В разделе: Архив газеты "Бульвар Гордона" Об издании Авторы Подписка
Что наша жизнь? Игра...

Легендарный советский футболист, полузащитник днепропетровского «Днепра», киевского «Динамо» и сборной СССР Геннадий ЛИТОВЧЕНКО: «Моей будущей жене одна девочка сказала: «Зачем вы за этого Литовченко замуж выходите? — Протасов поинтереснее, он больше голов забивает...»

Михаил НАЗАРЕНКО. «Бульвар Гордона» 11 Сентября, 2013 21:00
11 сентября одному из лучших игроков в истории отечественного футбола исполняется 50 лет
Михаил НАЗАРЕНКО
Геннадий Литовченко - из плеяды ярких советских футболистов 80-х, которые показывали в лучших своих матчах «футбол XXI века». Прежде всего это относится к выступлению сборной Союза на чемпионате Европы 1988 года в Германии, когда были повержены сборные Англии (3:1) и Италии (2:0). И только в финале сборная СССР уступила сборной Голландии - 0:2. Так Геннадий Литовченко стал вице-чемпионом Европы. За сборную Союза он провел 57 матчей, забил 15 голов. Выступал за олимпийскую сборную, участвовал в чемпионатах мира 86-го и 90-го годов. Сыграл и за сборную Украины.

Болельщикам Литовченко запомнился как диспетчер, организатор, душа атак всех команд, в которых играл. Восхищал своей уверенной размашистой игрой, неутомимыми перемещениями по полю, ювелирными передачами, мощными ударами издали, против которых вратари были бессильны. Сравнение с этим универсальным мастером нынешних игроков будет явно не в пользу последних.

«ДЕНЬГИ ВСЕГДА БЫЛИ ДЛЯ МЕНЯ НА ВТОРОМ ПЛАНЕ»

- Геннадий, как-то, подытоживая свою игровую карьеру, вы сказали, что прожили в футболе шикарную жизнь. Мало кто так говорит о себе в превосходной степени. Можете доказать?

- (Смеется). Есть, конечно, по тем временам ностальгия. Тогда в командах наши люди играли, а родители приходили на стадион с детьми, не опасаясь выходок фанатов. Если сравнивать с нынешними футбольными звездами, платили нам копейки, но на самом деле мы тогда нормально получали.

- Вам принадлежит фраза, которую, по-моему, вообще еще никто из живущих не произносил: «Не было бы денег, вот было бы здорово!».

- Деньги всегда были для меня на втором плане.

- Неприятный момент, связанный с деньгами, у вас был в Греции, когда вы играли в «Олимпиакосе». Что там произошло и чем все закончилось?

- Нам с Олегом Протасовым руководство клуба не платило, и наш агент пообещал все уладить. Он и уладил, после чего с этими деньгами пропал.

Болельщикам Геннадий Литовченко запомнился как великолепный диспетчер, организатор и душа атак всех команд, за которые играл

- Разыскали его?

- Разыскали, судились, но без толку. Конкретную сумму не помню, но было очень неприятно. Все-таки терять деньги по делу и по обману - это разные вещи.

- С чего начиналась ваша «шикарная», а точнее, счастливая спортивная жизнь, когда вы жили лишь футболом?

- Ни о чем другом и не думал. И сейчас не думаю. Хотелось играть только в футбол. Серьезно заниматься им я начал в Днепродзержинске, когда мне было восемь лет. Первым тренером был Иван Михайлович Ерохин (работал с Геннадием с первого по шестой класс школы. - Авт.). В 76-м меня пригласили в детскую футбольную школу «Днепр-75», одну из лучших в Союзе. Моим новым наставником стал Игорь Леонтьевич Ветрогонов. За мной из киевского «Динамо» приезжал знаменитый селекционер Анатолий Андреевич Сучков, хотел забрать в киевский спортинтернат. Но родители тогда не решились меня отпустить.

- Сучков настаивал?

- Он несколько раз наведывался. Но мне, если честно, не хотелось куда-то уезжать.

- Родители вас поддерживали?

- Им некогда было, они на заводе трудились. Концы с концами еле сводили. Родителям нравилось, что в школе у меня было и обучение, и питание - все под контролем.

С прославленным полузащитником и одноклубником Павлом Яковенко. «Киевское «Динамо» было и остается флагманом украинского футбола — со своими достижениями, традициями, историей»

Фото «РИА Новости»

Я поднимался в пять утра и на электричке ездил из Днепродзержинска в Днепропетровск на зарядку, пропускать которую нельзя было. Туда час езды, от электрички до школы ехал трамваем. И так в течение пяти лет.

- А если мороз, ме­тель?

- Тогда таких зим, как сейчас в Киеве, не было. Я не помню, чтобы электричка не ездила или транспорт не ходил. Зимой зарядка и тренировки проходили в зале, а когда нормальная погода - на школьном дворе. Отец однажды пожалел, не разбудил, и у меня была истерика. На зарядку я опоздал. Все объяснил тренеру, и он отнесся к этому с пониманием, сказал, что я не виноват. Даже посмеялся над тем, как я, добираясь на занятия, за электричками бегаю и трамваями.

- Смотрели во все мальчишечьи глаза на матчи «Днеп­ра»...

- Мы подавали мячи на стадионе, когда «Днепр» играл, так что воочию все видели. Представляли себя на месте игроков. Потом нас начали подключать к играм за дубль, за молодежь. Брали с командой в города, что поближе. Но вышло так, что после окончания детской школы меня в «Днепр» не взяли. Я щупленький был. Вернулся в Днепродзержинск, стал играть за «Металлург», команду второй лиги.

Игорь Ветрогонов позвонил в Спорткомитет тренеру юношеской сборной Союза Борису Игнатьеву, порекомендовал мою кандидатуру. И меня первый раз вызвали в юношескую сборную. Когда об этом узнали в «Днепре», то, едва я вернулся, сразу забрали в команду. Может быть, если бы этого момента не было, то я и не добился бы столько всего.

С Анатолием Демьяненко и Олегом Протасовым. «Мне с Протасовым легко было, потому что мы понимали друг друга с полуслова. Столько поиграли вместе, что даже просто в глаза могли посмотреть, и уже понятно было, кто чего хочет»

Фото «РИА Новости»

Когда в 81-м главным тренером «Днепра» стал Владимир Емец, он взял меня на выезд. Играли с краснодарской «Кубанью». До конца минут 10. Подзывают меня: «Иди, выходи!». - «Куда?». - «Куда хочешь, туда и выходи!». Подавали угловой. Всех наших в штрафной разобрали. После подачи мяч попал ко мне. А у меня, слава Богу, удар был. Я пробил, мяч залетел в сетку. Мы до центра поля дошли, конец игры. Так я забил свой первый гол в высшей лиге.

А вообще-то, в этот период я мало играл за «Днепр», в основном за разные сборные. И на юношеском чемпионате Европы в составе сборной СССР в 82-м году стал бронзовым призером.

«В МОСКВЕ НАЧАЛАСЬ ИСТЕРИКА - КАКОЙ-ТО ФУТБОЛИСТ С ПЕРИФЕРИИ ПОБИЛ РЕКОРД НИКИТЫ СИМОНЯНА»

- В 1985 году Олег Протасов, с которым вы играли в «Днепре», забил в течение одного чемпионата 35 мячей, побив рекорд Никиты Симоняна, установленный в 1950 году (34 мяча). За это достижение Протасов получил европейскую «Серебряную бутсу», а «Золотую» вручили Марко ван Бастену, который, зная результат Олега, в последних трех играх забил столько, сколько было нужно для того, чтобы превзойти Протасова, - 37 голов. А Олег Протасов по-честному обошел Симоняна?

- На сто процентов! В Москве началась истерика: как такое возможно, чтобы какой-то футболист с периферии побил рекорд самого Никиты Павловича Симоняна! Но мы же не говорили, как удалось ван Бастену, будучи травмированным, выходя на замену, забить именно столько, чтобы обойти Протасова. Мы, естественно, играли на нашего лучшего бомбардира А защитники соперника, вратари, те же москвичи, они что, тоже ему помогали, дорожку перед ним стелили?

Сборная СССР, ставшая под руководством Валерия Лобановского серебряным призером чемпионата Европы по футболу, 25 июня 1988 года. Нижний ряд: Сергей Гоцманов, Александр Заваров, Василий Рац, Олег Протасов, Геннадий Литовченко. Верхний ряд: Ринат Дасаев, Вагиз Хидиятуллин, Олег Кузнецов, Сергей Алейников, Алексей Михайличенко, Владимир Бессонов
.

Мы с Протасовым вместе начинали в футбольной школе «Днепр-75». Мне с ним легко было, потому что мы понимали друг друга с полуслова. Столько поиграли вместе, что даже просто в глаза могли посмотреть, и уже было понятно, кто чего хочет. Когда я поднимал голову, он уже стартовал, и мне надо было только послать мяч, даже не на него, а туда, где свободно, и Олег успевал добежать туда быстрее защитников. Это те детские моменты, которые должен знать каждый футболист: кто раньше стартует, тот получает преимущество.

- Сейчас подобное взаимодействие между игроками редкость. Порой такую наблюдаешь бестолковщину в передачах, что диву даешься. Куда подевались диспетчеры?

- Трудно сказать. Мы воспитывались в одной футбольной школе Союза. А сейчас на поле и португальцы, и бразильцы, и славяне, и Бог знает кто. Разные школы, разные стили. Это же надо их собрать в кучу, что-то им сказать, объяснить, показать.

- Ваши слова опровергаются игрой «Шахтера»...

- Опровергаются в том смысле, что тренер, может быть, сумел донести до футболистов свои идеи. Но на это нужно время. В «Шахтере» подбирают под свой стиль. Почему в союзные времена знаменитый игрок московского «Спартака» Федор Черенков мало играл в сборной Валерия Лобановского? Потому что он не вписывался в стиль команды. Результативно играть в одной команде - еще не значит так же играть в другой, тем более в сборной.

С супругой Ольгой Родионовой, чемпионкой Европы по художественной гимнастике 1982 года, Геннадий вместе уже 30 лет. «Семью я редко вижу, поэтому слишком мало поводов для конфликтов»

- Когда все наблюдали за вашей с Протасовым игрой в «Днепре», внимание к вам со стороны киевского «Динамо» усилилось?

- В 82-83-м, когда мы уже играли в сборной, нам дважды предлагали перейти в «Динамо». Но у киевлян была звездная команда, а мы еще не достигли такого уровня. А в 86-м сборную Союза снова возглавил Валерий Лобановский, и он нам говорил: «Долго вы еще в «Днепре» сидеть будете?». То есть намекал на переход в «Динамо», но не торопил.

- Были определенные опасения, что не удастся вклиниться в этот звездный состав?

- Конечно. Там же тогда играли Владимир Бессонов, Александр Заваров, Андрей Баль, Василий Рац, Павел Яковенко! Звезд было много. Алексей Михайличенко долго сидел на скамье запасных. Мы отправились в Киев только в 88-м году. За счет того, что играли в сборной, где выступал практически весь состав киевлян и у нас была необходимая практика взаимодействия с ними, мы безболезненно влились в коллектив.

- Ушли из «Днепра» бесконфликтно?

- Мы еще перед началом сезона об этом сказали руководству. Кстати, нас задерживала еще ситуация с учебой в институте физкультуры. Мы поступили туда в 80-м и по тем законам имели право учиться только семь лет. Время поджимало, нужно было доучиться. Мы завершили учебу, после чего и ушли в «Динамо».

- Тогда считалось за честь перейти в киевское «Динамо», флагман советского и украинского футбола. А сейчас трудно представить, чтобы ведущие игроки того же «Днепра» так уже сильно стремились в Киев...

- Киевское «Динамо» было и остается флагманом украинского футбола - со своими достижениями, традициями, историей. А трудности на то и трудности, чтобы их преодолевать.

«КОГДА МЫ ПРОИГРАЛИ МОСКОВСКОМУ «ДИНАМО» НА КУБОК, НА РАЗБОРЕ ЕМЕЦ СКАЗАЛ: «ЕЩЕ ОДНА ТАКАЯ ИГРА, И БУДЕТЕ ПОЛУЧАТЬ, КАК В КИЕВСКОМ «ДИНАМО»

- Вы однажды заметили: «После того как твоя команда проиграла, нужно ответить на вопрос, что делать, а не решать, кто виноват»...

- Понятно, что в случае поражения надо искать причину. Ошибки - это одно, их следует выявлять и анализировать. Второе - взаимосвязанность. Главному тренеру необходимо начинать с себя, причину искать в себе. Может, не тот состав определил, не угадал, не так подготовил к игре. Может, в тренировках что-то следует изменить. И лишь потом уже требовать от футболистов результативности.

- Есть хорошая песня: «Три счастливых дня было у меня...». Перефразируя, можно сказать, что в киевском «Динамо» у вас было три самых счастливых года?

- Дело в том, что мне тяжело выделить какие-то годы как самые счастливые. Вся карьера проходила ровно, без спадов. Футбольная жизнь была очень насыщенной. Счастливыми были и годы, проведенные в «Днепре», где меня выбрали капитаном и уже в 21 год признали лучшим футболистом Советского Союза. И в киевском «Динамо», где я выиграл чемпионство и Кубок, а в составе сборной стал вице-чемпионом Европы. Все время получал какие-то титулы.

- Вашими тренерами были Владимир Емец, Эдуард Малофеев, Валерий Лобановский. Чем они вам запомнились?

- Владимир Емец был человеком из народа, тренером-самородком, который умел сплотить коллектив, организовать, направить. Мог и пошутить. Помню, когда мы проиграли московскому «Динамо» на Кубок, Владимир Александрович на разборе сказал: «Еще одна такая игра - и будете получать, как в киевском «Динамо». В 82-м, когда чемпионом стало «Динамо» (Минск), мы были девятыми и в следующем году планировали войти в «восьмерку».

О чемпионстве никто не помышлял. И вот за 12 туров до конца мы выигрываем очередной матч и выходим на первое место. Владимир Александрович говорит: «Вот здорово! Хоть немного побудем лидерами!». А в итоге «Днепр» стал чемпионом.

Эдуард Малофеев, у которого я играл в сборной до Лобановского, запомнился, конечно, своим «искренним футболом», и этим все сказано.

- Смеетесь. Плох он, «искренний футбол», что ли?

- Нет, просто объяснить тяжело. То есть пробил - молодец, не пробил - ну и ладно. А у Лобановского все было расписано по минутам, что на поле делать. Каждый игрок должен был выполнить свой объем работы. Например, защитник - сделать определенное количество передач с фланга, и не меньше! Все расписывалось. Плюс импровизация. Кому-то это не нравилось. Мол, «Динамо» (Киев) играет не в зрелищный футбол, закрывается, мало забивает...

- Анализируя выступление сборной СССР на чемпионате Европы в Германии, зарубежные СМИ писали о невероятной игровой дисциплине игроков и «удивительной мобильной линии полузащиты, в которой Алейников, Гоцманов и Литовченко постоянно жалили своими выпадами соперников, обреченных лишь на хаотичные и непродуктивные выпады»...

- Все ребята были сконцентрированы на достижении результата. У нас была команда, в которой все четко отлажено. Сборную Англии мы победили по всем статьям. В полуфинале измотали итальянцев, я забил важный первый гол, и мы победили 2:0. А в финале уступили голландцам, не забив пенальти и пропустив два мяча (один - фантастический от ван Бастена, когда он пробил с лета). Нам просто не хватило немного удачи.

- Спустя два года на чемпионате мира в Италии выступление сборной СССР, возглавляемой Валерием Лобановским, уже не было столь успешным. Что случилось с отлаженным коллективом?

- Об этом сейчас можно дискутировать, думать. В 88-м году программа была рассчитана на постепенное обретение легкости к финалу. Первую игру в группе мы выиграли у Голландии 1:0, но были загружены, легкости не чувствовалось. С ирландцами еще поборолись 1:1, зато англичан и итальянцев фактически перебегали. Может быть, эта программа в 90-м не сработала. Сразу проиграли Румынии (0:2) и Аргентине (0:2). Стечение обстоятельств. Можно что угодно сейчас говорить, выдумывать, но это уже все в прошлом.

- Будучи футболистом, вы постоянно тревожили вратарей дальними ударами, которые нередко достигали цели. Какой плакат с призывом к игрокам вы повесили бы в раздевалке?

- «Бейте издали по воротам! Не будете бить, точно не забьете!». Тем более после таких ударов мяч в полете неожиданно меняет направление и вратарям тяжело его поймать, даже если они его видят.

«ПОЧЕМУ РАЗВАЛИВАЮТСЯ НЕКОТОРЫЕ КЛУБЫ? ПОТОМУ ЧТО У КАКОГО-ТО ЧЕЛОВЕКА ПОЯВЛЯЮТСЯ ДЕНЬГИ, И ОН ХОЧЕТ СЕБЕ ИГРУШКУ - ФУТБОЛЬНЫЙ КЛУБ, СТАТЬ ПРЕЗИДЕНТОМ И ПОИГРАТЬ. НО ПОСТЕПЕННО ИГРУШКА ЕМУ НАДОЕДАЕТ, И ОН ЕЕ БРОСАЕТ»

- Самые впечатляющие голевые удары в вашем исполнении?

- В 90-м у меня было три таких эпизода. Один в финале Кубка СССР, когда мы выиграли у московского «Локомотива» 6:1. Ударил левой, издали - и в «девятку»! Алексей Михайличенко подбежал ошеломленный: «Ты с ума сошел!». Вторые два я забил сборной ГДР в отборочном цикле чемпионата мира - в Киеве и на выезде (3:0, 1:2). Особенно эффектным получился тот, которым я отличился в гостях. Получил мяч от Протасова. До ворот - 25-30 метров. Бить или не бить - даже не задумался. Конечно, бить! Мяч находился на высоте, я подпрыгнул и «ножницами» вколотил его в ворота!

- Вы в свое время вывели «Металлист» и «Харьков» из первой лиги в высшую, причем одну команду за другой. Какие трудности преодолевались?

- В принципе, с «Металлистом» было не тяжело, поскольку уже сложилась команда. Там играло несколько человек, которых я знал, имелась основа. Сразу планировалось, сколько очков нужно набрать для выхода. Сделали ставку на молодых ребят и не прогадали.

В высшей лиге по итогам первого тура занимали седьмое место. Временами команда показывала добротный футбол, обыграла донецкий «Шахтер». Но потом мне пришлось по моральным причинам покинуть клуб. В «Металлисте» было два уч­ре­дителя - Александр Ярославский и Виталий Данилов. Приглашал меня в клуб Данилов, который в первом круге был освобожден от должности вице-президента. Если бы он оставался в «Металлисте», я бы, возможно, продолжил работу. И Ярославский не хотел, чтобы я уходил. Но Данилов взялся за новый клуб - харьковский «Арсенал» (был переименован в ФК «Харьков». - Авт.), пригласил меня, и я не мог подвести этого человека, перешел к нему. А потом это все мне аукнулось.

Здесь все складывалось потяжелее. В отличие от «Металлиста» отсутствовала инфраструктура, не было нормальных условий для тренировок. Все пришлось начинать с нуля. Но главную задачу мы выполнили - «Харьков» пробился в высшую лигу, выступал в ней два сезона. А я покинул и этот клуб.

Почему, эпизодически вспыхнув, разваливаются некоторые клубы? Потому что у какого-то человека появляются деньги и он хочет себе игрушку - футбольный клуб, стать президентом и поиграть. Но постепенно игрушка ему надоедает, и он ее бросает, ему уже другую подавай. Но я никогда не хочу никого в чем-то обвинять. Бог им судья, дай Бог им здоровья. Я после этого не пропал. Работаю. Жив-здоров - это главное.

- Как себя чувствуете в нижегородской «Волге»? Получается тандем с главным тренером Юрием Калитвинцевым?

- Когда мы пришли в команду, она была не то что в разобранном состоянии - в плачевном. Но в том сезоне, по крайней мере, мы выполнили задачу - остались в Премьер-лиге. А в этом пошли уже транс­ферные вливания, которые мы хотели. Команда поменялась на 50 процентов. Сейчас на скамейке находиться поспокойнее.

- Как российский чемпионат? Пропахли русским духом?

- Я бы не сказал, что ощущается какой-то русский дух. Мы, рожденные в СССР, не испытываем дискомфорта. Чемпионат, может быть, посильнее: нет проходных игр, любая команда может преподнести сюрприз. Игра с питерским «Зенитом» показала, что по всем технико-тактическим действиям наша команда имела преимущество. Но мы проиграли. Тем и интересен чемпионат России.

- Читал в еженедельнике «Совершенно секретно» публикацию «Как поссорились Олег Валерьевич и Геннадий Владимирович». Когда вы были тренером «Харькова», которому позарез требовались очки, чтобы остаться в высшей лиге, а Протасов - тренером «Днепра», вы впервые как соперники встретились на тренерских скамейках. Это случилось 6 мая 2006 года. Учитывая вашу многолетнюю дружбу, любой исход в этом матче, кроме победы «Днепра», выглядел бы как слив другу со стороны Протасова. Дальше по тексту: «Днепряне тогда выиграли 1:0. Поговаривают, что Литовченко обиделся, а Протасов якобы бросил после матча: «Я с вашим гребаным футболом единственного друга потерял». Прокомментируйте...

- Нет, обиды не было! Ни о каком сговоре не могло быть и речи. Мы об этом даже не заикались. Каждый решал свои задачи.

«НАРУШИТЕЛЯМ ДИСЦИПЛИНЫ ЛОБАНОВСКИЙ ОБЫЧНО ГОВОРИЛ: «ВЫ ПРИНАДЛЕЖИТЕ НЕ СЕБЕ, А НАРОДУ!»

- Что вынудило вас раньше времени покинуть киевское «Динамо»?

- Как обычно, травма. Пока я был действующим футболистом, серьезных повреждений у меня не было, обошлось без переломов, без операций. Но в какой-то игре неудачно пошел в подкат. В итоге заработал артроз тазобедренного сустава. Специальной техники тогда не было, меня осмотрели дедовским способом и сказали: «Давай тренируйся!».

А потом начались боли. Такие, что ночью не мог спать. Болела спина, все время искал положение, чтобы ноге было удобно. Но это еще не было так невыносимо, как тогда, когда я заканчивал.

- Вы говорили об этом Лобановскому?

- Доктора ж у нас были, они за это отве­чали. Да и когда тренируешься, оно как бы не чувствуется. И как скажешь, что не можешь играть, если можешь? Это в покое тре­вожило, а когда работал, боль заглушалась.

- И в конце концов, пришлось сказать, что, мол, все, не могу больше выдерживать нагрузки...

- В принципе, да. Хотя по физическим данным я еще мог легко играть. После того как ушел из «Динамо», я был сначала в Греции, потом в Австрии. Мой клуб выступал в еврокубке, и надо было играть. Врачи осмотрели ногу, сделали инъекцию - влили жидкость. Посоветовали заканчивать с футболом. Сказали, что надо менять один тазобедренный сустав, а со временем и второй. Я говорю: «Если поможет, давайте». Мне поставили протез. Теперь у меня их два. Когда в аэропорту прохожу через кабинку таможенный контроль, протезы начинают звенеть.

- Вы - человек верующий, награждены орденом «За заслуги перед церковью»...

- Меня родители в союзные времена крестили, хотя нельзя было - как бы втихаря это сделали. Долгое время особого внимания я этому не уделял. И только в зрелом возрасте, когда серьезно заболел, обратился к Богу. Я был тренером «Кривбасса» в Кривом Роге, и у меня на нервной почве появилась сыпь на коже, очень сильное раздражение. Года полтора это длилось. Все перепробовал - лечился, ходил в церковь. И благодаря Богу, врачам выздоровел.

- Как отдыхаете?

- Как только выпадает свободная минута, еду на рыбалку. В Киеве проблем не было: сел в машину, поехал на речку. В Нижнем Новгороде пока не выходит. Там особо рыбаков нет. Да и места надо знать.

- Что еще помогает расслабиться?

- Кроме алкоголя, пока еще ничего не выдумали, чтобы снять стресс.

- Пить до полного вырубона?

- Понятно, что в меру. Могу привести при­мер. Отыграли мы матч в Австрии. На следующий день прихожу к массажисту: «У меня икры забиты, помассируй меня». Он говорит: «Просто у тебя солей не хватает, иди попей пивка». Это не я придумал. В Италии нам читали лекцию, как восстанавливаться. И то же самое: «Да, пиво надо пить после игры, потому что оно восполняет белки и углеводы».

- Нашему человеку только разреши, он не остановится на одном пивке...

- Безусловно. При­веду другой при­мер. Мы, сборная СССР, в Италии, кушаем в ресторане. Рядом - юношеская или молодежная сборная Италии. Видим: у них на каждом столе полбутылки вина, а сегодня или завтра - игра. Они к этому адаптированы. У нас же человек выпьет стаканчик вина, а потом хочет принять еще более горячительный продукт. Это уже менталитет.

- Лобановский наказывал игроков за нарушение спортивного режима?

- Ну как наказывал? В таких случаях он обычно говорил: «Вы принадлежите не себе, а народу». Поскольку мы практически все время были в клубе и в сборной (переезжали с базы на базу), в те моменты, когда можно было снять стресс, некоторые игроки приходили на занятия не совсем в порядке. Обещали: «Мы отработаем!». Валерий Васильевич отвечал: «Тебе сегодня вредно ходить, а не то что тренироваться, - иди в сауну».

- Когда назревает конфликт в команде, как вы себя ведете?

- Смотря какие конфликты - игровые или бытовые. Игровые возникают от непонимания игрока, чего от него хочет тренер.

- Бывает, что теряете контроль над своими эмоциями?

- Не помню такого. Когда ты объясняешь, объясняешь, а человек не понимает, то можно, конечно, вспылить. Но это минутное дело.

- А в семье?

- Семью я редко вижу, поэтому слишком мало поводов для конфликтов. Мы с женой оба спортсмены, и жизнь у нас такая: я был дома - она отсутствовала, она была дома - я отсутствовал. (Супруга Геннадия - Ольга Родионова, победительница Кубка мира по художественной гимнастике, чемпионка Европы 82-го года. Дочери - Виктория и Настя, обе с детских лет занимаются спортом, начинали с художественной гимнастики, впоследствии переключились на теннис. Виктория стала серебряным призером чемпионата Украины, но из-за травмы спины досрочно завершила спортивную карьеру, младшая Настя родилась в Греции, профессиональная теннисистка. - Авт.).

- Сколько вы с Ольгой уже вместе?

- Скоро 30 лет будет. В 83-м весной познакомились на спортивной базе в Новогорске, а в декабре расписались. Виделись до свадьбы раз шесть. Она еще выступала и занималась с юными гимнастками. И вот одна девочка ей сказала: «Зачем вы за этого Литовченко замуж выходите? - Протасов поинтереснее, он больше голов забивает...».



Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
1000 символов осталось