Александр РОЗЕНБАУМ: «На концертах хочется заниматься профилактикой, а не хирургией»

Как только на сцене появились шестеро музыкантов во главе с Александром Яковлевичем и прозвучали первые аккорды баллады «Голубица», я почувствовала себя одним из персонажей Киплинга, которых загипнотизировал удав Каа, и поняла: сидеть мне так все три часа концерта. Просто когда качественную живую музыку дополняют точные стихи, понятные каждому, кто любил и расставался, другого эффекта быть не может.

Унесла мою печаль голубица -
То-то струны, онемев, замолчали.
Надо плюнуть бы на все да влюбиться,
Непривычно как-то мне без печали.
Непривычно целый день веселиться,
Непривычно по ночам спать вполтела.
Возврати мою печаль, голубица!
Не твоя она, печаль, вот в чем дело...

«Знаете, от песенной поэзии нельзя требовать такого совершенства, как от чистой, - признался Александр Яковлевич. - «Не слышны в саду даже шорохи, все здесь замерло до утра...». Ну не Шекспир, не Пастернак и не Мандельштам, верно? Но гениальные стихи для гениальной музыки». После такого откровения Розенбаум перешел к чистой поэзии, которой у него, по его собственному признанию, совсем немного:

Как часто ночью в отзвуках шагов
Строфа дрожит, шатается и рвется!
Мне стих без музыки так редко удается -
Я должен слышать музыку стихов.
Какой глупец сказал, что песня - это стих?
Какой невежда музыку возвысил?
Кто так унизил песенную мысль
В своих речах напыщенных, пустых?
И я, забывшись в песенном бреду,
Как заклинанье, повторяю снова,
Что музыкант - лишь тот, кто слышит слово,
Поэт - лишь тот, кто с музыкой в ладу.

В этот раз Розенбаум декламировал дольше, чем обычно: лидер-гитара не хотела звучать как надо, пришлось настраивать звук по новой. «Меня бросили на фонари, - улыбнулся артист. - Ну ладно, стояли и стоять будем!». 

Леонид Кучма: «А поворотись-ка ты, сынку!»

Стоять довелось не просто так, а под аплодисменты: зрители бурно реагировали на каждое стихотворение (даже на самое короткое: «На афганцев у ларька бык наехал, Вова. А наутро из быка сделали корову») и несли букеты. Александр Яковлевич был приятно удивлен: «По-моему, это первые цветы, полученные мною за исполнение чистой поэзии».

Наконец капризную гитару уговорили, и снова зазвучала поэзия песенная - больше о человеческих чувствах, чем о проблемах и политике. «На концертах хочется заниматься профилактикой, а не хирургией», - признался артист, исполнив композиции из нового альбома «Мечта блатного поэта» (ничего особо блатного там нет, зато есть замечательный «Романс» - сильная мужская лирика для сильного голоса) и, конечно же, «Вальс-бостон», «Казачью», «Утиную охоту», «Крещатик». Не обошлось и без «Гоп-стоп» и «Тети Цили» - «веселых, леденящих душу историй», как называет эти песни сам автор.

«Кияни, прощайте! Я скоро к вам опять приеду!».Как обычно, после концерта состоялся банкет. Дмитрий Гордон, Александр Швец, Дмитрий Табачник и Александр Розенбаум

«Шел за гробом тети Цили весь честной народ, мы с Сэмэном тоже были, отложив налет», - пел зал вместе с артистом, а дирижировал дружным хором колоритный скрипач Алеша Дулькевич, который успевал еще и на инструменте играть, и цыганочку танцевать.

 

Розенбаум, кстати, тоже танцевал, причем с симпатичной поклонницей, и не отказывал себе в удовольствии поцеловать киевлянок, даривших цветы. Администраторы дворца «Украина» предупреждали: «Из-за карантина выходить на сцену и приближаться к артисту запрещено!», но Александр Яковлевич, как врач «скорой помощи», разрешил себе запрет нарушить. «Швидка медична допомога, знаете ли, еще никому не мешала, - сказал артист, награждая поцелуем миловидную блондинку. - А если без шуток, такой зал в такое время - большая честь для меня».

К слову, несмотря на карантин, в зале присутствовали второй Президент Украины Леонид Кучма и его супруга Людмила Николаевна, Александр Зинченко с супругой Ириной, Александр Швец, Дмитрий Табачник, адмирал Михаил Ежель. Пришли без марлевых масок, зато с букетом роз, как обычные зрители.

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter