В разделе: Архив газеты "Бульвар Гордона" Об издании Авторы Подписка
Что наша жизнь? Игра...

Вдова легендарного вратаря Льва ЯШИНА Валентина Тимофеевна: «Когда Лева уже сильно болел, мы и в шутку, и всерьез завели беседу о том, где и как нам хотелось бы упокоиться. Не мудрствуя лукаво Лев предложил: «Меня можно в крематории сжечь, а урночку потом приткните куда-нибудь...». Спрашиваю: «Интересно, куда же?». — «Ну, туда, в стену, поближе к Кремлю...»

Геннадий КИРИНДЯСОВ. «Бульвар Гордона» 23 Октября, 2013 21:00
22 октября Льву Ивановичу исполнилось бы 84 года
Геннадий КИРИНДЯСОВ
27 мая 1971-го Лев Яшин сыграл за родную команду прощальный футбольный матч против сборной мира. Как рукоплескал тогда переполненный стадион-стотысячник в Лужниках лучшему голкиперу планеты! Особенно когда Яшин в броске парировал мяч, добитый Чарльтоном после сильного, однако неточного удара Мюллера в перекладину. Ворота динамовцев, которые пресса окрестила «неприступной крепостью», так и не были взяты в первом тайме. А на пятой минуте второго Лев Иванович поднял руку и на поле ему на замену вышел 23-летний Владимир Пильгуй, уроженец Днепропетровска.Так Лев Яшин, «всу­хую» отстоявший 207 игр из 438-ми в символическом вратарском клубе своего имени, навсегда покинул ворота. Ушел с поля, чтобы войти в историю пятикратным чемпионом Советского Союза и трижды обладателем Кубка СССР в составе «Динамо», победителем Олимпийских игр 1956 года и Кубка Европы 1960 года под флагом сборной страны, а также кавалером наиболее престижных мировых наград - «Золотого мяча» (по вер­сии еженедельника «Франс футбол») в 1963 году, Олимпийского ордена в 1985 году, золотого ордена ФИФА в 1988 году. Это не считая многочисленных отечественных знаков отличия, включая звание Героя Социалистического Труда. «Золотую Звезду» уже смертельно больному Яшину вручили 15 марта 1990 года - за пять дней до его ухода из жизни.
 

С тех пор на постсоветском пространстве вырос не один памятник великому спортсмену. Появились школы его имени. Недавно в Киеве по инициативе одного из создателей яшинского клуба заслуженного тренера Украины Олега Мичурина и при поддержке руководителя Дарницкого района столицы Сергея Витковского прошли соревнования по футболу среди детско-юношеских команд памяти Льва Яшина. Специально на открытие этого турнира прибыла из Москвы его вдова Валентина Тимофеевна. Несмотря на довольно почтенный возраст - 84 года, она три с половиной часа неутомимо отвечала на вопросы о жизни всенародно признанного динамовца и просто ее Льва.

«САМЫМ ЛЮБИМЫМ ФИЛЬМОМ ЛЕВЫ БЫЛ «ЧАПАЕВ» - 26 РАЗ ЕГО СМОТРЕЛ И ЗНАЛ ПОЧТИ НАИЗУСТЬ!»

- Валентина Тимофеевна, слышал от футбольных фанатов, что даже в Чечне, чей суверенитет «корректировали» подразделения федеральных войск России еще при ельцинском президентстве, знают и любят Льва Яшина...

- Не просто любят - чтят его память. Причем и на государственном уровне. Пару лет назад мне позвонил президент Чеченской республики Рамзан Кадыров, попросил моего разрешения назвать одну из улиц Грозного именем Льва Яшина. Конечно, я не возражала.

- Как тут не вспомнить слова Пьера де Кубертена, возродившего в конце XIX столетия Олимпийские игры: «О спорт, ты - мир!»?
В игре, 1971 год

Фото «ИТАР-ТАСС»

- Этот девиз, когда на то есть воля политиков, работает и сейчас. Недавно я вместе с бывшим председателем Счетной палаты Российской Федерации Сергеем Степашиным, возглавившим оргкомитет по празднованию 90-летнего юбилея московского «Динамо», побывала в Грозном.

Народ там доброжелательный и приветливый, а сам город зеленый. Все дома, за исключением двух «свечек» (одна из них недавно горела), двухэтажные или трехэтажные. К со­временному спорткомплексу имени Ахмата-Хаджи Кадырова (отца нынешнего президента Чеченской республики) ведут две улицы - Льва Яшина и знаменитого футболиста грозненского «Терека» Умара Садаева, который забил в составе этой команды 242 мяча (в июле 1992-го он разбился в автокатастрофе).

Кое-кто ус­мотрел в российско-чеченской спортивной акции политический подтекст. Дело в том, что одна из названных улиц носила до этого имя маршала Тухачевского, подавлявшего в Гражданскую кронштадтский мятеж, а другая - бывшего секретаря ЦК КП Украины Косиора. Тем не менее все было празднично. Теплый прием не охладило даже поражение «Терека» в игре с московским «Динамо».

- Если можно, где встретились, как познакомились, когда поженились со Львом Ивановичем?

- Задолго до того, как его слава прогремела на весь мир. Нашли друг друга в Тушино. Все как-то само собой сложилось. Туда 15-летним пацаном Лева ездил на работу после возвращения в 1944-м семейства Яшиных в Москву из эвакуации. Путь от Сокольников к заводской проходной был неблизкий. Надо было вставать в шестом часу утра, чтобы не опоздать.

Приходилось делать пересадку с трамвая на метро, дальше добираться опять на трамвае. Днем слесарил и токарничал, по вечерам «добивал» школу-семилетку. И находил еще время для футбола. Играл за команду «Красный богатырь» при авиационном заводе. Участвовал в турнирах на первенство Московской области. Тогда Тушино было отдельным населенным пунктом, то есть не относилось к административной территории Москвы. Я работала корреспондентом Тушинского городского радиовещания. Познакомилась со Львом на танцплощадке. Ходили вместе и на футбол - поболеть за своих...

Лева Яшин, 1930 год, Москва

- ...и вдруг заболели любовью друг к другу?

- Ну, не вдруг и не сразу. Перед тем как пожениться, долго встречались. Если не на танцах и футболе, то в кинотеатре. Самым любимым фильмом Левы был «Чапаев» - 26 раз его смотрел и знал почти наизусть!

А с нашим походом в загс была целая история. Мне уже стукнуло 24, а я все никак не отвечала согласием на прозрачный, но якобы непонятный мне намек Яшина насчет свадьбы: «Бабушка уже и рюмки купила...». Вот в такой необычной форме сделал поначалу предложение. А потом, прервав мои колебания, прямо сказал: «Мы ведь женимся!».

Когда писали в загсе заявление, я, глядя на одну немолодую пару, которая оформляла брачные документы за соседним столиком, заполнила строку «Фамилия до замужества и после» не так, как хотелось Льву, - не взяла его фамилию. Просто не подумала. Лев обиделся - скомкал бумагу, бросил в мусорное ведро и хлопнул дверью. Догнала его на улице. Случайно встретились с Левкиными друзьями - чемпионом мира по велоспорту Вячеславом Михайловым и его женой. Узнав о недоразумении в загсе, они обратили все в шутку, позвали к себе в гости и помирили нас. А наутро снова в загс. Михайлов пре­до­ставил для поездки туда старенький «москвич». Расписали нас 31 декабря, под новый, 1955 год. Так что шампанское пили по случаю двойного праздника.

- Можно сказать, тройного. Ведь Яшину именно в 1955-м доверили сыграть за сборную СССР в матче с ФРГ.

- Да, это действительно был, как писала пресса (и не только советская), очень ответственный матч на столичном стадионе «Динамо».

Сборная СССР: Альберт Шестернев, Лев Яшин, Валерий Воронин, Эдуард Стрельцов, Александр Ленев, Валентин Афонин, Иосиф Сабо, Анатолий Бышовец, Федор Медвидь, Василий Данилов и Игорь Численко, 1967 год

Фото «РИА Новости»

За сборную Советского Союза с нашим идеологическим противником болела и власть.

- Вы видели ту игру?

- Нет, слушала радиорепортаж о ней, отдыхая на юге. Лев, заранее покупая мне путевку в санаторий, просто не соотнес время моего отъезда на отдых с тренерским планом сборов перед матчем. Он хотя и был товарищеским, имел не меньшее значение, чем иной официальный. Нашим ребятам удалось выиграть в первом послевоенном поединке у самих чемпионов мира со счетом 3:2! А Яшина, который всего шестой раз играл за сборную СССР, особенно окрылила эта победа - его заметили. Он доказал, что по праву поедет на Олимпийские игры, которые состоялись на следующий год в Австралии и принесли советской сборной золото.

- Что, на ваш взгляд, стало определяющим в счастливой футбольной судьбе Льва Яшина?

- Скорее, не что, а кто. Добрые люди, которых он встречал на своем пути. Левушке шел шестой год, когда умерла его мама Анна Митрофановна. Вторая жена отца Александра Петровна отдала осиротевшему малышу столько сердечного тепла и заботы, что он никогда не называл ее мачехой.

1989 год, Хулио Иглесиас целует руку Льву Яшину. Известный испанский певец в молодости был вратарем клуба «Реал Мадрид»

Даже после появления на свет Бори, Левиного братика, она никогда не позволяла пасынку почувствовать, что он неродной. Радовалась, когда несовершеннолетнему Леве наравне с отцом вручили медаль «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов», и всячески поощряла его увлечение футболом.

Как рассказывал Лев, в один прекрасный день две дюжины тощих подростков прочитали у заводской проходной объявление тренера Владимира Чечерова о наборе в секцию по футболу и прямо с работы рванули на стадион. Выстроились перед «дядей Володей». Обходя эту нестройную шеренгу, он каждому определил место на поле. А Льву сказал: «Будешь стоять на воротах». Тому хотелось, конечно, как в дворовой команде на улице Миллионной возле дома в Сокольниках, играть нападающим. Но спорить не рискнул.

...Когда пришло время идти в армию, попал в погранвойска. Часть, где служил Лев, дислоцировалась на окраине Москвы, в Сокольниках. Там во время очередной вечерней поверки как-то раздалась нехарактерная для солдатских будней команда: «Футболисты, шаг вперед!».

- Не сомневаюсь, Лев шагнул одним их первых и снова удостоился вратарского статуса.

- Естественно. А все потому, что он с мальчишеских лет казался выше, чем был. Его долговязая и чуточку нескладная фигура создавала такую иллюзию.

- По моим источникам, рост Яшина - 190 сантиметров.

Сборная мира перед матчем, посвященным 100-летию британского футбола, 1963 год. Ференц Пушкаш, Джалма Сантос, Святопулк Плускал, Лев Яшин, Ян Поплухар, Карл-Хайнц Шнеллингер, Милутин Шошкич, Раймон Копа, Луис Эйсагирре, Йозеф Масопуст, Джеймс Ба стер, Де нис Лоу, Альфредо Ди Стефано, Эйсебио, Франсиско Хенто, Уве Зеелер. В этом же году голкипер сборной СССР и московского «Динамо» получил «Золотой мяч» как лучший футболист Европы и по сей день остается единственным вратарем, удостоенным этой престижной награды

- На самом деле 184. Я поинтересовалась у Кости Крижевского (он был капитаном московского «Динамо» с 1953-го по 1957-й), действительно ли он выше Яшина. Оказалось, да - на три сантиметра.

- Читал, что при первом появлении со­ветской команды на стадионе шведского города Гетеборга, где в июле 1958-го проходил чемпионат мира по футболу, Яшин поразил своим нестандартным телосложением 17-летнего Пеле.

- Да, было такое. По словам Пеле, вратарь Яшин просто гигант. Лев, всегда готовый к прыжку. Стоит Яшину лишь раскинуть руки, и он прикроет всю площадь ворот.

- Неужели только незаурядные физические данные обеспечили ему блестящую спортивную карьеру?

- Плюс колоссальная самоотдача. Он уходил с поля весь мокрый от пота, и первой нашей заботой было выстирать, высушить, выгладить спортивную форму. Высокая дисциплина: за всю жизнь ни разу не опоздал на тренировку. Молниеносная реакция. И конечно же, дар Божий.

С легендарным Пеле. «Впервые они встретились на шведском чемпионате мира в 1958 году, где Яшин произвел на совсем юного Пеле огромное впечатление: «Чудо-вратарь»

Напомню, что в молодежную команду «Динамо» Лев попал по личному приглашению ее тренера Аркадия Чернышева. А ему посоветовал взять Яшина тренер основного динамовского состава Михаил Якушин: «Смотри, не прогляди парнишку, хорошо играет». Аркадий Иванович договорился с воинским начальством, чтобы Яшина, который уже считал деньки до дембеля, оставили в погранвойсках. Правда, перевели из одного подразделения в другое, где надо было только хорошо играть в футбол. Как шутил Лев, кончилась служба срочная - началась бессрочная.

«ПОСЛЕ ЧИЛИ НАЧАЛЬСТВО УЧИНИЛО ЛЬВУ ОБСТРУКЦИЮ, А БОЛЕЛЬЩИКИ СО СВИСТОМ СКАНДИРОВАЛИ: «ЯШИНА НА ПЕНСИЮ!»

- Если не секрет, до какого звания до­служился Яшин, которого можно назвать генералом большого спорта?

- До полковничьих погон. Уже весной 1949 года он стал третьим вратарем основного состава «Динамо». Первым был Алексей Хомич, за которым Лев носил неизменный чемоданчик с его футбольными принадлежностями, вторым - Вальтер Саная. Яшин основательно утвердился в запасе и терпеливо ждал своей главной игры.

- Мог и не дождаться?

- Вполне. Весной 1949 года на учебно-тренировочном сборе в Гаграх произошел досадный промах. Во время матча московского «Динамо» со сталинградским «Трактором» с моря дул сильный ветер в сторону яшинских ворот. Он-то и «помог» вратарю соперника так далеко выбить мяч, что тот перелетел чуть ли не через все поле и, словно колобок, закатился в пустые ворота, пока Яшин поднимался с земли после столкновения с защитником. Многие хохотали, а Льву было не до смеха. Благо поединок был всего лишь контрольным, и этот конфуз остался без последствий.

В кругу семьи — с супругой Валентиной, дочерьми Еленой и Ириной и внучкой Наташей, конец 80-х. «В семье Яшиных не любили говорить о деньгах — они для нас всего лишь гости, а не хозяева. Исходить надо, как считал Лев, прежде всего из возможностей, а не из желаний. За шубами и золотом никогда не гонялись, зато отдых на подмосковной даче с детьми и внуками — золотая пора»

Фото «ИТАР-ТАСС»

А в июле 1950 года последовали еще две неудачи подряд. Лев, заменивший на 75-й минуте «тигра» (так прозвали Хомича) в игре со «Спартаком», сбил своего игрока, да и сам упал. В результате - гол, и снова в пустые ворота. Поскольку матч закончился с ничейным счетом (1:1), эту явную ошибку голкиперу тоже простили. А вот за неуверенную игру на следующий день с тбилисским «Динамо» устроили разбор полетов. Один из высокопоставленных опекунов команды потребовал выгнать Яшина из основного состава.

- За что конкретно?

- Москвичи вели поначалу 4:0. Но тут Лев столкнулся с нашим защитником Толей Родионовым - и мяч влетел в ворота. Вратарь занервничал. К концу первого тайма тбилисцы сравняли счет 4:4. Команды ушли на перерыв. Лев, ужасно расстроенный, в раздевалке заплакал - испугался, что отлучат от «Динамо». Спасибо, подошел Костя Бесков: «Не унывай, после перерыва я забью ответный гол». И забил. Несмотря на то что москвичи выиграли, Яшина все равно наказали: по настоянию грозного генерала из «органов» на целых два с половиной года отправили на скамейку запасных.

- Получается, в «штрафбат»...

- Мне было больно видеть его переживания. Однако не стоит «штрафбатом» называть дубль, который был полноценным резервом основного состава. Там и молодые игроки, и те, кто постарше, набирались сил и опыта, оправлялись от травм и подлечивались. «Крестный отец» Льва Аркадий Иванович Чернышев заманил зимой Яшина на хоккей, причем не с мячом, а с шайбой. Футбольный голкипер великолепно защищал ворота динамовцев в финальном матче Кубка СССР с армейскими хоккеистами, среди которых был знаменитый Всеволод Бобров. Льва даже пригласили в сборную перед дебютом нашей «ледовой дружины» на чемпионат мира. Но возвратившийся в основной состав «Динамо» тренер Михаил Якушин вернул туда и Льва Яшина, который к тому времени стал кандидатом и в футбольную сборную страны.

«Страсть к футболу у Льва была, конечно, не напервом месте, но и не на втором — в одном ряду, по его собственному признанию, с любовью к семье и рыбалке». В Новогорске, 1965 год

- Говорят, большой футбол требует и больших жертв. Каких, если не секрет?

- В поражениях сгорают нервы. К тому же не остается времени на более-менее спокойную семейную жизнь. Еще в 1955-м, мы только поженились, я начала отмечать в календаре дни, когда Лев был дома, а не на выездных тренировках и матчах. Таких оказалось всего 145. Правда, та разлука окупилась золотой олимпийской медалью в Мельбурне (1956 год). Задолго до открытия Олимпиады Гавриил Качалин и Константин Бесков повезли команду на сборы в Индию. Впечатления были незабываемые. Льва, например, поразило, что их футболисты даже на официальных матчах играют босиком: потуже перевяжут пальцы ног - и на поле. Вернулся он из Индии веселым, настроенным на победу.

- С одной стороны, хороший вратарь - это полкоманды, а с другой - каждый его промах, в отличие от любого полевого игрока, замечают все.

- Поэтому я всегда болела и болею за тех, кто на воротах. Ну, ладно, вратарь пропустил мяч, а вы, полевые, возьмите и забейте ответный гол! Как-то несправедливо выходит: если победа - заслуга команды, если поражение - вина вратаря.

- А за кого еще, кроме Льва, болели?

На отдыхе, 1966 год

- Если не считать Хомича и Саная, то, например, за надежного и верного дублера Яшина Владимира Беляева из Нальчика. Быстрый, гибкий, прыгучий. Не уступал Яшину в мастерстве и много лет был рядом с ним. Вплоть до 1970-го, когда Лев Иванович уже готовился к прощальному матчу. Муж нередко укорял себя за то, что удерживал его в «Динамо» и тем самым не дал проявить себя на первых ролях в другой команде. Правда, Володя выпивать любил...

- Но за Львом Ивановичем, говорят, тоже водился этот грешок.

- Лев знал меру. Иначе не стал бы тем, кем стал. Как всякий мужик, мог нормально выпить. После трудной игры. На приеме в каком-нибудь посольстве и чьем-то юбилее, на встрече с друзьями...

- А что предпочитал из спиртного?

- Врачи рекомендовали при его хроническом гастрите, который с годами перерос в язву желудка, водку или коньяк. Вина почти не пил. Пивком не баловался. Шампанское не признавал. Я себе тоже не отказываю в рюмке хорошей водочки. Если верить академику Чазову, она лучше всего разгоняет кровь и чистит сосуды. Мое артериальное давление вот уже лет 10 не перескакивает за допустимую отметку. Никаких таблеток регулярно не принимаю. Если простужаюсь, пью только аспирин. А вот курю полжизни.

- Какие ошибки, недоразумения на футбольном поле могли раз и навсегда сломать карьеру Яшина?

- Не просто карьеру - судьбу. На очередном - после шведского - чемпионате мира в Чили (1962 год) сложилась тяжелейшая для Льва ситуация.

Во втором тайме наши уверенно обыгрывали заведомо слабую сборную Колумбии 4:1. Перед выполнением колумбийцами углового удара Лев привычно занял место у дальней стойки ворот, у ближней - Гиви Чохели, а перед ним - Игорь Нетто. Он специально пропустил мимо себя мяч, чтобы не спровоцировать повторного углового и дать возможность Чохели свободно пробить. Яшин крикнул: «Гиви, играй!», но тому, как выяснилось позже, послышалось: «Гиви, играю!». Как бы там ни было, Нетто и Чохели своими «маневрами» помогли воспрянувшим духом колумбийцам сравнять счет - 4:4.

С Геннадием Хазановым и Николаем Озеровым за несколько дней до смерти, 1990 год. «Круг яшинского общения не замыкался на футболистах»

А четвертьфинальный поединок со сбор­ной Чили, которая демонстрировала жесткий и агрессивный футбол, Яшин назвал просто кошмарным сном. Он уже на первых минутах матча при столкновении с чилийским нападающим получил сотрясение мозга, но, превозмогая боль и головокружение, продолжал стоять на воротах. Выстоял. Его мужеством восхищались и болельщики, и медики. Многим выигрыш чилийцев у нашей сборной со счетом 2:1 казался не очень убедительным. Тем не менее собкор ТАСС в Чили, не разобравшись, что к чему, поспешил передать в Москву сообщение: в поражении виноват Яшин.

Зарубежные футбольные турниры в те времена не транслировались по телевидению на Советский Союз, поэтому дезинформация сработала. Разлетелась по стране быстрее, чем профессионалы проанализировали ход этого матча по кадрам кинохроники. Она четко зафиксировала, как Валентин Иванов промахнулся, Игорь Нетто не догнал мяч, и Лев Яшин остался один на один с чилийским нападающим.

После Чили начальство учинило Льву обструкцию, а болельщики со свистом скандировали: «Яшина на пенсию!». За попавшего в немилость товарища попытался заступиться Валерий Воронин. Осмелился заявить, что тренеры нашей сборной просто были обязаны поставить на игру с уругвайцами Сергея Котрикадзе, а не травмированного Яшина. Не помогло: все равно охаяли. Лев впал в уныние. Собрался бросить футбол.

- На пенсию в 33-лет­нем возрасте?!

- И отправили бы, не вмешайся в эту историю тренер «Динамо» Александр Семенович Пономарев. Посоветовал Яшину сделать паузу: «Езжай-ка в деревню, отдохни. А там видно будет...». Первое время Лев спасался от депрессии своей любимой рыбалкой и делами по дому. Но потихоньку все возвратилось на круги своя. Сначала вернулся в дубль. Потом, чтобы не дразнить московскую публику, его начали заявлять на выездные матчи. Там, за пределами столицы, болельщики проще и доброжелательнее. Одним словом, Яшин заиграл.

- Да еще как заиграл! Болельщики со стажем до сих пор вспоминают, что Лев Яшин наперекор травле осенью 1963 года был первым и пока единственным среди вратарей мира обладателем «Золотого мяча». Поневоле напрашивается: в своем отечестве пророка нет...

- В своем отечестве наконец-то тоже спохватились. Уже в 1963-м, хотя на слуху еще была чилийская эпопея, московское «Динамо» становится чемпионом Советского Союза. Яшин бился за эту победу, как лев: в 27 матчах пропустил лишь шесть мячей. В том же году (я называю его периодом яшинской реабилитации) муж отправился в Лондон, чтобы сыграть за сборную мира против англичан на 100-летнем юбилее их национального футбола. Отстоял в воротах как надо: ему не забили ни одного гола. Только во втором тайме, когда Яшина сменил югославский вратарь Шошкич, именинники «матча века» вырвались вперед - 2:0.

Тем не менее футбольные чиновники до последнего с непонятной упертостью не раз­решали Льву участвовать в ответном поединке СССР с Италией на Кубок Европы, но в конце концов сдались. А он опять оказался на высоте: один за другим брал «мертвые» мячи. Даже маэстро пенальти Маццола не смог с 11-метровой отметки поразить ворота нашей сборной. Надо было слышать, как популярнейший радиокомментатор Николай Озеров буквально кричал от радости: «Яшин - герой матча! Яшин - непробиваемый вратарь! Яшин есть Яшин!». Болельщики ликовали. А Лев, представьте себе, ушел в раздевалку и дал там волю слезам. Нервы не выдержали.

«В УСТАХ ЯШИНА САМЫМ РУГАТЕЛЬНЫМ БЫЛО: «ПОЛЕ НЕ ВИДИТ»

- Говорят, Яшин гасил свои стрессы сигаретой. Как же курение согласовалось с, прямо скажем, суровой необходимостью быть в форме?

- Во-первых, ему не требовалась такая «дыхалка», как полевому игроку. И потом, простите, не каждому легко отказаться от этой привычки.

- А когда Лев Иванович пристрастился к табаку?

- Давненько. Дымил, сколько его знала. При себе всегда держал ходовые сигареты: «Новость» без фильтра, позже - «Столичные». Правда, обходился без дешевой и общедоступной «Примы». Хотите верьте, хотите - нет, но однажды кому-то пришло в голову обсудить на партсобрании «неспортивное поведение» Яшина и обязать его не курить. Но нашлись и те, кто выступил против такого абсурда. Видно, сами украдкой покуривали. Мол, одно дело - по-товарищески советовать, другое - запрещать и делать из курильщика чуть ли не антикоммуниста.

Льву порой ничем, кроме выкуренной сигареты, не удавалось снять нервное напряжение, поэтому все как-то смирились с тем, что он мог закурить прямо в раздевалке, во время перерыва между таймами. Ухитрялся даже под душем пару раз затянуться. Выкладывался на поле полностью. Иногда за одну игру терял в весе до пяти килограммов.

Кстати, микроклимат в «Динамо» стал мягче, когда Яшина избрали партгруппоргом, а позже, после прощального матча, поставили и начальником команды. Вообще, у него характер был золотой - добрый, открытый, покладистый. За 35 лет, прожитых вместе, ни разу не слышала, чтобы он на кого-то повысил голос.

Конечно, футбол без недоразумений и споров не обходится, но Лев старался любую конфликтную ситуацию уладить по-хорошему. Это у его друга Никиты Симоняна, чуть что - «все козлы». В устах Яшина самым ругательным было: «Поле не видит». Мол, зачем распекать за ошибку того, кто не умеет играть, кому просто не дано? Во время игры никого не упрекал. Вместо окрика - подсказка. К ребятам обращался ласково и только по именам.

Это и есть внутренняя культура рабочего человека. Может, среди мужиков на рыбалке и употреблял крепкие выражения, а дома - никогда. Что бы ни случилось на футбольном поле, в кругу семьи сохранял олимпийское спокойствие. Как-то мне срочно понадобились очки, а найти нигде не могу, начинаю нерв­ничать. А Лева подает их и улыбается: «Вот же они, под рукой у тебя были. Да, поля не видишь, дорогая...».

- А Яшин видел! Выбегал из ворот порой так далеко, что, по сути, становился полевым игроком.

- Это была без преувеличения революция во вратарстве. Он действовал широко и с размахом не только по всей штрафной площадке, но и за ее пределами. Конечно, не всем это нравилось. Но при поддержке Михаила Якушина, одного из наименее консервативных тренеров, Лев все смелее осваивал новые приемы игры. Это, кстати, вдохновило Евгения Евтушенко на такие строки: «Стиль Яшина - мятеж таланта...».

Если же говорить языком футбольной прозы, то Яшин довольно ра­но научился главному - видеть поле. То есть наверняка знать, кто, кому и когда должен передать мяч. Словно опытный шахматист (а в шахматы Лев с детства неплохо играл), просчитывал ситуацию на несколько ходов вперед. Предвидя чью-то ошибку, умело дирижировал защитниками. В нужный момент кулаком отбивал мяч или с подкруткой вбрасывал его в поле, как правило, точно в ноги игроку. Не раз активно переходил в нападение. Играл и головой, не забывая перед этим артистично снять кепку, которую ему еще в 1953-м подарили в Чехословакии. Не уставал повторять: «Стра­хуйте друг друга!». Не раз убеждалась: Яшин умеет выбирать позицию и в игре, и в жизни.

- Такое впечатление, Валентина Тимофеевна, что вы слушали по радио или смотрели по телевизору все матчи с участием Льва Ивановича.

- Все не все, но побывала даже на многих международных, в которых играл Лев. За исключением чилийского чемпионата. Причем ездила с болельщиками за рубеж по туристической путевке на свои кровные. В условиях железного занавеса это было просто счастьем. Так что увидела мир благодаря «выездному» Яшину.

«ДОРОГИЕ ЖЕНЩИНЫ, ОСТЕРЕГАЙТЕСЬ! К НАМ ЕДЕТ СОВЕТСКИЙ СЕКСУАЛЬНЫЙ МАНЬЯК ЭДУАРД СТРЕЛЬЦОВ!»

- Какая поездка в загранку запомнилась больше всего?

- Трудно выделить. Хотя изрядно заставил поволноваться чемпионат мира в Швеции (1958 год). Лев предложил мне туда поехать от Спорткомитета: «Вакансия появилась». Наверное, кто-то вдруг выпал из списка, который обычно согласовывался на уровне ЦК КПСС и КГБ СССР. Заплатила тогда, по-моему, 2200 рублей (они через три года в результате хрущевской денежной реформы превратились в 220).

- Много это или мало?

- Нормально, если учесть, что американский доллар в те времена стоил 56 копеек, а стакан томатного сока в каждом советском гастрономе почти в шесть раз меньше. Яшин, который с юности поездил по странам Запада, все недоумевал, почему в Советском Союзе литр бензина дешевле воды: всего 4 копейки. Минералку покупали за 20 копеек, 12 из них - цена самой бутылки.

Но вернемся к шведскому чемпионату. Делегация сколотилась солидная. Помню, в ее составе, кроме Хомича, трех братьев Старостиных, были автор повести «Вратарь республики» Лев Кассиль и Цезарь Солодарь из журнала «Крокодил». Едва ступили на землю Швеции, ошалели от уличных плакатов: «Дорогие женщины, остерегайтесь! К нам едет советский сексуальный маньяк Эдуард Стрельцов!».

- Это на полном серьезе?

- Абсолютно. Хотя Стрельцова в последний момент заодно с Борисом Татушевым и Михаилом Огоньковым исключили из сборной и не пустили в Швецию. Кроме того, его поспешили дисквалифицировать и подвести под уголовную статью. Причем без суда и следствия, руководствуясь исключительно злым газетным фельетоном (кажется, Семена Нариньяни) о звездной болезни выскочки, якобы возомнившего себя футбольным гением. Эдик действительно остался в истории футбола легендой - тогда в лексиконе еще не было слова «звезда» в его нынешнем смысле. Яшин предсказывал Стрельцову мировую славу самого Пеле. Кстати, и чисто человеческие качества Эдуарда импонировали Леве: обходительный, приветливый. Сколько раз пройдет мимо тебя, столько и поздоровается. И надо же - обвинили в тяжком преступлении на сексуальной почве.

- Не хочется верить партийной прес­се хрущевских времен. Что же все-таки с ним произошло накануне?

- Как рассказывал Лев, все началось с того, что Эдуард Стрельцов и Валентин Иванов опоздали на берлинский поезд, на котором наша сборная поехала на дополнительный отборочный матч с поляками. По Можайскому шоссе все же удалось догнать состав. Вышли на поле. Гавриил Качалин пожурил «штрафников» для порядка, но не забыл и похвалить за игру. Потом всех отпустил по домам - паковать чемоданы на чемпионат. Откровенно говоря, в Швеции мы гораздо успешнее выступили бы, если бы Стрельцов так не подгадил.

Ведь, если мне не изменяет память, в первой отборочной игре с командой Польши Борис Татушин открыл счет уже на девятой минуте. А дополнительный поединок с поляками за путевку в Швецию стал для Эдуарда Стрельцова матчем мужества. Получив уже на первых минутах тяжелую травму ноги, он не покинул поле. Играл блестяще. Один гол забил сам, второй - в дуэте с Генрихом Федосовым.

Думаю, что в ответственном матче с бразильцами (они выставили очень талантливых дебютантов Пеле и Гарринчу) именно Стрельцов мог переломить ход игры. А без него она закончилась не в нашу пользу - 0:2. Я уже не говорю о напряженной игре и тяжелейшей переигровке с англичанами. Настроение немножко поднялось, когда среди дебютантов советской сборной увидела Юрия Войнова. Мы со Львом дружили с ним. Когда бывали в Киеве, обязательно заходили в гости к Юре. Впервые попробовали у него вашу фирменную «горилку с перцем»...

- Стрельцов и в самом деле на женщине погорел?

- И да, и нет. Беда в том, что, стоило Эдику подвыпить, он становился невыносимым: ругался, скандалил, лез в драку. А в тот раз решил погулять с друзьями на даче. И это всего за одну ночь перед дорогой на матч. Не остановило его даже то, что жена была тогда на четвертом месяце беременности.

Компания собралась теплая: три симпатичных девушки - три известных футболиста. Борис Татушин и Михаил Огоньков разошлись со своими подружками по отдельным комнатам. А захмелевший быстрее других Стрельцов остался наедине с третьей - совсем еще девчонкой, отчим которой, как потом оказалось, был полковником где-то в силовых структурах.

Стал приставать. Она укусила пьяного ухажера за палец. Тот, вскрикнув от боли, шарахнул несговорчивую кулаком по лицу и перебил переносицу. Отчим потерпевшей поднял бучу, которая вроде бы с подачи министра культуры Фурцевой докатилась до Хрущева. Никита Сергеевич пришел в ярость: «Гнать в шею! Тоже мне звезда! Судить!». Так футбольный самородок по пьянке угодил в тюрьму на 10 с лишним лет. Лев любил Стрельцова и искренне сочувствовал ему, даже хотел взять Эдика на поруки...

- А чем, на ваш взгляд, отличился Яшин на шведском чемпионате?

- Чрезвычайной стойкостью и, если хотите, волей к жизни. В матче с англичанами, когда развернулась борьба за третье и четвертое места, Льва здорово подбили. Как сообщала пресса, отправили в нокдаун. Потеряв сознание, он долго лежал на поле. Я замерла: «Встанет на ноги - не встанет?..»



Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
1000 символов осталось