В разделе: Архив газеты "Бульвар Гордона" Об издании Авторы Подписка
Коня на скаку остановит

Ирина ХАКАМАДА: "Я самурай, у которого нет хозяина"

Дмитрий ГОРДОН. «Бульвар Гордона» 25 Сентября, 2006 21:00
В 35 лет на периоде, который сама она окрестила "эпохой Серой Мыши", Ира поставила точку. Как в сказке: сбросила с себя чужую кожу и вышла на люди яркой и независимой.
Дмитрий ГОРДОН
(Окончание. Начало в № 38)


"МОЯ КНИГА - ЭТО ВХОД В ПОЛИТИКУ ЧЕРЕЗ ДРУГУЮ ДВЕРЬ"

- Возвращаясь к российскому телевидению... Раньше его было приятно смотреть, там присутствовали совершенно независимые мнения и суждения, разные взгляды - была представлена вся политическая палитра. Сейчас на экранах все чаще появляются крестные ходы, мрачно-степенные батюшки с хоругвями...

-...то против "Кода да Винчи", то против писателя Сорокина, то против - кого там недавно избили? - а-а-а, гей-парада. Не разгоняли бы, никто бы это действо и не заметил: вышли бы лесбиянки да геи куда-то, постояли бы и ушли. Нет, нужно было потасовку устроить...

- Россия не кажется вам этакой дремуче-поповской страной, где церковь и бюрократия слились в едином порыве и решают общие задачи?

- Да, это программа обслуживания, к сожалению... Я всегда пытаюсь объяснить, что принципы либерализма исходят из концепции естественных прав человека, которые принадлежат ему от рождения и не противоречат заповедям. Наоборот, впервые в конце XVIII века человек получил гражданский документ, где утверждается, что он существо от Бога - сын Божий и одновременно человеческий. Почему? Потому что в отличие от кошки, собаки, слона он рожден с правами... Как же можно все это смешивать или заявлять, как сказал у нас на православном соборе отец Георгий, что западная модель прав человека противоречит морали, нравственности и Христовым заповедям? По-моему, это уже богохульство, не говоря о том, что таким образом мы стравливаем общество.

Мы живем в ХХI веке, и опять церковь начинает мракобесничать и, что самое прискорбное, обслуживать циничную бюрократию. Как можно с помощью своих каких-то диких адептов, бывших и нынешних коммунистов, таких, как Проханов, с утра до вечера поливать либералов и демократов и при этом не признавать того факта, что при Сталине все было сожжено, посажено и уничтожено? Тот же Ельцин подарил верующим и храмы, и землю, и свободу проповеди... Конечно же, все это конъюнктура, но обидно, что такими вещами занимаются церковные иерархи... Я, например, всегда выступала за свободу вероисповедания, но церковь должна быть жестко отделена от власти и государства и никакого отношения к ним не иметь.

- Вдвойне обидно, что внушаемые и одураченные люди этого не понимают...

- А как они могут что-либо понимать, если с утра до вечера смотрят обрезанное телевидение и напрочь лишены альтернативного? Не может огромное количество людей в большой, еще недостаточно коммуникативной стране блуждать в интернете, поэтому многие потерялись, запутались в информации. Никто не дает им системной, цивилизованной, нормальной картинки мира.

Из книги "SEX в большой политике"

"Вся наша верхушка невероятно суеверна и религиозна. У русского чиновника прагматично мистическая душа, он истово молится в церкви не чтобы попасть в рай, а чтобы было поменьше неприятностей. Чем больше грешат, тем больше хотят отбиться: авось Господь простит, спасет и поможет. Вокруг каждого крупного чиновника и политика вьются тучи астрологов и экстрасенсов - толкуют сны и приметы, рисуют гороскопы, советуют, когда выступать, когда лететь, когда короноваться. Их клиенты верят и в чох, и в брех, и в вороний грай. Накануне выборов 1999 года Немцов и Чубайс уговорили меня объединиться (до этого я была независимым депутатом). Назначили съезд, на котором должны были объявить, что я и моя маленькая партия "Общее дело" вливаемся в блок правых. На съезде я никак не могла понять: в чем дело? Народ какой-то напряженный и напуганный. Смотрят на меня, а в глазах прячется страх. Неужели я так зловеще выгляжу или случилось что-то, о чем мне забыли сообщить? Потом оказалось, что просто было 13-е число, пятница и вдобавок полнолуние, и все дружно решили, что это дурной знак, ничем хорошим объединение не кончится, СПС выборы проиграет.


Ирина Хакамада - Дмитрию Гордону: "Спасибо за беседу. В сегодняшней России такое общение в прессе, увы, невозможно"



СПС выборы выиграл".


- Тяжело вам сейчас живется?

- Мне? Cовершенно легко, а как только я поняла, что ухожу из политики в том виде, в котором сегодня она существует, стало еще легче... Мне делать здесь нечего. Участвовать в таких выборах уже, знаете ли, невозможно. Это несерьезно и самое главное - я ничем не смогу помочь своим избирателям. Поэтому, собственно, и появилась книга... На самом деле, это вход в политику через другую дверку: хочу отдать людям все, что знаю, и пусть, прочитав ее, - в противовес этому телевидению! - они ощутят себя сильными.

- Женщиной вообще быть нелегко, а в политике и подавно (особенно если дама красивая и умная). Вы часто попадали в неловкие ситуации, когда надо было поставить, допустим, очень важную подпись или решить какой-то вопрос? Испытывали ли вы, как говорят американцы, сексуальные домогательства со стороны высокопоставленных мужчин?

- (Улыбается). Я это в книге описываю...

- И как это выглядело?

- Один раз ужасно: меня домогались в грубой форме, это просто была попытка насилия...

- Прямо в кабинете?

- Ну да. Выкручивалась как могла, понимая, что начинающему политику не нужен заядлый враг, а если поднять крик, меня будут преследовать всю жизнь.

- Чиновник хоть был серьезный?

- Очень, поэтому я сказала ему, что все хорошо, все отлично, только попозже. Дескать, сегодня чисто физически не могу - здоровье не позволяет.

- Заветная подпись была поставлена?

- Нет.

- Этот человек все ждал, когда вы уже сможете?

- Да нет... Ой (эмоционально), ну и слава Богу! Я когда от него выскочила, подумала: "Боже мой! Ничего не надо! Ничего не хочу! Ни у кого больше никогда ничего не попрошу. Или придут и принесут, или сама добьюсь, по-другому, или черт с ними со всеми!". Вообще-то оскорбления и унижения на почве разности полов - это то, о чем уже и говорить-то неинтересно.

- Вам часто в России напоминали, что вы нерусская, что вам здесь не место: дескать, катитесь в свою Японию?

- Честно? (Вскинув брови). Постоянно! Это и сейчас происходит - взять хотя бы последние дебаты с "Родиной". Первое, что они мне опять приклеили, - других вопросов, как правило, ко мне нет - это Курилы и "Почему вы сегодня не в кимоно?". Обычно же начинают коверкать мою фамилию, в крайнем случае забросят что-нибудь по поводу еврейского вопроса...

- А он-то к вам каким боком?

- Для них все люди со смешанной кровью и иными ценностями (на всякий случай, наверное!) - евреи, весь национализм на этой ненависти построен.


Ирина плакала всего дважды в жизни. Один раз, когда узнала, как тяжело заболела дочка Машенька



- Сегодня оппозиционным политикам в России несладко?

- Реально оппозиционным - очень даже несладко.

- Они хоть осознают, что надеяться на успех тщетно?

- У нас появилось две стратегии, два, так сказать, направления. Одни демократы, понимая, что шансов нет, а все равно оставаться в политике надо, пытаются мягко договариваться и пролезать в парламент. Другие говорят: "Идите все к черту - надо все начинать заново. Да, это маргинализация, да, мы не будем в истеблишменте, но нужно повернуться лицом к людям и работать с ними, как это ни трудно". Лично я ко второму направлению отношусь.

- Интересно, а Ельцин понимает сегодня, что все сделанное им для демократизации и реализации основополагающих свобод сегодня в России свернуто?

- Понимает.

- И что он по этому поводу думает?

- Не знаю я, что он думает... Видимо, Борис Николаевич решил не думать, чтобы просто спокойно жить, целее быть в своей золотой клетке.

"СДЕЛАТЬ СЕБЕ ХАРАКИРИ МНЕ НЕ ХОТЕЛОСЬ - ЭТО КРАЙНЯЯ МЕРА"

- Не сомневаюсь, что вы и впредь будете баллотироваться в Государственную думу - вы ведь в свое время были даже кандидатом на пост президента России...

- Просто тогда не нашлось никого другого. Сейчас, надеюсь, Касьянов поборется, а я постою рядом.

- Вы считаете, у него есть шанс?

- Побольше, во всяком случае, чем у меня. У вас в Украине такой же феномен... Юлия Тимошенко все время сражается за пост премьер-министра, потому что, как только речь заходит о президентском, рейтинги у женщин сразу сваливаются. Мы имеем потолок шесть-семь, максимум восемь процентов - все! Мужик, какая бы ни была у него репутация (да еще бывший премьер-министр, то бишь при свете власти) - это тяжеловес. Предполагается, что он обладает ресурсом, командой, что за ним стоят какие-то очень серьезные люди. Это дает более весомые шансы, а у меня как? Пишут на сайт: "Люблю, нравитесь, но править не сможете"...

Из книги "SEX в большой политике"

"В 2005 году ко мне пришел молодой человек и предложил нанять его на должность... моего официального врага.

"Я и мои люди, - сказал, - будем обливать вас сметаной, швырять яйца, пикетировать ваш офис, клеветать на вас в прессе, облаивать ваши выступления. Я создам вокруг вас ауру политика, с которым постоянно борются, а за это вы будете финансировать меня и мою партию".

Я отказалась, объяснив молодому человеку, что такого рода пиар имею бесплатно в промышленном объеме. Он не расстроился: "Не хотите платить, не надо - я все равно буду делать то, что собирался. Моей партии нужно набирать очки, а у нас в стране быстрее всего их можно заработать, разоблачая и натравливая".

Это был лидер движения "Наши" (в просторечье нашисты)".


- Вас с Юлией Тимошенко многое объединяет: и красота, и ум, и харизматичность, и то, что вы обе женщины. Вы с ней знакомы, общаетесь?

- Нет, не знакомы... Пару раз я защитила ее от оскорблений со стороны наших политиков, особенно в связи с митрофановским фильмом, но, кстати, при том, что многое нас объединяет, кое-что очень даже разъединяет.


С сыном



- Что именно?

- Юля настоящий профессиональный политик, она достаточно цинична, чтобы добиваться цели и отстаивать свою позицию любыми путями. Я с этой точки зрения не совсем политик - скорее мессианец. Несу либеральные ценности и, хотя готова действовать любыми методами, не сдам ни одной - какой бы выигрыш это мне ни сулило. Меня не так интересует карьерный рост и то, какую позицию я занимаю...

- Вас называют "самураем в юбке", вы происходите, насколько я знаю, из очень знатного, древнего японского рода. Ваш отец был одним из лидеров Японской коммунистической партии, его старший брат тоже занимал видные посты в коммунистической иерархии. Скажите, а вы чувствуете иногда зов предков, поступаете порой так, как русская женщина, в общем-то, поступать не должна?

- (Улыбается). Да, причем, как правило, это происходит в критических ситуациях. Тогда действительно...

-...хочется сделать харакири?

- Ну нет! Ни один из моих предков харакири себе не делал, потому что это крайняя мера... Не забывайте, что самурай - это наемник, и если он считает, что не смог защитить своего князя, кончает жизнь самоубийством. Нет, у меня другая проблема, я рунин - так называют самурая, у которого нет хозяина. Я его ищу, готова на него работать, но где они, эти князья?..

- По поводу хозяев... Думаю, что всем вашим мужьям приходилось с вами очень непросто. Живя с такой женщиной, любой обречен слышать, как за спиной шушукаются: "Вон, посмотри, пошел муж Хакамады"... Не каждый мужчина с этим справится. С нынешним мужем не возникало у вас из-за этого трений, он понимает, что в таком браке чем-то приходится жертвовать?

- Знаете, Владимир страшный эгоист и вообще ничем и никогда в своей жизни не жертвует. Мой муж очень свободный человек, и для него брак со мной - это союз, в котором две свободные личности живут как хотят. Вместе они потому, что им друг с другом нравится, а не потому, что у них общие дети или хозяйство...

- Он вас не ревнует?

- Нет, не ревнует. Муж весь погружен в свои проекты, потому что, как и я, дико независимый человек. В этом плане он тоже самурай и не переносит ни малейшего диктата, даже не служит ни в одной компании... Индивидуальный предприниматель, он работает в Forex, на курсах валюты и зависит только от компьютера, от связи и тех средств, которые ему дают в управление.

У него нет ни начальника, ни подчиненных, ни наемных работников - он сам по себе. Может сесть со своим компьютером и зарабатывать деньги в любой точке земного шара: в Лондоне, в Америке, в самолете, за городом - лишь бы был интернет. Владимир создал эту модель, оберегая свою независимость, - именно такая личность может жить с Хакамадой. Его совершенно не волнует, когда его называют моим мужем, для него это нормально. Он говорит: "Никто меня не знает? И слава Богу - не хочу, чтобы узнавали. Знают лишь потому, что я твой муж? Замечательно, может, если когда-нибудь лишнее выпью, гаишник отпустит".

Из книги "SEX в большой политике"

"В прямом эфире на "Эхе Москвы" женщина (судя по голосу, моя ровесница) задала вопрос, который меня потряс: а что это Хакамада выкобенивается? Ей пошел пятый десяток, вставила новые зубы, сделала круговую подтяжку и думает, что молодо выглядит. Ничего себе!


В 41 год Ирина безумно влюбилась и отважилась на четвертый брак



Что ж бабы такие добрые? Я ничего пока еще не подтягивала и ничего не вставляла, но даже если бы и так? Почему, если есть деньги, женщина не должна делать подтяжки и вставлять зубы - с каких пор это ужасно? Разве гнилые зубы и неухоженное лицо - это красиво?


Интонация, когда она говорила об этих подтяжках и этих зубах, была такой, словно я переболела сифилисом, а теперь борюсь за нравственность. Во мне нет обиды, только жалость. Мне хочется протянуть руки и сказать: так нельзя! Вы все - замечательные бабы, надо просто решиться. Не бойтесь себя, не бойтесь мира, не отказывайте себе ни в чем, что возвратит ему краски и объем - если не ради себя, то хотя бы ради детей. В стране, где самая значительная часть населения (а женщин от 40-ка и старше в России - около 60 миллионов) лишена вкуса к жизни, ничего хорошего произойти не может.

"РЕБЕНКУ НУЖНА ПОЗИТИВНАЯ ЭНЕРГИЯ. ЕСЛИ ТЫ БУДЕШЬ НАД НИМ СИДЕТЬ И УМИРАТЬ, ОН ТОЧНО ПОМРЕТ"

- Вы всегда безупречно выглядите, одеты с иголочки, и мало кто знает, что в вашей семье большая беда: дочка болеет лейкозом...

- Тьфу-тьфу-тьфу, на данный момент мы вроде выздоровели. Два года лечились и вот, к счастью, закончили...

- Не представляю, каково это психологически - участвовать в политической борьбе, зная, что дома такие проблемы...

- Наверное, этого никто никогда не поймет... Все произошло раньше, сразу после парламентских выборов. Я не хочу это описывать - такое описать невозможно. Уже потом, через месяц, врачи чуть-чуть обнадежили: дескать, двигаемся, а в первый момент говорили такое, что... В общем, пережить это было сложно...

- А что все-таки говорили?

- Ну типа: "Готовьтесь к самому страшному". Мы, однако, стали бороться, и шансы появились, а буквально через неделю муж мне сказал: "Знаешь, если ты профессионал, тебе нужно идти кандидатом в президенты". - "Почему?" - спрашиваю, а он: "Во-первых, нельзя на этой ноте заканчивать. Если вы проиграли, так что ж на людей плюете, которые вас поддерживали? А во-вторых, если твои соратники сами от борьбы отказались, иди и бейся. Ты же нормальный политик, из тебя выйдет классный президент. Почему надо все время всем уступать? В-третьих, Маше, нашему ребенку, нужна позитивная энергия. Сейчас ты над ней будешь сидеть, рыдать и умирать, и она у нас точно помрет, потому что все передается от матери. А вот если займешься своей кампанией, я создам такие условия, что будешь совмещать все". На том и порешили. Конечно, все мне сказали, что я ненормальная, но ребенок очень быстро пошел на поправку.

- Что ж, Ира, напоследок пожелаю вам, наверное, равновесия. Политика политикой, но жизнь идет, и хочется, чтобы вы получали от нее как можно больше удовольствия...

- Это правильно! Спасибо за пожелания, а еще за беседу. В сегодняшней России такое общение в прессе, увы, невозможно.



Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
1000 символов осталось