В разделе: Архив газеты "Бульвар Гордона" Об издании Авторы Подписка
Пора-пора-порадуемся!

Михаил БОЯРСКИЙ: "Я насквозь гнилой, у меня переломаны руки, ноги и зубы, я плохо вижу и четыре раза в день колюсь инсулином"

Дмитрий ГОРДОН. «Бульвар Гордона» 31 Октября, 2006 22:00
Юному поколению это, может, и невдомек, но сегодняшним супер-, мега- и турбозвездам даже мечтать не приходится о той популярности и бешеном успехе, которые выпали в свое время на долю Михаила Боярского.
Дмитрий ГОРДОН
Юному поколению это, может, и невдомек, но сегодняшним супер-, мега- и турбозвездам даже мечтать не приходится о той популярности и бешеном успехе, которые выпали в свое время на долю Михаила Боярского. Кто из женщин не был в него влюблен, кто не сходил с ума от сексуального тембра и роскошных мушкетерских усов? А ведь судьба народного артиста России могла сложиться иначе, если бы после окончания института он угодил по распределению в провинцию. К счастью, отец молодого дарования (известный питерский актер) впервые изменил принципам и позвонил в Театр Ленсовета художественному руководителю Игорю Владимирову. ...Михаил показал все, на что был способен. Режиссер бесстрастно прослушал монологи Тартюфа, Кудряша и Петруччио, а потом спросил: "А что ты еще умеешь?". - "Играть на рояле". - "Ну попробуй", - кивнул мэтр. Боярский лихо отбарабанил что-то из Геннадия Гладкова и плавно перешел к концерту Рахманинова. "Так это же другое дело, - расцвел Владимиров. - Все! Иди! Считай, что принят!". Вечером в театре худрук сказал: "Сегодня я взял артиста, который ничего не умеет. Полный ноль, но у него есть профессия - он музыкант". Прославленный режиссер оказался провидцем - уже много лет без хрипловатого голоса и гитары его "крестника" невозможно представить ни эстраду, ни кинематограф, ни телевидение. Актер пел в большинстве ролей, включая, разумеется, д’Артаньяна, которая и принесла ему всесоюзную славу и даже больше. Как написал в своих мемуарах создатель картины Юнгвальд-Хилькевич: "Боярский жил при сексуальном коммунизме - любой мог отдать ему все, от тела до водки"... Что ж, музыка - первый из китов, на котором держится мощная харизма артиста, черный китель и широкополая шляпа, которые он однажды надел и с тех пор не снимает, - второй, ну а третий - это, пожалуй... водка... Боярский никогда не жалел красок, живописуя, как в 13-14 лет выпивал пять стаканов подряд. В прежние годы он утверждал, что его дневная норма - три-четыре поллитровки, а личный рекорд - 14 бутылок, опустошенных за сутки, но в 94-м году, отметив 45-летие, объявил, что пить бросил по причине обострения диабета. "Есть ощущение, будто лишился чего-то важного, - вздыхал он. - Без алкоголя жизнь банальна, вся в черно-белой гамме, и вообще, трезвым умирать грех"... Поди пойми, крик души это или игра на публику, но только с годами за маской весельчака и гуляки все отчетливее проступает незнакомое поклонникам лицо. Заботливого мужа и семьянина, который все в дом... Беззаветно любящего отца, способного подарить сыну к 18-летию "крайслер"... Глубоко верующего человека, а еще - ценителя классической музыки, у которого в машине звучат не попса и не рок, а Моцарт, Рахманинов и Чайковский.

Фото Александра ЛАЗАРЕНКО

"Я МАЛО РАЗБИРАЮСЬ В МУЖСКОЙ КРАСОТЕ - ВОТ В ЖЕНСКОЙ ТОЛК ЗНАЮ"

- Для публики, которая все же не дура, вы были и остаетесь человеком-легендой, главным мушкетером и, очевидно, самым вожделенным самцом СССР. Сегодня легенд развелось великое множество, но в той стране, откуда мы все родом и где в телевизорах имелось всего три кнопки, столь мощные и овеянные славой фигуры можно было пересчитать по пальцам. Помню, когда я еще был ребенком, по советским улицам ходили люди с модными целлофановыми пакетами: на одной стороне там красовался портрет Аллы Пугачевой, на другой - ваш. Как вы этот бум пережили?

- Да нормально - не обращал на него никакого внимания. Такой пакет, кстати, мне подарили: старый, помятый, он до сих пор хранится где-то в архиве... Нет, шумиха, которая поднимается вокруг любого заметного явления, будь то затмение солнца, революция или какая-то эпохальная актерская работа, меня мало волнует.

- Вы родились в рафинированной театральной семье: не только родители, но и дядьки, и тетки, даже двоюродные братья были актерами. Скажите, а чисто теоретически могло так получиться, что вы бы избрали другую стезю?

- Видимо, путь мой был предопределен, хотя и мать, и отец всячески пытались оградить меня от этой мерзкой профессии. Я, например, учился в музыкальной школе при консерватории (как говорили в народе, для "одуренных детей"), но постоянные фортепианные упражнения быстро наскучили. На сцене же, как я полагал, практически ничего делать не надо - выучил текст и играй себе на здоровье. Лишь с возрастом понял, насколько тяжела, коварна и, в общем-то, неблагодарна актерская профессия. У меня ведь и дочь, и сын к ней близки, и, хотя я обоих пытался увести в сторону, внутренне рад тому, что это не удалось...

- Те, кто помнит вас 20-летним, рассказывали, что вы были чертовски хороши собой и отличались настоящей мужской красотой. Вам это помогало или мешало?

- Если честно, я в мужской красоте мало разбираюсь - вот в женской, мне кажется, знаю толк. Я увлекался девушками, а на мужиков и их внешний вид мне было наплевать - собственно, как и сейчас. Более того, мне было абсолютно все равно, как я выгляжу. Если бы знал, что симпатичен, наверное, постарался бы этим воспользоваться, но нет...

Что в актерах меня всегда привлекало? Мужское начало! Вот ни Юматова, ни Луспекаева, ни Высоцкого красивыми назвать нельзя, но было в них что-то от самца, от вожака, а все эти сегодняшние нарциссы только для глянцевых журналов годятся.

- Ваше поколение росло на музыке "Битлз", и многие ваши ровесники признавались, что, если бы в свое время не познакомились с творчеством ливерпульской четверки, их жизнь, скорее всего, сложилась бы совершенно иначе...

- Скажу о себе: если бы я не приобщился к их музыке, считал бы себя неудачником, а если бы ее вообще не существовало, стал бы совсем другим человеком. Творчество "Битлз" - это серьезное, во многом недооцененное явление, в нем и политика, и искусство, и социальные аспекты, и эстетические - да какие угодно! Благодаря своей музыке эти ребята перевернули земной шар: вот они действительно талантливые, гениальные, красивые мужики - бесспорно!

- Иногда от очень даже авторитетных людей приходится слышать, что "Битлз" стоит в одном ряду с Чайковским, Рахманиновым. Вы с этим согласны?

- Ну разумеется! Они настоящие композиторы, каких поискать, точнее, равных им просто нет, все остальные - подражатели. Сегодня песни не пишет только ленивый: каждый второй называет себя композитором, каждый третий - поэтом, но накропать такую музыку и слова может кто угодно - и ты, и я, и любой читатель... От искусства это так же далеко, как от великой поэзии вирши Незнайки: "Я поэт, зовусь я Цветик, от меня вам всем приветик"... Дилетантизм полный!

...Ты знаешь, недавно я познакомился с Маккартни и думаю, выше этого в моей жизни будет только знакомство со Всевышним.

- Представляю себе: столько лет обожествлять "Битлз", и вот наконец... Вы встретились с Полом уже в зрелом возрасте - чего ожидали от общения с кумиром и как, собственно, все произошло?

- Я растерялся, конечно, сказал какие-то глупости и банальности, но лишь потом, отматывая события назад, это понял... Сперва Пол представил меня своей жене Хизер. Я расшаркался: "Очень приятно"...

- Сэр Маккартни сказал: "Познакомься, это тот самый Боярский"?

- Нет (улыбается), он был тоньше. Попасть в кабинет, где находились наш губернатор Валентина Матвиенко, ректор питерской консерватории Ралдугин, Маккартни и Хизер, было невозможно, и как это мне удалось, рассказывать долго. Наша охрана пихала меня туда со словами, мол, это наша звезда, а английская выпихивала обратно: "Никаких звезд не велено...".


"Судьбе не раз шепнем: "Мерси боку!"



- Гость был со своей охраной?

- Ну ясное дело. Питерские ребята уже было обиделись ("Как так? Нашу звезду не пускают"), и вдруг над головами секьюрити, выяснявших между собой отношения, раздался голос: "Сэр Боярский, войдите". Кто это произнес? Естественно, не Маккартни, но когда я вошел, - а по протоколу встретиться с ним было невозможно - он сказал: "Ну, если ты такой крутой, дай автограф". Н-да (смеется), с юмором у него все в порядке.

Мы побеседовали. О чем - трудно вспомнить, да это и не имеет значения. Важно, что были рядом, вот как сейчас с тобой. Хизер немного мешала, но женщины всегда между мужиками встревают. В кабинете стоял рояль, он начал играть "Леди Мадонну": тэ-тэ-дэ - и не закончил. Тогда я подошел и выдал концовку: папамбра, папамбра, па-па-па-пам... Так что фактически помузицировали. На прощание Пол сказал: "Не снимай шляпу, на концерте я тебя по ней узнаю". Действительно, сначала я в Москве его слушал, на Красной площади, а потом в Петербурге, и Пол со сцены меня поприветствовал.

"Я ОДИНОК, В ГОСТИНИЦЕ ПРОСТО ВОЮ!"

- Если бы в 60-е или 70-е годы вам сказали, что Маккартни попросит у вас автограф, поверили бы?

- Я бы ответил, что такое возможно только в одном случае - если попаду в сумасшедший дом и все лекарства окажутся бессильны. Тогда, может, как меценат и просто как человек благородный Пол согласится прийти, чтобы меня вылечить. Нет, ну, конечно же, это сказка! Трудно представить, что все было наяву, но есть тут и какая-то грустинка. Как у Пушкина, помнишь: "Миг вожделенный настал, окончен мой труд многолетний. Что ж непонятная грусть тайно тревожит меня?". Невероятное случилось, мечта стала реальностью и... что-то отныне потеряно безвозвратно. Тогда "Битлз" были чем-то недосягаемым, и вдруг один из них словно простой смертный ест бутерброд, пишет: "Мише на память"... Обычный человек, только левша...

- Вы упомянули, что сказали ему какие-то банальности. Какие именно?

- Те же, что и все в таких случаях лепечут. Когда, например, ко мне люди подходят, как правило, они говорят: "Миша, моя жена (или дети) очень любят тебя и твою песню "Все пройдет" (или "Городские цветы", "Зеленоглазое такси")"... Иногда сообщают: "А я за вас в детстве замуж собиралась", но заканчивают одинаково: "Можешь ли ты дать для моей дочки автограф?". Слушаю их и всегда думаю: "Ну что же вы все такие банальные?"... Оказалось, я сам точно такой же!

(Улыбается). У меня же и до Маккартни был случай. Как-то в аэропорту увидел Криса Нормана. Подошел к нему и говорю: "Здравствуйте! Моя жена, дети и теща очень вас любят, мы постоянно слушаем ваши песни". Ну, в общем, полный набор, а в конце: "Не соблаговолите ли?..". Естественно, у меня с собой не было ни авторучки, ни бумаги, и он расписался на каком-то фальшивом долларе.

- Боже, а фальшивые доллары-то у вас откуда?

- А у кого-то из приятелей был день рождения, и в подарок ему изготовили купюру, где вместо портрета американского президента лицо именинника. Теперь у меня этот автограф висит в рамочке под стеклом. (Я очень люблю Криса Нормана - потрясающий он певец!).

Кстати, Маккартни расписался на огромном плакате... На другой день после знакомства я снова к нему явился, держа этот плакат свернутым, словно базуку какую-то. Естественно, охрана опять перегородила дорогу: "Куда?" - и взашей меня. Только подумал: "Нет, все равно зайду!", наши ребята вновь провели. Вообще-то, автографы по протоколу давать нельзя, но Пол уже понял, что мужик полностью с приветом... Особенно когда я стал пихать ему авторучку в правую руку, забыв, что он левша. С тех пор это шариковое стило висит у меня на стенке, отдельно...

- А руку после рукопожатия мыли?

- Ну нет, в этом плане я человек спокойный. Пол уточнил: "Как тебя зовут? Майкл?" - и размашисто написал: "Майклу с любовью! Пол Маккартни". Вот тут-то меня и взяли в осаду журналисты. К мэтру они подойти не могли и, увидев плакат, обступили: "Неужели ты? Неужели он сам?..". Я снисходительно: "Да... Поболтали мы с Пашей, потом делать особенно было нечего. "Ну ладно, - сказал ему, - пойду я".

- Говорят, в юности вы были очень лихим парнем и отвязывались по полной программе...

- Да что же это за парень, если он не отвязывается?!

- И в чем ваша удаль молодецкая проявлялась?


Роль д’Артаньяна в фильме Юнгвальда-Хилькевича сделала Боярского кинозвездой, как, собственно, Смехова (Атос) и Смирнитского (Портос)



- Во всем! Пацаны же еще не ведают, чем такие забавы могут закончиться, поэтому всегда стремятся к максимализму. Один в результате попадает в тюрьму, другой в университет - кому как повезет, - но пройти этот этап должен каждый. Ну кто знает, рискованно спрыгнуть с трехметровой высоты или нет? Одному удается, другой ноги ломает. А ухаживать за девушками и провожать их на окраину ночью опасно? Кто-то получит по морде, а его ровесник проявит себя как мужчина. Точно такая же ситуация с водкой. Один выпил бутылку и только повеселел, а другой кому-то нахамил, ударил милиционера, угодил в участок и на три года сел...

Этот период, с 14-ти до 17-ти, когда человек еще не знает своих возможностей и не понимает, чем все может закончиться, самый страшный.

- Вы какие-то сумасшедшие свои поступки запомнили?

- Господи Боже мой, да они все были сумасшедшие! Сегодня мне стыдно об этом говорить, но я из тех нормальных людей, которые использовали свои молодые силы на 100, 200 процентов. Это не значит, что все ухарство в прошлом, - мужики так устроены, что до конца своих дней ведут себя по-мальчишески, просто становятся осторожнее, проявляется опыт. Они понимают: хочешь оттянуться - нужно уехать туда, где тебя никто не увидит, найти компанию, которая тебя не продаст, и там гуди уже по полной программе!

- При вашей внешности да с вашей-то популярностью представляю себе, какие толпы женщин простаивали под вашими окнами...

- Вот знаешь, я тебя удивлю. Всем, и женщинам в том числе, кажется почему-то, что к Боярскому не подойдешь, а так иногда хочется крикнуть: "Подходите, я одинок, в гостинице просто вою"... Хотя были в моей жизни и отрицательные моменты: били стекла в авто, в окна кидали камни, писали всякое на дверях... Такие "знаки внимания" не запоминаются, а озлобляют, но я вопреки слухам особенно никого не бил и не пытался в отместку нахамить и обидеть.

- Зачем же тогда собравшихся возле вашего дома слишком назойливых поклонниц разгоняли большой палкой...

- Палкой? (Удивленно). Нет - только шпагой.

- Шпагой, ну конечно, как же я не подумал?!

- Это по другому поводу было, но тоже смешно. Моя квартира расположена на первом этаже, на Мойке, неподалеку от Дворцовой площади, а выше, на четвертом этаже, жил - царствие ему небесное! - Анатолий Александрович Собчак, и все претензии в адрес мэра высказывались под моими окнами. "Собчак, отдай квартиру!" - и так в 200 глоток! Эти лозунги сотрясали мои стены, а двухлетняя дочь спит, сын, он постарше, уроки делает... Только одна массовка ушла, на смену идет другая: "Не отдадим Курильские острова!". С плакатами, представляешь, да еще и поют: "Вставай, проклятьем заклейменный!..".

В паузе я к ним выходил. "Товарищи, - просил, - дети спят, неудобно". Раз неудобно, два, а потом озверел: "Мама дорогая!". Шпагу схватил: "Всех, - закричал, - сейчас порубаю к чертовой матери! Попробуйте еще подойти!". Ты знаешь, они испугались, хотя, по-моему, смеха было больше, чем страха.

- Скажите, а то, что девушки при вашем появлении теряли сознание, бросались к вам под колеса и поднимали машину, в которой вы ехали, руками, - это сказки или чистая правда?

- Те, кто много рассказывает про девушек, вообще, по-моему, на мужчин не похожи. Я, например, знаю нескольких "писателей", которые в подробностях описали свои амурные похождения, - они для меня больше не существуют. Женщина должна быть уверена в том, что мужчина сохранит тайну встреч с ней до гроба и унесет с собой на тот свет.

"МНЕ НРАВИТСЯ НЕБОЛЬШОЙ МАЗОХИЗМ"

- Тем не менее режиссер картин, которые стали для вас этапными, Юнгвальд-Хилькевич издал воспоминания...

-...да, этот может все, что угодно...

-...где такого о мушкетерах понарассказывал...


"Всем женщинам почему-то кажется, что к Боярскому не подойдешь, а так иногда хочется крикнуть: "Подходите, я одинок!"



- Дим, я даже их не читал, вот веришь - только посмотрел картинки. Ну сам посуди: зачем мне читать книгу, когда я и сам знаю, что было, а чего не было?

- Вы не высказывали ему неудовольствия по поводу таких откровений?

- Я с большим уважением к нему отношусь и не собираюсь упрекать в желании заработать или прославиться... Ему так нравится? Пусть. Он режиссер, создатель, который нас сотворил. Если бы в свое время он не пригласил меня сниматься в "Д’Артаньяне и трех мушкетерах", ничего бы, пожалуй, не было, так что грех жаловаться.

- У вас очень красивая и умная жена - актриса Лариса Луппиан. Это правда, что пять лет вы не решались на ней жениться из-за того, что против этого брака была ваша мама? Женщина сильная, властная, она вас очень любила и не хотела отдавать никому...

- Я вообще категорически не хотел жениться, говорил, что мне и без этого хорошо, но, по-моему, я с каждой девушкой так себя вел, и мама была, разумеется, против. В очередной избраннице своего любимого чада она видела соперницу, которая ее вытеснит, заменит - по крайней мере, отчасти (хотя таких просто не бывает на свете). Дошло до того, что я ходил с Ларисой по улицам и спрашивал у прохожих: жениться мне на ней или нет, а незнакомые люди почему-то в один голос твердили: "Да!".

Должен признаться, что по настоянию будущей супруги мы таки пошли в загс... Быстро уладили все формальности (я и опомниться не успел), но и развелись так же быстро, года через два или три. До сих пор я холостой, то есть долгие годы состою в гражданском браке...

- А развелись по какой по причине?

- Маму, которая заболела, нужно было как можно ближе перевезти к моей новой квартире. Возможность была, но сначала следовало развестись и опять к ней прописаться. Дурацкая, одним словом, история... Все это такие условности - нам совершенно не важны штампы в паспорте, и Лариса уже прошла период, когда болезненно воспринимала их отсутствие. Ну, допустим, завтра такая отметка появится - что изменится? Кстати, вчера или позавчера она спрашивает: "Слушай, а почему ты на мне не женишься?". - "Пожалуйста, - отвечаю, - но только со свадьбой, чтобы как у людей: венчание, дружки". Она охнула: "Упаси Бог!". Теперь вот подтруниваю: "А, боишься?.. И потом, - говорю, - если будешь себя плохо вести, у меня остается шанс найти молоденькую".

- В одном из ваших интервью я прочитал, что какое-то время вы были приходящим мужем, поскольку не имели своего угла. Это, кстати, правда, что Лариса все вам прощала и ни о чем не спрашивала, даже если вы не приходили домой ночевать?

- (Загадочно улыбаясь). Наверное, правда. Мало ли что в моей жизни случалось! Я был очень гулящий мужик, привык ночевать в общежитии, у друзей, у братьев - да где попало, мог вообще не спать. Правда, с рождением ребенка все походы, загулы и так далее закончились. Не сразу, конечно, - семья ведь цементируется постепенно, не так, что штамп в паспорте поставил, и все - сидишь дома у телевизора, с газетой, в тапочках... Между прочим, Лариса тоже была против этого. Она и сейчас позволяет мне делать все, что угодно. "Я в казино". - "Когда придешь?". - "Может быть, утром".

- В зависимости от того, как игра сложится?

- Не в этом дело. Главное даже не то, что жена целиком и полностью мне доверяет, - она дает возможность делать все, что угодно, и никогда никаких претензий не предъявляет.

- И даже не ревнует?

- Я этого не вижу, хотя... Нормальная женщина должна ревновать. Сегодня у меня концерт в Киеве, завтра в Москве, послезавтра во Владивостоке, потом в Париже или в Лондоне, снова в Москве...

-...и везде нарасхват...

- Это уж как и сколько хвачу, но вопросов типа: "А что ты там делал в Англии? Не скучно ли тебе одному?" - никогда не было. С моей стороны, кстати, тоже. Я слишком в ней уверен, потому что она сумасшедшая, фанатичная мать. Меня она задвинула, по-моему, на последнее место - кроме детей и внучки, ничего для нее не существует.

Обычно, когда звонит: "Где ты? Что делаешь?", я отвечаю: "А я с мужчиной". - "Ах, вот как?". Или: "Вы не могли бы перезвонить через полчаса". (Раздается звонок на мобильный). Ну вот и жена! (В трубку). "Лариса, я сейчас занят, Диме Гордону даю интервью. Солнце мое, наберу позже. Целую, пока". (Выключает телефон). Извини, ради Бога - цивилизация шагает за мной по пятам, и жена у меня постоянно в кармане.


"Я ходил с Ларисой по улицам и спрашивал: жениться мне или нет".
С женой Ларисой Луппиан



- Тем не менее ваша супруга утверждала, что вы ревновали ее к многочисленным поклонникам и, когда ей дарили цветы, злились и даже настаивали, чтобы она бросила театр: зачем, мол, тебе сцена?

- Честно говоря, мне нравилось, когда во мне пробуждались собственнические чувства, но это было связано исключительно с драматургией: на сцене кто-то в нее влюблялся, целовал. Я понимал, что это игра, но мне было приятно ощущать уколы ревности, которых раньше не наблюдалось. Ну типа: "Это мое. Кто смеет?". Это, представь себе, привлекало даже больше, чем ее обаяние, красота и талант. Мне, признаться, щекочет нервы небольшой мазохизм, но в жизни она очень скромна и беззащитна. В общем-то, эта беззащитность, наверное, и была тем главным ее качеством, которое меня подкупило.

"ЖЕНЩИНЫ МНЕ ГОВОРЯТ: "КАК ТЫ ХОРОШО ВЫГЛЯДИШЬ. ПОЧТИ КАК ЛЮДМИЛА ГУРЧЕНКО"

- Лариса признавалась, что ей приходилось бороться не только с вашей бешеной популярностью, но и с отчаянными, бесшабашными загулами. Особенно же, по ее словам, омрачала семейную жизнь ваша страсть к алкоголю...

- Да, к выпивке... (Пауза). Лариса, по-моему, вообще много лишнего говорит... Такую словоохотливость нужно было пресечь вовремя, но я позволяю ей даже это. Недавно она так разоткровенничалась с "Караваном историй" - у меня просто волосы дыбом встали. Лично я не позволяю себе о жене критически отзываться: при том, что у нас масса разногласий и у нее есть, конечно же, и минусы, а не только плюсы, я пытаюсь избегать прилюдных упреков. Среди друзей за столом - да, можно и пошутить, а так - нет. Пусть все знают: это идеальная женщина, и другой мне не надо!

Еще раз повторяю: для меня самое главное, что Лариса настоящая мать, - рано или поздно женщина должна превращаться в это великолепное существо. Уверен, мои дети будут признательны мне за то, что я выбрал именно ее - она настоящая львица и в этом плане куда сильнее меня. Жена посвятила всю свою жизнь детям и внучке (надеюсь, у нее хватит энергии и для будущих внуков), и хотя мне внимание уделяется минимальное, я безумно ей благодарен... Она в этом плане очень похожа на мою мать - значит, в наблюдении, что мужчины ищут женщину, подобную той, которая их родила и воспитала, доля истины есть.

- В 70-е годы многие очень известные люди топили свою тоску в вине, и вы не стали, к сожалению, исключением. Это была пагубная страсть? Вы чувствовали, что все может плохо закончиться?

- Нет (разводит руками), я не понимал, как далеко зашел. Тот, кто пьет, обычно себя со стороны не видит, а что многие незаурядные личности склонны к выпивке - так это нормально: полушарие, отвечающее за творчество, должно отдыхать. Как, скажем, снять напряжение? Только залить вином, водкой. Одно дело, если просто пьет человек беспробудно, и уж совсем другое - такие люди, как я, - им допинг необходим. Я поначалу так думал: "Нормально, у меня же то концерт, то в театре играю, то съемки...".

- Но вы ведь, говорят, пили ночами...

- Напролет! После спектакля до восьми утра ко мне даже не подходи, зато потом час сна - и я как огурец. Почти такой же, как ты: красивый, молодой, улыбчивый. Естественно, через пару десятков лет это стало уже тяжело, и на примере других я понимал, что надо выбирать. Теперь делаю то же самое, что и раньше, но у меня есть расписание. Сегодня, например, спектакль в Риге, завтра концерт в Киеве, а послезавтра съемка в Москве на "Фабрике звезд", и везде надо нормально выглядеть, чтобы все было на уровне. Ну а потом три дня у меня свободны...

- И что?

- И "Пора-пора-порадуемся...". (Напевает). Ага, первый день я пью, второй бухаю, на третий иду в баню, привожу себя в полный порядок и еду в гости к Гордону. Женщины говорят: "Как ты хорошо выглядишь. Почти как Людмила Гурченко". Да (улыбается), вот могу!

- Хоть убейте, не понимаю: откуда такое здоровье? Вот согласитесь: сейчас мужики какие-то хлипкие пошли, невыносливые...

- Что ты имеешь в виду?

- Ну вот раньше пили как лошади - и ничего: долго жили и все успевали...

- Что успевали, ты уточни!

- Да хотя бы вкалывать...

- Я-то думал (разочарованно), ты насчет женщин...

- Ну это само собой...

- (Оживленно). Тогда да! Женщины, кстати, сейчас быстрее дают, потому что слишком много у них информации. Уже в три года любой малец познал все: телевидение, журналы, а многие мои ровесники до 18-19 лет баб голых не видели, дырки в бане сверлили, чтобы одним глазком посмотреть на что-нибудь этакое вдалеке...

Эта безумная притягательность тайны, это чувство запретного плода сохранялись надолго, а сегодня в SMS ткни - любое фото пришлют. Раз, другой, третий - а они все продолжают тыкать в SMS, и это, безусловно, ослабляет мужской потенциал.


Семья Боярских в полном составе: сын Сергей, невестка, дочь Лиза, жена Лариса, сам Михал Сергеич с внучкой Катенькой



Что же касается меня, то я просто притворяться умею. При всех моих нагрузках, желаниях и максимализме, я ведь гнилой насквозь, у меня переломаны руки, ноги и зубы, я плохо вижу, четыре раза в день колюсь инсулином... Проблем хватает, но нельзя сдаваться болезням, нужно с ними бороться и побеждать.

- Любая женщина, если ее спросить, скажет: "Боярский - стопроцентный мужик", но сегодня, увы, таких все меньше и меньше, экран заполонили другие...

- А ты слышал, вышел новый художественный фильм: "Один раз не педераст-2"? Шутки шутками, но я в этом плане чувствую себя уверенно и спокойно, правда, многие меня поэтому отвергают - для них я изгой...

- Имеете в виду клановость?

- Ну конечно. Я, понимаешь, не соответствую современным представлениям о мужчине: он по идее должен быть полигамным, спокойно употреблять наркотики и от этого не страдать. В общем, быть раскрепощенным, а я в этом плане консерватор, человек некомпанейский, меня редко можно увидеть в тусовке.

- Вы же и книги до сих пор в отличие от многих читаете, причем по ночам...

- Есть такой грех, читаю иногда на сон грядущий. Это мое любимое время: уложил семью спать и свободен. Могу внимательно посмотреть записанный, но не увиденный футбольный матч, взять книжку, любимую мной, но в штыки принимаемую семьей. Потом с утра начинаю цитировать: "Смотрите, что я прочел" - и что в ответ слышу? "Да иди ты со своей книгой!".

- Какую литературу предпочитаете в последнее время?

- В основном перечитываю классику. Да, да! Меня, например, безумно волнует судьба "Тараса Бульбы". Сейчас, когда одновременно две студии: наша и французская, - занялись экранизацией моего любимого произведения, я просто извелся, думаю, как это сделают? Помимо Гоголя, конечно же, возвращаюсь к Толстому, Чехову, проглатываю очень много философских произведений, которые раньше никогда не читал, потому что в школе этот предмет преподавали не так, как хотелось бы. Историю религии тоже практически не знаю - в театральном институте курс был минимальный, поэтому сейчас наверстываю. Для меня это большая радость - общение с умными людьми, хотя и чувствую себя порой идиотом по сравнению с глыбами, мыслившими так без всяких компьютеров.

"СЫН ОТНОСИТСЯ КО МНЕ, КАК К ОВОЩУ"

- Вам не кажется, что сегодняшнее время уродливее, чем то, в которое были молодым вы?

- Нет. Нет! Понимаешь, не хочется быть брюзгой, да и опыт подсказывает: если человек начинает бранить время, в которое живет, и молодежь, это значит...

-...что он стареет...

- Дело даже не в старости, не сам по себе возраст тяготит, а когда ты с ним глупеешь. Вот такая нынче эпоха, так ее задумал Господь, и незачем с этим бороться. Можно соглашаться с чем-то или не соглашаться, но никогда не следует говорить: "Вот в наши-то годы...". Или: "Раньше нормальный телефон был, с диском, удобно было, а теперь хрен наберешь". Все это глупости! Молодежь умнее, и такой ее сделали мы, поэтому если кто в чем виноват, так только мы сами.

- У вас двое детей, сын и дочь. Помню, как, еще совсем маленький (ему было лет пять-шесть), ваш Сережа пел с папой про динозавриков, которые отправились в Африку... Теперь небось уже взрослый?

- 26 лет. Кстати, когда он еще в школе учился, всех, кто называл его динозавриком, бил. Как услышит: "О! Динозаврик!" - сразу ба-бах! Впрочем, это дело прошлое. Сейчас Сережка выпустил вторую пластинку - по-моему, любопытную. Такой себе джазовый вариант (что неожиданно для него) песен Виктора Резникова. (Приятно - это один из лучших композиторов-мелодистов Санкт-Петербурга). У Сергея хороший


"Мне всегда было абсолютно все равно, как я выгляжу. Если бы знал, что симпатичен, постарался бы этим воспользоваться"

бизнес, они с партнерами построили торгово-развлекательный центр на 37 тысяч квадратных метров, сейчас заложили второй и третий...

- Вы помогли, подтолкнули его в предприниматели?

- Нет, и даже более того, всячески был против. Я, честно говоря, вообще не понимаю язык, на котором говорят бизнесмены.

- Неужели парень сам пошел в гору?

- Абсолютно. Ко мне он относится, ну, как к овощу, и на эту тему со мной не общается. Единственно, в чем я ему помогаю, - это когда нужно войти к какому-нибудь важному человеку, к которому просто так не попадешь. Они мне: "О чем речь - конечно, Миша, заходи", а потом Миша сваливает, и приходят люди, которые умеют договариваться. Вот, собственно, и вся моя отцовская функция.

- Ваша дочь Лиза тоже стала актрисой - вам интересно наблюдать за ее игрой?

- Безумно! Я все-таки излишне ее люблю, поэтому не могу дать ее профессионализму и мастерству объективной оценки, но пока она на правильном пути и как студентка трудится плодотворно. Лиза трудоголик, 24 часа в сутки работает, все норовит сделать сама, и в этом залог того, что из нее, может, что-то получится.

- Я знаю, что ваш сын очень рано женился и якобы даже решался вопрос: родится ребенок (ваша внучка) или не родится. Вы и вправду сказали: "Ну что же теперь делать? Надо рожать!"?

- Да, я... попался. Сергей меня ошарашил: "Папа, понимаешь, у нас скоро будет беби".

- Сколько ему было лет?

- 18. Я хотел проявить себя как отец, но... растерялся. Наверное, можно было упереться: "Почему не предупредил, почему не показал жену?". Тарас Бульба, скорее всего, сразу дал бы ему в лоб, но я подумал: "Войны сейчас нет, голода тоже, а зачем я родил детей? В первую очередь для любви, для продолжения рода". Как-то мягко я поступил и считаю, что правильно сделал.

Жена моя тоже была в полной растерянности, но она, по-моему, до сих пор из нее не вышла. Нет, я в отличие от нее адаптировался спокойно: чему быть, тому не миновать. Говорят же, что браки вершатся на небесах, - значит, нужно полагаться на Бога. Мы изначально не брали судьбу сына в свои руки: "Так, Сергей, выберем тебе жену" - это его жизнь, он счастлив... У него хорошая жена, чудесная девочка, а что еще родителям нужно?

- Каково, интересно, вам ощущать себя дедушкой?

- Многие говорят, что дети - это лишь репетиция будущих внуков. Ничего подобного, детей я люблю больше! Это не значит, что к внучке равнодушен, но Катеньку я люблю всего семь лет, а сына - 26, дочку - 20. С другой стороны, внучка согревает сильнее, а уж как обожает деда (не знаю, за что). Бабка возмущается: она с малышкой все время, а той чуть что - деда подай! Мы с ней наперегонки едим, рисуем...

- Видимо, дед чертовски обаятелен...

- Да нет, это, наверное, оттого, что запретный плод сладок. Кого меньше видишь, к тому больше и тянет.

"МНЕ БЫЛ ДАН ШАНС ОБРАЩАТЬСЯ К ПУТИНУ НА ТЫ"

- Вы сказали, что над вами жил Анатолий Александрович Собчак. В гости к нему частенько заходил будущий президент России - с Путиным вы в те годы встречались?

- Конечно, причем довольно часто, потому что все фактически происходило перед окнами моей квартиры. Там большая площадка, где все ждали, пока Анатолий Александрович спустится и сядет в машину, поэтому я стал невольным свидетелем многих происходящих в Петербурге событий. Никаких дружеских взаимоотношений у нас с Путиным не возникло, но мы были очень хорошо знакомы, и, безусловно, его фантастическая карьера, которая сложилась на моих глазах, меня потрясла. Особенно приятно, что при этом его нормальные человеческие качества никуда не исчезли.

- Раньше, до его президентства, вы были на ты?

- Нет, я никогда не позволял себе перейти с ним некую черту. Должен признаться: мне был дан шанс обращаться к нему на ты, но я категорически отказался...

- Тогда?

- Нет, уже после того как Владимир Владимирович стал президентом. Он сказал: "Ну что ты со мной на вы?". Я опешил: "С удовольствием буду говорить иначе, но только в тех обстоятельствах, в которых сочту нужным, а пока - извините"...



- Это правда, что вас постоянно приглашают к нему на день рождения?

- Не постоянно - на дне рождения Путина я присутствовал дважды. Это было очень приятно и... до обидного скромно. Я еще, помню, подумал: "У Петра I были пушки, салюты, фрейлины - черт-те что, миллионеры приезжают к нам свадьбы праздновать - полгорода занимают, а тут 12-15 человек, все тихо-мирно".

- Кто был среди приглашенных?

- Людишки знакомые: его учителя, друзья. Присутствовали, конечно, и официальные лица, но сразу давалась команда, чтобы это не превращалось в протокольное мероприятие, а то даже смешно... Каждый встает и начинает: "Уважаемый господин президент, позвольте от имени...". "Вот, - думаю, - столько разговоров о том, что нужно быть демократами... Нет чтобы пошутить, сказать: "Как хорошо, что мы дома в Питере, все вместе, что снова дождливая погода...". Доходит до меня очередь: "А сейчас нам скажет Михаил Сергеевич Боярский". Я поднимаюсь и выдаю: "Уважаемый господин президент, позвольте от лица интеллигенции"...

Ни хрена, видно, со мной не сделается! Чехов по капле выдавливал из себя раба, а из меня его нужно выжимать ведрами. Кстати, и Пушкин от этой заразы страдал. После встречи с царем его спросили: "Ну как ты с ним?". Поэт вздохнул: "Я полной скотиной оказался". Сложно, понимаешь ли, магия власти слишком сильно на человека действует. Думаешь, ты уже раскрепощен, ан нет, откуда-то мерзкая улыбка берется. Ну, может, не совсем мерзкая, но с перебором.

Обидно еще, потому что понимаешь: человек, оказавшийся наверху, уже никогда искренних людей не увидит. Его удел - страшное одиночество, каторжная работа с раннего утра до глубокой ночи, которая только и позволяет забыться, а получить душевное наслаждение, спокойно отдохнуть он может лишь в кругу семьи.

- Сейчас много говорят об упадке театра. Скажите, Михаил Сергеевич, а хоть какие-нибудь театральные спектакли в последнее время вас потрясли или все потрясения остались в прошлом?

- Если бы не спектакль Алисы Бруновны Фрейндлих "Оскар и Розовая дама", наверное, я поставил бы уже на театре крест. Я с нетерпением ждал премьеры, "Ну вот, - думал, - сейчас и Алиса ничего сделать не сможет". Все-таки трудная пьеса, где не очень-то развернешься, моноспектакль... Я говорил себе: "Ну и слава Богу - окончательно удостоверюсь, что театр закончил свое существование", накручивал себя: "Вот ведь и в кино все дребедень - чем больше снимают, тем больше не хочется это смотреть". В таком настроении и отправился на спектакль, а вышел в слезах. Для меня "воскресли вновь и божество, и вдохновенье, и жизнь...". Я понял, что настоящая актриса не имеет ни возраста, ни звездных болезней - ничего, кроме глубокого понимания профессии. Таланту не надо объяснять, зачем он выходит на подмостки, зачем вообще существует театр. Когда на подмостках я вижу голые задницы, могу даже похлопать - это оригинально!..

-...если хорошие задницы...

- Да какие бы ни были, хрен с ними! Артисты, бывает, не тот текст говорят, невпопад переодеваются, все ставят с ног на голову... Чего ради? Чтобы меня удивлять? Но для меня неприемлема фраза великих режиссеров: "Ну, чем нынче будем удивлять зрителя?". Это хорошо в цирке, а в театре надо чувствовать, и если артист способен вызвать у зрителя сопереживание, спектакль состоится. Именно такое потрясение я получил от Алисы Бруновны.

"МОЙ РОМАН С АЛИСОЙ ФРЕЙНДЛИХ ПРОДОЛЖАЕТСЯ: Я ЛЮБИЛ ЕЕ, ЛЮБЛЮ И БУДУ ЛЮБИТЬ"

- Вы упомянули о Фрейндлих, и я задам вам бестактный вопрос: если не хотите - не отвечайте. Это правда, что в свое время у вас с Алисой Бруновной был бурный роман?

- (Пауза). А он продолжается. Я звонил ей вчера и позавчера, звоню почти каждый день. Увы, она более занята, чем раньше, но я любил ее, люблю и буду любить... Прилюдно говорю это всем, потому что встретить такую женщину - серьезный поворот в моей актерской судьбе. Я не могу сказать, хорошо играю или плохо, но если бы не играл рядом с ней, это было бы гораздо хуже. Я стал таким благодаря ей, Равиковичу, Владимирову, Петренко и многим другим...

Впрочем, ты меня спросил о другом... Читатели ждут подробностей, однако я их разочарую: профессия интересует меня больше, чем личная жизнь... Мечтаю лишь об одном: чтобы Алиса стала преподавать, чтобы не ушла школа... Если в Москве это в большей степени может Табаков (один из немногих), то в Петербурге, кроме Фрейндлих, преподавать ремесло некому. По-моему нужно построить специальные, ну, я не знаю, хоромы, где Алиса могла бы передавать свой опыт будущим мастерам. Это ни в коем случае не должна быть фабрика или конвейер - вот как Страдивари делал скрипки из дерева, так и она может сделать из человека звучащего артиста.

- Мне приходилось видеть очень больших актеров, которые отчаянно завидовали своим, пусть даже и менее успешным, коллегам. Вы, мне кажется, напрочь лишены этого чувства. О ком из артистов могли бы сейчас сказать: "Я ими восхищаюсь, я в восторге, они гении!"?



- Сейчас? (Задумывается). Нет, вряд ли... Вот о Высоцком всегда так думал, потому что мне нравятся вожаки. Я завидовал ему, так сказать, белой завистью - черной не было. Я не схватил гитару, не начал писать песни, не стал хрипеть (сипит): "А теперь Горбатый! Я сказал, Горбатый!". Ты же помнишь: некоторые коллеги ни с того ни с сего перевоплотились в Высоцкого, и это было заметно.

Хороших артистов много, наверное, хотя нет: актеров много, артистов мало, и это нормально - много добра не бывает. Слава Богу, у нас в Петербурге на протяжении долгих лет хоть одна такая актриса, как Фрейндлих, есть. Это сколько же нужно перелопатить студентов, чтобы получить вторую?

- Поразительно, но и отец ее - народный артист Советского Союза Бруно Фрейндлих - был шикарным актером, и дочь так блистательна... А еще говорят, что на детях талантливых людей природа отдыхает...

- Бруно я очень хорошо знал: он был большим актером. Безусловно, эксклюзивный вариант - это прекрасно, но глупо, наверное, детям сидеть сложа руки и ничем не заниматься. Пускай пробуют, ошибаются...

"ВОТ ДУМАЮ: КОГДА УЖЕ МНЕ ПРИДЕТ ВРЕМЯ В КАМЕРУ - СМОТРЯЩЕГО ИГРАТЬ?"

- Сегодня в России снимают огромное количество художественных фильмов, но большинство из них о бандитах и ментах. Каково вам, актеру старой школы, снимавшемуся в классических лентах, на это смотреть?

- Спокойно я на это смотрю - а что толку ругаться? Они ведь зарабатывают деньги, поэтому делают то, что покупается. К этому нужно относиться с пониманием: либо переждать, либо не участвовать. Я зачастую выбираю второе, потому что бывает стыдно, неинтересно. Один довольно популярный артист мне сказал: "Пригласили сниматься в 128-серийном "мыле", и я согласился. Знаешь, почему? Никто не будет смотреть". (Смеется). Действительно, столько серий невозможно осилить физически. А вот когда я смотрю фильмы с Аль Пачино, не могу оторваться... Да, он играет бандитов, но это не ради того, чтобы припугнуть пресытившуюся публику, - там совсем другое начало.

- А глубина какая!

- А психология! Я люблю все: от "Запаха женщины", где он играет слепого полковника, до "Крестного отца". Эти ленты уже сняты, как и картина "Однажды в Америке". Понимаешь, все "менты" сыграны, остальное - это подобие, соревнуются, кто жути нагонит больше. Почти все пытаются более-менее быть похожими на Марлона Брандо, а самое страшное... Вот обрати внимание: лучшие артисты страны заканчивают свою карьеру в роли паханов.

- Кирилл Лавров, например...

-...Гафт, Евстигнеев... Я вот думаю: когда уже мне придет время в камеру смотрящего играть, покрытого татуировками... Ну что остается? Да, есть Бортко. Одному нравится, что он берет такой материал, другому нет, что-то удачно, а что-то не очень, но снял же он все-таки "Собачье сердце", "Идиота"...

-...да и "Бандитский Петербург", по-моему, очень неплох...

- Согласен. И "Бригаду" нормально поставили. Есть талантливые люди, которые на довольно банальном материале могут выстроить то, что народу по душе, и не надо такого потока пугаться - со временем выкристаллизуется то, что останется надолго... Жаль только бедную внучку: она уже насмотрелась рекламы и знает все самые пошлые песни, которые слышит по телевидению. Когда в детской душе столько грязи намешено, это действительно чудовищно.

Я, например, не знал телевизора до семи лет - у нас его просто не было. Отец читал вслух Андерсена, Корнея Чуковского, по радио слушали "Угадайку"... Не утверждаю, что стал хорошим именно после этого, но душа была светлая, и во дворе мы играли в Александра Невского - было в нас какое-то чувство патриотизма.

Меня утешает лишь то, что дети как быстро все схватывают, так же быстро от этого и откажутся. Только не нужно их ругать. Год посмотрят и скажут: "Переключи на что-то другое"... Видимо, через это тоже нужно пройти, не бывает только гладкой дороги. Иногда забредешь в грязь, но надо перейти ручей, и перед тобой появится чудесное поле.

- Вы вспомнили о временах сложных, неоднозначных, но тогда все-таки была национальная идея. В чем вы видите ее сегодня?

- Она, по-моему, всегда одна: вера в Бога и глубокое, серьезное, искреннее стремление к пониманию его в себе. Общие идеи - вещь достаточно коммерческая и хитрая. Человек должен прийти к Богу, и если он этого не сделал, ничего в жизни так, наверное, и не поймет. Все остальное менялось тысячи раз. Вспомни Римскую империю. Ну кто ее мог разрушить? Лопнула! А гитлеровский рейх? Такая махина, куда там! Вжик - и словно в помине не было.

- Советский Союз...

-...глыба! Вжик - и нет его больше. И Англии, и Америки рано или поздно не будет, появятся новые люди разного цвета, но все они будут стремиться к одному: понять, зачем пришли в этот мир, откуда, куда? Толстой об этом всю жизнь думал, Гоголь... Вот, кстати, еще один интересный момент. Гоголь писал, писал - не получилось, и тогда он рукопись сжег.


"Первый день пью, второй бухаю, на третий иду в баню, привожу себя в полный порядок и еду в гости к Гордону"

Фото Александра ЛАЗАРЕНКО



- А Толстой сколько раз романы свои переписывал!

- У нас же любое произведение тут же тащат на публику: "Смотрите, товарищи, это лучшее!". Художник перестал выбирать, главное - поскорее выдать продукт... "Битлз" себе такого не позволяли: если не получалась песня - ее отправляли в корзину. Это, по-моему, очень важно - относиться к зрителю с уважением.

- Нынешний художник нищ - может, поэтому он так поступает?

- А человек искусства обязан быть нищим! Моцарт, между прочим, никогда не был миллиардером. Нет, если творец думает о том, сколько получит за ту или иную работу, это не художник, а ремесленник (хотя ремесло - тоже великая штука). Можешь поверить: когда я пришел в театр, зарабатывал 75 рублей, но при этом никогда о деньгах не думал. Отец, ведущий актер Театра Комиссаржевской, до самой смерти получал 150 рэ в месяц, но были другие ценности. Симонов, Черкасов, Толубеев, Раневская - все это были нищие люди, однако в искусстве они...

-...исполины!

-...мощные столпы. И Райкин не имел денег, и машин тогда ни у кого из артистов не было, но мы же не говорим: "Как хорошо жилось!", не мечтаем к этому состоянию вернуться. Стало быть, добились того, чего хотели. Сейчас можно иметь огромное количество денег, у нас есть свобода, любая валюта, "бентли" по Киеву бегают, женщины стали красивее, потому что у них бижутерии масса. Значит, много хорошего появилось, а от грязи будем постепенно избавляться.

- Михаил Сергеевич, в свое время отец подарил вам отчество, которое в сочетании с именем стало после 85-го года знаковым. У вас были какие-то забавные ситуации, с этим связанные?

- Ну разве что прекрасный питерский актер Игорь Олегович Горбачев (царствие ему небесное!) в шутку предложил купить у меня отчество. Н-да (улыбается), повезло Горбачеву - до сих пор при произнесении моего имени и отчества и его вспоминают, но самое главное, что всякий раз, когда звучит обращение: "Михаил Сергеевич", говорят не только обо мне, но и о моем отце. Естественно, сына я назвал в его честь. Так было, есть и будет: надо помнить своих предков.

- По традиции на прощание наши гости-певцы обязательно что-то исполняют экспромтом...

- К сожалению, техника не шагнула так далеко, чтобы женщины получали удовольствие с газетных полос, и вообще, этот стон у нас песней зовется. Тем не менее я с удовольствием спою. Для вас, дорогие дамы, про свой старый сад.

В мой старый сад, ланфрен-ланфра,
Лети, моя голубка!
Там сны висят, ланфрен-ланфра,
На всех ветвях, голубка.

Ланфрен-ланфра, лан-тати-та,
Там свеж ручей, трава густа,
Постель из ландышей пуста,
Лети в мой сад, голубка!

Вот, голубки мои ненаглядные, летайте на здоровье к кому хотите, потому что постели для вас всегда чисты и сделаны из ландышей.



Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
1000 символов осталось