песня, - запросто сделают, просто во время застолья им это не надо, а нужна радость оттого, что они поют. И мне льстит, что я смог ее дать.

«С ДМИТРИЕМ ТАБАЧНИКОМ МЫ НЕ ЗНАКОМЫ, НИ РАЗУ ДАЖЕ ЧАЮ ВМЕСТЕ НЕ ВЫПИЛИ, НО БЫЛА БЫ ВОЗМОЖНОСТЬ, ВСТАЛ БЫ ВОЗЛЕ НЕГО»

- Вы ведь преподаете сейчас?

- Заведую кафедрой в киевском педуниверситете имени Драгоманова.

- И как, есть среди студентов достойные?

- Безусловно. Но их все меньше и меньше. Мало кто хочет работать над собой. Все хотят стать моделями, звездами, поняли, что за сало-мясо-деньги можно чего-то добиться. Папа денег дал - о, можно быстренько записать какие-то «фанерки» и хвастаться, что ты типа артист. А чтобы стать артистом, надо долго и серьезно учиться: сначала в музыкальной школе, потом в училище, консерватории.

Нашей эстраде не хватает только образованности. Всему остальному мы уже научились: и макияж делать, и прически, и одеваться. Порой не распознаешь, где зарубежный исполнитель, а где украинский. А природа в Украине рождала и будет рождать таланты - отметил нас Господь хоть этим. Нужно только поставить образование на ноги. А то травят этого Дмитрия Табачника неизвестно за что...

- Вы его поддерживаете?

- Мы с ним не знакомы, ни разу даже чаю вместе не выпили, но была бы возможность, пошел бы и встал возле него - он же грамотный мужик, в конце концов! Ну, пусть когда-то что-то сказал, ну и что? Доведут - и не такое скажешь... Сегодня он все переосмыслил и может что-то предложить. Я выслушал его в двух передачах - и аж сердце разболелось. В кои-то веки у нас нормальный министр образования, а мы его клюем: «Он нам не нужен, потому что не любит Украину!».

Все эти разговоры - чистой воды политиканство. Скажите, как ее надо любить? Рвать на себе вышитую рубашку? Так по мне пусть лучше человек спокойно трудится на благо Украины, чем сотрясает воздух клятвами и пустыми обещаниями. То, что предлагает Табачник, я полностью поддерживаю.

Все перепугались, что к тестам, которые сдают выпускники, чтобы их приняли в вузы, могут добавить собеседование. Да я только за! Я должен видеть каждого студента, знать, кто он, как мыслит, чего хочет от жизни. Может, он плохо подготовился к экзамену или переволновался, но на самом деле это такой талантливый, мыслящий и целостный человек, что ему нужно поставить высокий балл, а в остальном я его подтяну? И потом, как можно музыкантов набирать по тестовым сертификатам по математике или украинскому языку? Это же дикость!

Почему дети уже сейчас фильтруют предметы: «Так, мне нужна только математика, по ней я буду тест писать, а все остальное меня не интересует»?

- Это внучки вам такое говорят?

- Сейчас все школьники так говорят. А внучки мои уже самостоятельные. Старшая, Зоя, забрала документы из школы - что-то ей там не понравилось! - и нашла себе учебное заведение по вкусу. Теперь учится в колледже - изучает журналистику, иностранные языки, дизайн, в общем, то, что безумно любит. Уже и подрабатывает у меня в фонде - занимается оформлением бумаг. Я ей сказал: «Так, буду тысячу гривен платить, а ты деду помогай». Все, она уже взрослая! Обрадовалась: «Ой, значит, у меня теперь будут заработанные деньги?». Пусть немного, но одно дело, когда мама из своего кармана выдаст или дедушка с бабушкой подарят, и совсем другое - когда ты получил их за свой труд. А Женя пока в школе, но очень хочет петь, и у меня есть все основания полагать, что у нее это получится.



Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
1000 символов осталось