В разделе: Архив газеты "Бульвар Гордона" Об издании Авторы Подписка
C чего начинается Родина?

В Москве в Лефортовской тюрьме вторую неделю содержится многодетная россиянка Светлана Давыдова, которую обвиняют в государственной измене. В интервью интернет-изданию «ГОРДОН» российская правозащитница, навестившая Давыдову в камере, рассказала, как власть РФ пыталась получить от задержанной «нужные» показания и «провернуть дело по-тихому»

Наталия ДВАЛИ 4 Февраля, 2015 22:00
В Москве в Лефортовской тюрьме вторую неделю содержится многодетная россиянка Светлана Давыдова, которую обвиняют в государственной измене. В интервью интернет-изданию «ГОРДОН» российская правозащитница, навестившая Давыдову в камере, рассказала, как власть РФ пыталась получить от задержанной «нужные» показания и «провернуть дело по-тихому»
Наталия ДВАЛИ

Рано ут­ром 21 января 2015 года в квартире девятиэтажки на окраине Вязьмы (Смоленская область) раздался звонок в дверь. Пришел местный участковый с жалобой от соседки на шум. Дверь открыл Анатолий Горлов — глава семьи, в которой растут семеро детей (младшей всего два с половиной месяца). Вместо участкового в квар­тиру ворвались люди в черном и с оружием. Оказалось — сотрудники Федеральной службы безопасности РФ (ФСБ), которые арестовали жену Горлова Светлану по подозрению в государственной из­мене. На следующий день суд избрал задержанной меру пресечения в виде двух месяцев содержания в следственном изоляторе «Лефортово» в Москве.

По данным ФСБ, в апреле 2014 года 37-летняя домохозяйка Светлана Давыдова позвонила в Посольство Украины и сообщила, что солдат из воинской части 48886, которую видно из окон ее квартиры, возможно, отправили на Донбасс. Арест многодетной матери вызвал бурю возмущений в российских соцсетях, в интернете начался сбор подписей под петицией «Об изменении меры пресечения для жительницы города Вязьмы Смоленской области, матери семерых детей Светланы Давыдовой». Одной из первых, кто навестил задержанную в СИЗО, была правозащитница, член Общественной наблюдательной комиссии РФ и мама известных российских журналистов Филиппа (журнал The New Times), Тимофея (журнал Forbes) и Тихона Дзядко (телеканал «Дождь») Зоя Светова.

После встречи с Давыдовой в «Лефортово» Светова написала статью, в которой привела диалог с задержанной: «Мы не можем с ней говорить ни об уголовном деле, ни о ее убеждениях — только об условиях содержания и о нарушении ее прав. Спрашиваю: «На вас оказывалось какое-то давление? Вас били?». — «Нет, что вы, они люди умные». — «Молоко у вас не пропало?». — «Нет, пока есть. Я сцеживаюсь здесь, в камере».

При обыске у Давыдовой фээсбэшники пролистали блокноты, найденные в комнате Анатолия и Светланы. Особенно их за­ин­тересовали три записи, которые они отдельно занесли в протокол (авторские орфография и пунктуация сохранены).

«24.04.14, военнослужащие ГРУ ВС  РФ в/ч 48886 в понед. Прибывают в Москву в гражданской одежду, как бы в частном порядке за свой счет. Оружие планируют получить на месте. Находиться собираются до выборов, а дальше — по обстановке. Возможно, это информ. поможет вам сохранить жизни украинцам и целостность страны. Случайно слышала разговор военнослужащего по телефону с другим. Речь шла о пп 40, о количестве на сколько человек».

«07.07.14, что за беженцы? Чтобы взять взяли под контроль Нам не понятно, что за беженцы, Но, возм-но, лица, кот-х будут размещать с целью дистабилизации обстановке, нагнетания возможно, размесят беглых, кот. бежали из зоны действия АТО».

«Мои взгляды рано или поздно могут привести к репрессиям. Я многодет. мать, ухудшается законод-во, права чел., на выраж. мысли, рано или поздно могу столкнуться с открытым насилием против моей семьи. + все бандиты, кот. сейчас в Ук­раине вернутся в Россию и продолжат мра­кобесие. Хотела бы попросить полит. убежища. Если в Украине борятся за народ, то в России Путин борется с народом».

По словам Анатолия, его жена постоянно что-то записывала и вела дневники.

Интернет-издание «ГОРДОН» созвонилось с Зоей Световой, чтобы узнать дальнейшую судьбу многодетной матери, обвиняемой властью РФ в госизмене и выдаче секретных данных Украине.

— С начала украино-российского конф­ликта, кроме Светланы Давыдовой, еще кого-то в России арестовывали за государственную измену?

— Доподлинно неизвестно. В Лефортовской тюрьме содержится 73-летний директор оборонного завода «Знамя» Юрий Солошенко, его вроде бы обвиняют в шпионаже в пользу Украины. Там же и по тому же делу сидит 32-летний гражданин Украины Валентин Выговский. О его деле вообще нет никакой информации. И у Солошенко, и у Выговского — адвокаты по назначению, предоставленные следствием ФСБ.

Но дело Давыдовой — это все-таки не шпионаж, а госизмена. Обратите внимание, Светлана, по версии следствия, позвонила в украинское посольство почти год назад — в апреле 2014 года, но дело возбудили только в январе 2015-го. То есть многодетной матери специально дали возможность родить ребенка, начать его кормить и лишь после этого арестовали, чтобы заставить ее давать «нужные» показания.

— Какой срок грозит Светлане?

— Статья 275 Уголовного кодекса РФ «Государственная измена» предусматривает от 12 до 20 лет. Якобы Давыдова позвонила в Посольство Украины и сообщила, что российских военнослужащих отправляют в ваше государство.

В 2012 году в Закон о «Государственной измене» внесли правки. Теперь по этой статье могут привлечь абсолютно лю­бого гражданина РФ — журналиста, домохозяйку, дворника, даже если они не имеют доступа к государственной тайне, но, общаясь с иностранцами, сказали им, например, что в Украине могут воевать российские солдаты.

— Кремль постоянно заявляет: «Российских военных в Украине нет». Выходит, Давыдова своим звонком дезинформировала иностранное посольст­во. В чем же здесь государственная измена?

— Для меня самой это странно. Сразу после задержания Светлане предоставили бесплатного адвоката от государства Андрея Стебенева. Он вдруг заявил: дескать, дело «в любом случае не на ровном месте возбуждено. Мне звонят и говорят: «Вот по беспределу». Нет. Там есть информация, есть факты, есть основания».

Стебенев ссылается на «экспертизу Генерального штаба РФ», которая утверждает, что Светлана якобы выдала государственную тайну, сообщив, что военные РФ собираются пересечь границу Украины. Безусловно, такими заявлениями эксперты Генштаба подтверждают, что российские военнослужащие на Донбассе воюют.

— Почему адвокат Стебенев не обжаловал сразу же меру пресечения, требуя заменить, содержание в СИЗО на домашний арест или подписку о невыезде, учитывая, что у Давыдовой грудной ребенок?

— Стебенев, судя по всему, и не собирался ничего обжаловать. Ему надо было, чтобы Светлана тихо сидела в СИЗО и под давлением следствия давала показания. После чего дело тихо передали бы в суд и вынесли приговор. План сорвался, потому что муж Светланы Анатолий Горлов написал об аресте жены в Facebook, поднялся шум. Новость тут же подхватили журналисты, правозащитники, блогеры. Если бы Анатолий этого не сделал, никто бы о деле против многодетной матери не узнал. Муж Светланы уже заявил, что не доверяет Стебеневу, и заключил соглашение с другими адвокатами, которые должны вступить в дело 2 февраля.

— Что еще вас насторожило в действиях адвоката, предоставленного государством?

— Стебенев не позвонил мужу Светланы и не сообщил о суде, на котором была избрана мера пересечения в виде двух месяцев содержания в СИЗО, также не предоставил свидетельства о рождении детей, что могло смягчить судебное решение.

Члены Общественной наблюдательной комиссии, в которую вхожу и я, пришли к Светлане в «Лефортово» через несколько дней после ее задержания. Мы объяснили Давыдовой ее права, рассказали, как адвокат Стебенев ее обманул, не подав апелляцию. Она об этом не знала. Через полчаса после начала нашей беседы не­ожи­данно появился сам Стебенев и заявил: дескать, обязательно подам жалобу, просто еще не успел. Но это неправда! Согласно уголовно-процессуальному кодексу России, обжалование меры пресечения нужно подавать в трехдневный срок после ареста. Адвокат специально этого не сделал.

Повторяю, дело хотели провернуть по-тихому: посадить, получить признательные показания, может, показать по телевидению раскаявшуюся в госизмене и просящую о милости странную многодетную мать, в закрытом порядке, без прессы, рассмотреть дело в суде и вынести обвинительный приговор.

— Давыдова не рассказывала, почему решила именно позвонить в украинское посольство, а не, к примеру, написать о своих подозрениях в социальных сетях?

— Мне кажется, это был эмоциональный порыв женщины и матери. Светлана боялась публиковать такую информацию в интернете. Она же не думала, что телефоны украинского посольства прослушиваются российскими спецслужбами. Никто из простых людей об этом не знал. В голове не укладывается, что российский суд мог дать санкцию на прослушивание телефонов украинского посольства в Москве! А без разрешения суда прослушивать телефонные разговоры нельзя.

При обыске у Светланы Давыдовой изъя­ли дневник, в котором якобы были записи о ее отрицательном отношении к войне в Украине и о возможной переброске войск с территории России. Думаю, если бы подобный звонок и поступил в ук­ра­инское посольство, дипломаты вряд ли восприняли бы его всерьез.

— Почему для показательного процесса о госизмене выбрали жертву, которая вызывает сочувствие даже у российских ура-патриотов?

— Следственные органы просто об этом не задумывались. Они были уверены, что широкая общественность о деле Давыдовой не узнает, а если что-то и просочится в прессу, то уже после вынесения приговора. Без широкого освещения в прессе Давыдова согласилась бы со всеми обвинениями, дала бы показания, которые нужны обвинительной стороне. На Светлану и так оказывают психологическое давление — оторвали ее от детей, от грудного ребенка.

— В своем Facebook вы написали: «Светлану вот-вот отпустят, но могут арестовать ее мужа». На чем основаны ваши опасения?

— Анатолий Горлов помешал следствию и поднял шум в соцсетях и прессе, защищая жену. Именно благодаря ему началась кампания по сбору подписей об изменении меры пресечения Светлане с содержания в СИЗО на домашний арест или подписку о невыезде. Уже собрано более 25 тысяч подписей. А ведь на Анатолия оказывали давление, пугали, что заберут детей. Но даже уполномоченный при президенте РФ по правам ребенка Павел Астахов вступился за семью задержанной и заявил, что детей не заберут.

— Как должна действовать украинская сторона, чтобы помочь Давыдовой, точнее — не навредить ей?

— Этот вопрос стоит адресовать новым адвокатам Светланы. Но есть важный вопрос, который волнует всех: на каких законных основаниях ФСБ прослушивала Посольство Украины в Москве? Как Министерство иностранных дел Украины реагирует на то, что звонки прослушиваются спецслужбами РФ?

— Чем, на ваш взгляд, закончится дело Давыдовой?

— Очень надеюсь, что Светлане в ближайшее время изменят меру пресечения на домашний арест или подписку о не­вы­езде, а дальше дело прекратят за отсутствием состава преступления. Это будет самый правильный выход из ситуации.

В российских судах оправдательные приговоры составляют меньше одного процента. Так что если дело Давыдовой все-таки дойдет до приговора, он будет обвинительным. С учетом того, что задержанная — многодетная мать, а дело высосано из пальца, есть надежда на условный срок, который у нас часто называют «оп­рав­данием по-русски». Главное, чтобы Светлану как можно быстрее освободили из-под стражи. Она воспитывает семерых детей, не представляет никакой опаснос­ти и не может скрыться от следствия, у нее даже заграничного паспорта нет.

 У Светланы Давыдовой и ее мужа Анатолия Горлова семеро детей, четверо рожденных в общем браке, младшей дочери Кассандре — два с половиной месяца


Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
1000 символов осталось