В разделе: Архив газеты "Бульвар Гордона" Об издании Авторы Подписка
За кадром

На Александра Довженко трижды покушались, но оставляли в живых. Убить его было нельзя — режиссеру симпатизировал сам Сталин

Татьяна ОРЕЛ. «Бульвар Гордона» 17 Марта, 2010 22:00
В обнародованных недавно архивах Довженко некоторые страницы уничтожены неизвестными
Татьяна ОРЕЛ
Юлия Солнцева, вдова Александра Довженко, ушедшая из жизни 20 лет назад, завещала рассекретить архивы мужа в 2009-м. По ее подсчетам к этому времени не должно было остаться в живых известных людей, чьи имена упоминаются в записях режиссера. Впрочем, дневники Довженко уже подверглись таинственной цензуре — в них явно недостает отдельных страниц. Кому и зачем понадобилось ликвидировать записи? Сергей Трымбач, председатель Национального Союза кинематографистов Украины, много лет собиравший материалы для своей книги «Александр Довженко: гибель богов», предполагает, что это могла сделать и сама Солнцева. Она же, как считает Трымбач, могла и что-то дописывать от себя. В деле Довженко (спецслужбы взяли режиссера под наблюдение смолоду) есть показания не только друзей Александра Петровича, среди которых, кстати, значились и известные украинские писатели, но и агента по кличке Юлька. Что это — случайное совпадение имен или один и тот же человек — Юлия Солнцева? Неожиданно для всех перед смертью вдова Довженко завещала свое имущество, включая часть дневников покойного мужа, некоей Ирине Петровой, работавшей на «Мосфильме» директором. Архивы эти исчезли бесследно. За них Петрова пыталась выдавать машинописные копии материалов, еще при жизни переданных Солнцевой в Российский государственный литературный архив. Надо полагать, исчезнувшие документы, среди которых, в частности, были подборки о Сталине и Берии, многое бы добавили к биографии Довженко. Российские и украинские исследователи творчества выдающегося режиссера договорились о создании общей информационной базы. Процесс осложняется тем, что Довженко, как это и свойственно художнику, вел свои записи бессистемно, повинуясь вдохновению. Работа с довженковскими дневниками уже началась — но не в Украине, которую в своих кинолентах режиссер прославил на весь мир, а пока лишь только в России, на базе РГАЛИ. Жизнь Александра Довженко и до сих пор полна тайн. Некоторые из них по просьбе «Бульвара Гордона» открывают люди, которые в силу профессии или родства знают о режиссере гораздо больше, чем можно прочесть в официальных источниках.
СЕРГЕЙ ТРЫМБАЧ, ПРЕДСЕДАТЕЛЬ НАЦИОНАЛЬНОГО СОЮЗА КИНЕМАТОГРАФИСТОВ УКРАИНЫ, АВТОР КНИГИ «АЛЕКСАНДР ДОВЖЕНКО: ГИБЕЛЬ БОГОВ»: «НЕКОТОРЫЕ ПИСЬМА МОГ УНИЧТОЖИТЬ САМ ДОВЖЕНКО. ЖЕНАТЫЙ МУЖЧИНА СПОСОБЕН ТАК ПОСТУПИТЬ»

- Сергей Васильевич, работая над книгой, вы, конечно же, изучили все архивы Довженко. Вам действительно показалось, что в его дневниках недостает многих страниц?

- Да. Кстати, всегда было подозрение, что Солнцева могла не только изымать какие-то записи, но и вписывать что-то от себя. После ее смерти я занимался поиском архива, который находился в ее квартире. Солнцева утверждала, что личные рукописи Довженко хранились в сейфе. Татьяна Деревянко, ныне покойная (директор Музея Довженко при киевской киностудии. - Авт.), вспоминала, как помогала Солнцевой сортировать эти записи. Был, к примеру, конверт, относящийся к Сталину, а также к Берии. Я больше всего рассчитывал найти именно это. Но вдруг оказалось, что Солнцева завещала архив некоей Петровой (директор картины на «Мосфильме». - Авт.). Лично у меня возникло впечатление, что Петрова - человек КГБ. Если предположение о том, что и Солнцева работала на спецслужбы, верно, то не исключено, что именно это Довженко и спасло. Архивы, хранящиеся в РГАЛИ (Российский государственный архив литературы и искусства. - Авт.), открыты. Год назад мы договорились с Татьяной Горяевой, директором РГАЛИ, о том, что украинские и российские исследователи объединятся и создадут общую базу информации о Довженко.

 

Россияне в отличие от нас уже начали свою часть работы. Я буду привлечен в качестве комментатора. Поверьте, это очень тяжкий труд. Довженко, как и Достоевский, между прочим, писал бессистемно, мог перевернуть тетрадь и делать записи на обороте, потом опять возвращался к началу. Чаще всего писал карандашом. Если бы архивы были доступны раньше, эти записи давно бы уже стерли пальцами.

- Попадались ли вам в архивах Довженко письма, адресованные женщинам?

- Переписка с актрисой Еленой Черновой отчасти сохранилась. Но их встреча произошла еще до появления Солнцевой в судьбе Довженко. Есть в архиве несколько писем Довженко к поэтессе Валентине Ткаченко. Некоторые письма, кстати, мог уничтожить и сам Довженко. Вы же понимаете, женатый мужчина способен так поступить.

- Для того чтобы создать столь подробный труд о таком масштабном человеке, как Довженко, нужно было исследовать тонны материала. С какими чувствами вы поставили финальную точку?

- У меня создалось впечатление, что я знаю Довженко лучше, чем самых близких мне людей. Я могу предугадать, что он бы сделал сегодня, что сказал, как отреагировал на те или иные события. Он для меня совершенно живой человек. То, что Довженко - великий художник, на Западе, как ни странно, чувствуют лучше, чем у нас. Он прославился уже тем, что в 20-е годы прошлого века показал в Европе три фильма, которые можно назвать трилогией: «Звенигород», «Арсенал» и «Земля». Трилогия о мессии, национальном спасителе. В дневниках Довженко читается та же мысль: он чувствовал себя героем, который спасет свой народ, а герои его фильмов творят историю.

- Какое из предложений о перезахоронении поддерживаете лично вы - прах Довженко может быть перенесен на его родину, в Сосницу (Черниговская область. - Авт.), на Байковое кладбище, где покоятся все его близкие, или на территорию киностудии его же имени?

- Довженко мыслил себя, как Шевченко, только в XX веке. И могилу свою представлял так же, как Тарас Григорьевич: «Щоб... було видно, було чути, як реве ревучий». Александр Петрович просил похоронить его на киевских кручах. Все. Надо либо выполнить его волю, либо не тревожить прах.

ТАРАС ДУДКО, ПЛЕМЯННИК АЛЕКСАНДРА ДОВЖЕНКО, ДОКТОР МЕДИЦИНСКИХ НАУК, ДИРЕКТОР РОССИЙСКОГО ИНСТИТУТА РЕАБИЛИТАЦИИ НАЦИОНАЛЬНОГО НАУЧНОГО ЦЕНТРА НАРКОЛОГИИ: «В 31-М ГОДУ ДОВЖЕНКО НАПИСАЛ: «БУДЕТ ВОЙНА С ГЕРМАНИЕЙ, И РАЗВЯЖЕТ ЕЕ СССР»

- Тарас Николаевич, ваша семья поддерживала отношения с Юлией Солнцевой после смерти Довженко? Ведь она пережила вашего дядю на 30 с лишним лет...

- Отношения у нашей семьи с Солнцевой были никудышные - и после того, как не стало дяди, и вообще всегда. Юлия Ипполитовна была очень ревнивой женщиной и не подпускала к Довженко даже родных. Тем более мой отец и не скрывал, что не слишком уважает ее: она была человеком не того калибра, не того восприятия мира.

Александр Петрович со второй женой Юлией Ипполитовной Солнцевой. «Если предположение о том, что Солнцева работала на спецслужбы, верно, то не исключено, что именно это Довженко и спасло»

- Юлия Солнцева, она же Климова (настоящая фамилия. - Авт.), она же агент НКВД по кличке Юлька? Вы допускаете, что жена Довженко могла сотрудничать со спецслужбами?

- У Александра Петровича, кстати, тоже были клички - Запорожец, Киевлянин. Я сам держал в руках четыре папки из дела Довженко, которое хранится в архивах КГБ. Его вели с 1919 года, где бы он ни находился - в Уфе, Ашхабаде, Одессе, Харькове... Слежка шла повсюду. Цитирую один из доносов: «Во сне Довженко разговаривает по-украински». Кому это может быть известно? Прежде всего жене. Но это домыслы - точную информацию можно найти только в архивах спецслужб.

- «Я так люблю мою Юлю, как вроде бы не любил еще никогда за 25 лет семейной с ней жизни. Я бесконечно говорю ей самые нежные слова. Любуюсь ею, весь переполнен к ней глубокой нежностью». Такое признание сделал Александр Довженко в своем дневнике - не напоказ. Официальная биография подтверждает, что Солнцева была ему и верной женой, и помощником на съемочной площадке.

- Верной - не верной, не знаю... Да, женой была, может, даже любила по-своему, помогала в чем-то, но было в ней что-то дьявольское.

- И все же с годами Довженко не стал любить ее меньше...

- Не уверен. Говорят, он подумывал от нее уйти к Валентине Ткаченко - украинской поэтессе, красивейшей женщине, обаятельной, с одухотворенным лицом.

- Валентина Ткаченко была вхожа в ваш дом?

- Да, она бывала у нас. А с Александром Петровичем они переписывались. Куда-то письма потом подевались - может, Солнцева их выкупила и уничтожила. Она вполне могла это сделать.

«ДОВЖЕНКО ХЛОПОТАЛ ОБ ОСВОБОЖДЕНИИ РЕПРЕССИРОВАННЫХ УКРАИНЦЕВ, НО ОСВОБОДИЛИ ТОЛЬКО ОСТАПА ВИШНЮ»

- Исполнив главную роль в фильме «Аэлита», Солнцева стала звездой советского немого кино. Тем не менее от предложения работать в Голливуде отказалась. Чем еще объяснить этот поступок, как не желанием быть рядом с Довженко?

- (Взволнованно). Мне это понять нетрудно. Солнцева - актриса немого кино. Не игровая, а фактурная и демонстрирует себя, а не игру. Наверное, Юлия Ипполитовна и сама понимала, что актриса слабая. Неужели вы думаете, что, будь у нее данные, она бы отказалась от работы в Голливуде?

«Земля», 1930 год. Вместе со «Звенигородом» и «Арсеналом» «Земля» составила кинотрилогию о национальном спасителе, которым ощущал себя и сам Александр Довженко

- Александр Петрович был центром притяжения людей думающих, поэтому спецслужбы интересовались не только им, но и его окружением. В деле Довженко наверняка попадаются известные фамилии...

- Да, информация собиралась не только на него, но и на тех, с кем он общался. К такому, как Александр Петрович, хотелось прийти, быть рядом. В его присутствии люди становились лучше. Он был необычайно харизматичным, с удивительной аурой, легким и комфортным человеком, но вместе с тем ведущим - даже если молчал. В наш дом приходили очень непростые гости, в том числе Юрий Яновский, Павло Тычина, Владимир Сосюра, Андрей Малышко, художник Николай Глущенко, являвшийся заодно и работником спецслужб.

- Довженко догадывался о том, что кое-кто из друзей строчит на него доносы?

- Друзья, жена... Все знал. Кстати, не все доносы были злобными, некоторые с восхищением пересказывали, о чем говорил Довженко, писали правду, не осуждая.

- Выходит, доносчик тоже может оказаться порядочным человеком?

- В какой-то мере да. Сам Александр Петрович понимал, что ничего плохого для своей страны не делает. Вот, к примеру, в 31-м году он пишет: «Обязательно будет война с Германией», и развяжет ее СССР». Как глубоко он чувствовал происходящее! Александра Довженко не арестовывали: ему устроили настоящую травлю, трижды на него покушались, но оставляли в живых. Убить его было нельзя - ему симпатизировал сам Сталин.

- И поручил сделать украинский аналог русского кино о Чапаеве...

- Да, фильм «Щорс» Довженко снял по личному заказу Иосифа Виссарионовича. И эта картина, за которую Александр Петрович, между прочим, браться очень не хотел, стала его охранной грамотой.

- А еще режиссера хранил его величество Случай. Иначе на съемках «Щорса» револьвер, в который подложили боевой патрон, осечку бы не дал. Александр Петрович опасался за свою жизнь?

- Конечно. Он понимал, что может сделать много хорошего, и очень спешил. Работая над «Щорсом», Довженко узнал о многих преступлениях на территории Украины. Во время съемок был арестован как убийца Щорса консультант фильма Дубовой. Александр Петрович, с его невероятным проникновением в исторические факты, прекрасно понимал, что в государстве была разработана целая система по уничтожению героев гражданской войны, за которыми могли пойти массы: Щорса, Чапаева, Котовского, Махно.

Довженко страшно раздражал людей трусливых, слабых духом. А вот Маяковский, человек сильного духа, очень Довженко ценил. За два дня до своей гибели поэт и режиссер договорились о встрече, но... В Музее Маяковского, между прочим, хранится запорожская сабля, потому что род Маяковских - из свободных казаков.

На съемках «Аэрограда», 1935 год. Александр Довженко второй справа

Во время войны Довженко обратился к Сталину с предложением об учреждении украинских орденов. Ведь именно он пробил орден Богдана Хмельницкого. Хлопотал об освобождении репрессированных украинцев. Но освободили по его ходатайству только Остапа Вишню.

«КИЕВ ДОВЖЕНКО НАЗЫВАЛ «ГОРОДОМ-МУЧЕНИКОМ, ГОРОДОМ-ГЕНIЄМ, ХВОРИМ НА МЕНIНГIТ»

- Сегодня фильмы Довженко с эстетической точки зрения выглядят по-советски наивно. А в жизни он был эстетом?

- Да, и очень тонким. Как-то Александр Петрович зашел в Союз кинематографистов. Видит - в зале стоит рояль и поражается: «Как может рояль - стоять в таком убогом зале? Здесь должен быть красивый полированный пол!».

Приехал Рыльский из Киева, остановился в гостинице «Москва». Довженко заглянул к нему в гости, увидел картину над кроватью и спросил: «Почему ты терпишь эту гадость?».

Александр Петрович был человек наблюдательный, ранимый, нетерпимый к безобразию, что ли. Почему он везде сады сажал - на одесской киностудии, на киевской, на «Мосфильме»? Его душа искала красоты. Чистота и красота были главными условиями труда для Довженко. Так же и в быту: когда гостил у нас, кровать его была аккуратно заправлена, на столе - порядок и чистота.

- Это тоже философия: чистый стол - и мысли чистые...

- Помню случай такой... Мы с ним сидели на кухне, и моя мама подала на стол сметану, не выложив из банки. Я заметил, что дядя Саша как-то сник. Человеком он был деликатным и маме ничего не сказал, но его словно током ударило. Его ранило то, что обычному человеку казалось естественным.

Все знали, что при Довженко нельзя ругаться матом, плеваться. Александр Петрович искал не только красоту, но и гармонию в отношениях. Однажды мы с ним оказались на рынке - огромном, послевоенном. Это был момент, когда народ ожил как-то. Молоко, сметана, колбасы - все такое яркое, аппетитное. Дядя Саша мне говорит: «Смотри, какая красивая женщина!». А она в фуфайке стоит, что-то продает.

Отца моего наставлял: «Ты на обед должен домой приезжать. Разговаривать с детьми за столом, расспрашивать, рассказывать о своей работе хирурга, больше общаться с ними»... Сам дядя Саша, когда приезжал из Москвы, с интересом расспрашивал нас о каких-то детских мелочах, что в школе, как зовут учительницу. И мы постепенно втягивались в эти чудесные семейные взаимоотношения.

Дядя очень любил ездить по Киеву, и мой отец часто возил его по городу. Сядет на переднее сиденье, в руках - знаменитая довженковская трость из бамбука. С таким интересом смотрел по сторонам! А без Украины очень страдал. Киев называл «городом-мучеником, городом-генiєм, хворим на менiнгiт. Красивим, незважаючи на многолiтнi намагання архiтекторiв i горе-керiвникiв занапастити його красу витворами убожества i нiкчемства».

Тарас Дудко: «Довженко не арестовывали, ему устроили настоящую травлю. Он страшно раздражал людей трусливых, слабых духом»

- С первой женой Александра Петровича Варварой Крыловой отношения у вашей семьи сложились более теплые, нежели с Юлией Солнцевой?

- С Варварой Семеновной моя мама поддерживала переписку. Крылова приходила к нам в дом после смерти Александра Петровича - мой отец устраивал ее в больницу. Красивая была женщина, интеллигентная.

- Крылова была ведь фактически инвалидом. Почему же Довженко, человек совестливый, оставил ее?

- Работа заставила Александра Петровича переехать в Одессу, появилась, я думаю, некая свобода от семейных ограничений. А тут и Солнцева рядом оказалась - может, и не случайно...

У Варвары Семеновны был туберкулез коленного сустава, нога не сгибалась - а ведь когда-то она преподавала танцы. Она всю жизнь работала в демидовской школе (Демидов - село под Киевом. - Авт.), там же и жила. Знала несколько языков, прекрасно играла на фортепиано, ставила школьные спектакли. Понимая, насколько талантлив Александр Петрович, она не хотела стать мужу обузой и всю жизнь боялась причинить ему хоть какой-нибудь вред.

- Потому и не настаивала на разводе долгие годы?

- Да, с Солнцевой Александр Петрович жил в гражданском браке и оформил отношения лишь за несколько лет до своей смерти. По настоянию Юлии Ипполитовны.

«АЛЕКСАНДР ПЕТРОВИЧ ГОВОРИЛ ЖЕНЕ: «ЮЛЯ, ТЫ ЖИВЕШЬ ВО ЗЛЕ»

- Оставаясь официальной женой, Варвара Семеновна тем не менее своему единственному сыну дала фамилию Чазов и совсем другое отчество... Она и тут оберегала репутацию всемирно известного режиссера или Вадим не был сыном Довженко?

- На этот счет есть лишь предположения. Знал ли Александр Петрович о том, что Вадим - его сын? Не могу утверждать. Но деньгами помогал, как-то купил велосипед. Я видел фотографии Вадика - заметно сходство с Довженко. А может, Варвара носила в сознании образ любимого человека, и это отразилось на облике сына.

Насколько мне известно, Вадим хорошо рисовал. Это тоже наталкивает на размышления - ведь Александр Петрович был не только великим режиссером, но и художником. Как-то набросал карандашом и мой портрет. Впрочем, Довженко умел рисовать не только кистью, не только на экране, но и с помощью слов.

- Брак Довженко и Солнцевой был бездетным. Режиссер не хотел тратить себя ни на что, кроме творчества?

- Он очень, очень любил детей, но Юлия Ипполитовна... К примеру, могла сказать: «И свиньи рожают» - и вообще, с годами становилась все злее. Александр Петрович говорил ей: «Юля, ты живешь во зле». А о себе как-то заметил: «Я такой добрый, что у меня на голове птицы могут вить гнезда».

- Вы, Тарас Николаевич, из врачебной династии. И специальность избрали самую тонкую из всех, что есть в медицине, - психиатрия. Довженко как-то повлиял на ваш выбор?

С автором легендарного «Броненосца Потемкина» кинорежиссером Сергеем Эйзенштейном (справа), 1946 год

- Безусловно. Видите ли, Александр Петрович, если так можно сказать, очень «психотерапевтический» человек. Об этом говорит его умение работать с актерами. Наверное, способность эту он унаследовал от своей матери. Она умела снимать напряжение словом, гадала, лечила травками. К ней всегда за помощью приходили люди.

- Родители Довженко успели порадоваться его успехам?

- Конечно. Моя бабушка умерла в 48-м, дедушка погиб во время войны в Киеве. Когда немцы заняли город, они оставались в квартире Александра Петровича на улице Карла Либкхнета (ныне Шелковичная. - Прим. ред.), в том известном доме, где жили и Ванда Василевская, и Александр Корнейчук, и другие известные люди. Дядя передал родителям записку: дескать, продавайте все, спасайте только свою жизнь.

Я знаю, мама была в претензии к Солнцевой, что та не позаботилась об эвакуации родителей. Из квартиры оккупанты их выбросили, они очень голодали.

- Трудно даже представить, как больно было Александру Петровичу от вынужденного расставания с родиной, которая не приняла его даже после смерти Сталина.

- Он понимал, что Украина действительно была колонией России, как и другие республики. Русификация шла полным ходом, и такие личности, как Довженко, в Киеве были просто не нужны. Его травля достигла апогея, когда он написал киноповесть «Украина в огне», одобренную, кстати, Хрущевым. Александр Петрович тогда не выдал Никиту Сергеевича. А тот, уже после смерти Сталина, как бы отблагодарил режиссера за молчание - вернул ему курс во ВГИКе.

- Ваша мама в своих воспоминаниях сокрушалась о том, что хоронили Довженко в поношенном костюме и в последние годы он просто бедствовал. Как такое возможно? Дважды лауреат Сталинской премии, кавалер ордена Ленина, режиссер с мировым именем...

- Да все очень просто: работы не было. У Александра Петровича ведь во ВГИКе отобрали курс, картины уже не снимались. Ему не на что было жить.

- На государственном участке земли в Переделкино он действительно построил украинскую мазанку?

С классиком украинской литературы Олесем Гончаром (слева), 1956 год

- Мазанку и вправду построил. Но кто вам сказал, что это государственная земля? Никто ему ничего не давал. Для Довженко это был уголок Украины в Подмосковье - одну сторону участка в честь названия родного поселка (Сосница. - Авт.) Александр Петрович засадил соснами, другую - вишнями и яблонями. Да, еще почему-то лопухи там росли огромные.

- А московская квартира Довженко на Кутузовском проспекте соответствовала его эстетическим требованиям?

- Отнюдь. Из окна его комнаты открывался ужасный вид на подземную эстакаду. Дома, грязные машины, вечный шум. По проспекту туда-сюда ездили сильные мира, а Довженко ужасно страдал: «Я живу над прiрвою». В комнате простой интерьер: полки с книгами, картины, в том числе дарственный портрет Маяковского и подарок Петра Кончаловского «Сирень». Тахта накрыта ковриком в украинском стиле. В этой квартире Солнцева и доживала. Просила разрешения сделать там музей - отказали. Сейчас там живут посторонние люди.

- В Киеве для Довженко не нашлось места не только при жизни, но и после смерти. А ведь задолго до ухода Александр Петрович просил похоронить его на родине.

- В 1956 году, когда не стало Довженко, Солнцева обратилась к украинскому правительству с просьбой о захоронении в Киеве. Ей никто не ответил. Ни Бажан, ни Корнейчук на похороны не приехали. Зато были Юрий Тимошенко (Тарапунька. - Авт.), Иван Козловский, Марк Бернес, Сергей Герасимов, Константин Симонов...

- Прах Александра Петровича до сих пор покоится на Новодевичьем, и еще пять лет назад Виктор Ющенко распорядился перезахоронить Александра Довженко в Украине. Вы считаете, стоит это делать?

- Это духовное завещание Довженко. Он должен покоиться на родине, которую очень любил и которой служил по-настоящему.

ЛЮБОВЬ НАКОНЕЧНАЯ, ДИРЕКТОР СОСНИЦКОГО ЛИТЕРАТУРНО-МЕМОРИАЛЬНОГО МУЗЕЯ АЛЕКСАНДРА ДОВЖЕНКО: «ВАРВАРА КРЫЛОВА ЗАБОЛЕЛА ТУБЕРКУЛЕЗОМ КОСТИ - ТОГДА И РЕШИЛА НЕ МЕШАТЬ МУЖУ»

- Любовь Николаевна, Юлия Солнцева завещала опубликовать архивы Довженко не раньше 2009-го. Как вы считаете, почему выбран именно этот год?

- Юлия Ипполитовна полагала, наверное, что к этому времени уже уйдут из жизни люди, чьи имена упоминаются в записях. Речь идет о дневниках Александра Петровича, хранящихся в Москве, в РГАЛИ. Правда, исследователи утверждают, что многих страниц в дневниках нет.

«Довженко был невероятно харизматичным, с удивительной аурой. В его присутствии люди становились лучше»

- Куда же они подевались?

- (Сдержанно). Трудно сказать.

- Литературно-мемориальному музею Александра Довженко на его родине в Соснице в будущем году исполнится полвека. За эти годы разгадана тайна рождения Вадима Чазова, предполагаемого единственного сына великого режиссера?

- Нам так и не удалось пообщаться с Вадимом Петровичем. Его уже нет в живых, но при жизни он ни разу не ответил на наши письма и приглашения посетить музей. Говорят, перед смертью Варвара Семеновна Крылова оставила ему записку: «Вадюшка, ты сын Александра Петровича».

- Говорят, Крылова была женщиной красивой, глубокой. Неужели она так и дожила свой век одна?

- Она всю жизнь любила Довженко. Односельчане рассказывали: получив телеграмму о смерти Александра Петровича, она ушла в лес, и ее долго искали. На похороны ехать отказалась - не хотела, чтобы непосвященные узнали о том, что у Довженко была еще одна жена.

- Хотя сама ведь его отпустила когда-то...

- Заболела туберкулезом кости, пыталась лечиться за границей - не помогло. Тогда и решила не мешать мужу. Так и осталась жить в школе, где работала. Преподавала биологию, знала несколько языков, прекрасно играла на фортепиано, ставила школьные спектакли, путешествовала с учениками.

- С больной ногой?!

- Да, всюду ходила с палочкой. И еще разводила на школьном участке множество цветов.

- А Юлия Солнцева бывала в музее?

- Приезжала каждый год, ко дню рождения Довженко высылала деньги - чтобы местным школьникам купили сладостей в память о нем. В последние годы Юлия Ипполитовна страдала сильным склерозом. Ее опекала - да, собственно, практически и жила у нее - Татьяна Деревянко, директор Музея Довженко при киевской киностудии. Татьяна и должна была стать наследницей архива. Что там между ними произошло, не знаю, только вещи из квартиры Солнцевой после ее смерти оказались у сотрудницы «Мосфильма» Ирины Петровой. Племянник Довженко потом кое-что выкупал у сына Петровой. Надеюсь, эти вещи когда-то окажутся в нашем музее - если, конечно, разрешат перевозить их через границу.

- Могилу отца Александра Довженко до сих пор не нашли?

- На Куреневском кладбище есть условная могила Петра Довженко - это всего лишь холм земли. Так получилось, что при эвакуации семей деятелей искусства, которой занимался Микола Бажан, о стариках Довженко забыли. Александр Петрович в это время вместе с киностудией находился в Ашхабаде. В киевскую квартиру Довженко вошли немцы и начали хозяйничать. Петр Семенович возмутился, накинулся на немцев с кулаками. В общем, родителей Довженко выгнали из квартиры, но они оказались в каком-то санатории, где организовался приют. Крыша над головой хоть и была, пропитание приходилось искать самим.

Первая супруга кинорежиссера Варвара Крылова якобы перед смертью оставила своему сыну Вадиму Чазову записку: «Вадюшка, ты сын Александра Петровича»

Многие видели на киевских улицах красивого старика с протянутой рукой. Однажды зимним днем к жене он не вернулся. Дарья Ермолаевна нашла его умершим на руинах города и с трудом очень долго тащила на санках до Куреневского кладбища. А после войны могилу найти не смогла. Вот тогда и насыпали холм в условном месте - просто в память о Петре Семеновиче Довженко.

ЛАРИСА ЧАЗОВА, ВДОВА ВАДИМА ЧАЗОВА, ПРЕДПОЛАГАЕМОГО СЫНА АЛЕКСАНДРА ДОВЖЕНКО: «ДОВЖЕНКО С ВАДИМОМ ОЧЕНЬ ПОХОЖИ, НО СЫНОМ ОН ЕГО ТАК И НЕ ПРИЗНАЛ»

- Лариса Владимировна, ваш муж догадывался о том, что его отцом мог быть сам Александр Довженко?

- Он говорил как-то, что Довженко - его отец. У нас есть книга о режиссере с его портретом - по-моему, они с Вадимом очень похожи, но ни с кем из семьи Александра Петровича мы не общались.

- Как сложилась судьба вашего супруга?

- Жил с мамой Варварой Семеновной под Киевом, очень хорошо рисовал. Поехал учиться в Косово под Ивано-Франковск - там находилось художественно-прикладное училище. Все гуцульские поделки, ковры знаменитые делают у нас, в Косово. Затем поступил во Львовский институт прикладного искусства.

Когда пришло известие о том, что мама умерла, Вадим отсюда трое суток добирался, чтобы ее похоронить: денег на дорогу не было. Мама у него была очень хорошая. Как-то приезжала к нам в гости семейная пара, однокашники Вадима. Они учились в классе у Варвары Семеновны. Вспоминали такой случай... Пригласила она старшеклассников к себе домой, села за пианино, стала играть Моцарта. Дети посидели, посидели да начали расходиться потихоньку. Варвара Семеновна так увлеклась музыкой, что даже не заметила, как осталась в комнате одна.

Первая жена Вадима рано умерла, он дочку один воспитывал. Очень добрым был, интеллигентным, никогда не обидит.  Хорошо играл на баяне и станцевать мог, и спеть. В школе, где он рисование преподавал, учился и мой сын. Я ходила в конце четверти, выясняла, что и как, - вот мы и познакомились.

- А что Вадиму Петровичу было известно о Чазове, чью фамилию он носил?

- Ровным счетом ничего. У Варвары Семеновны была лишь фотография этого человека и еще сохранилась метрика Вадика. Родился он в Евпатории, где Варвара Семеновна проходила лечение. Там же она познакомилась и с военным по фамилии Чазов. Говорили, что он вроде бы из наших мест. А один наш знакомый на кладбище в Тернополе видел памятник какому-то Чазову, и все данные совпадают - имя, фамилия, возраст. Мы с мужем хотели поехать, посмотреть на эту могилу, да так и не успели. Вадим умер так же рано, как и Довженко, - еще 60-ти не было.

- Как вы чувствовали, был Вадим Петрович обижен на судьбу?

- Конечно. Жили они с мамой очень бедненько, особенно тяжело пришлось, когда Вадик учился. А Довженко был известным и обеспеченным человеком, мог помочь. Но Вадима так и не признал. Наверное, время такое было...

P. S. «Бульвар Гордона» благодарит за помощь в подготовке материала Сергея Трымбача, председателя Национального Союза кинематографистов Украины.



Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
1000 символов осталось