В разделе: Архив газеты "Бульвар Гордона" Об издании Авторы Подписка
Лето - это маленькая жизнь

Джаред ЛЕТО: «Я почувствовал себя украинцем и преклоняюсь перед вашим народом. Обязательно вернусь посмотреть, как вы заживете счастливо!»

Анна ШЕСТАК. «Бульвар Гордона» 25 Марта, 2014 22:00
Популярный голливудский актер и музыкант, обладатель «Оскара» приехал в Киев, посетил Майдан, дал концерт во Дворце спорта и презентовал фильм «Далласский клуб покупателей»
Анна ШЕСТАК
Свою симпатию к нашей стране Джаред высказал еще во время вручения премии «Оскар». Получив золотую статуэтку за лучшую мужскую роль второго плана в картине «Далласский клуб покупателей», 42-летний актер, хорошо известный нам про фильмам «Реквием по мечте», «Александр», «Одинокие сердца» и «Господин Никто», сказал: «Демонстранты в Украине и Венесуэле, мы думаем о вас!». Весь зрительный зал аплодировал, весь цивилизованный мир показал. Российский Первый канал — вымарал. О том, что его так урезали, Лето узнал в Украине, куда приехал, уже будучи оскароносным. «Ну, это то, что называется цензурой, — пожал плечами Джаред, — слышим одно, показываем другое... Не думал, что где-то так еще поступают...».

«ЗДЕСЬ ГИБЛИ ЛЮДИ, КОТОРЫЕ ОТСТАИВАЛИ ВАШУ НЕЗАВИСИМОСТЬ И СВОБОДУ, ЭТО НЕ МЕСТО, ГДЕ ПРОХОДИЛ КАРНАВАЛ»

В Киеве гость решил оторваться по полной: на концерте своей группы 30 Seconds to Mars («30 секунд до Марса») во Дворце спорта махал украинским флагом под крики зрителей («Слава Україні!». — «Героям слава!»), а назавтра, отоспавшись в отеле, первым делом отправился на Майдан — посмотреть, что и как. Митингующие Джареда узнали и предложили записаться в так называемую голливудскую сотню, куда заочно уже зачислили Арнольда Шварценеггера и Джорджа Клуни, признавшихся, что поддерживают украинцев, еще в первые дни революции. Лето расчувствовался и ответил, что польщен таким приглашением и что артистов, которых можно к этой сотне отнести, в Голливуде много: за событиями в Украине следят чуть ли не все звезды.

Следом за Джаредом ходила толпа желающих сфотографироваться и получить автограф, однако оставлять свою звездную подпись на память Лето не спешил. «Мне кажется, это не совсем то место, где стоит устраивать автограф-сессию или съемку, — сказал актер, глядя на горы цветов в память о погибших на улице Институтской. — Здесь гибли люди, которые отстаивали вашу независимость и свободу, это не место, где проходил карнавал. Думаю, гораздо уместнее зажечь свечу, принести цветок, постоять, поразмышлять молча, почтить их подвиг, пожелать, чтобы там, где они теперь, им пришлось не так тяжело, как на Земле...».

Киевляне, признаться, немного расстроились: видимо, знали, что в каком-нибудь другом месте, скажем, в одном из центральных кинотеатров, где Джаред должен был представлять новую картину «Далласский клуб покупателей», организаторы не разрешат приблизиться к звезде. А если и разрешат, то потребуют за это от 250 до 2500 гривен в зависимости от того, что вы хотите: просто посмотреть картину, о которой рассказал голливудский красавец, или же пообщаться с ним пару минут.

Лето, по всей видимости, был не в курсе, что им вертят, як циган сонцем, и что в течение получаса устроители премьеры муштровали зрителей и журналистов, будто и не было у нас в стране никакого Майдана: «Отошли, пожалуйста, к стене! Отошли, я кому сказала? Стали вон там, в проходе, никаких пресс-конференций не будет, смотреть фильм пресса тоже не должна...». Потому что, едва актер вошел в зал, стало понятно: он как раз настроен общаться.

«СОБОЛЕЗНУЮ ВСЕМ, КТО В ЭТОЙ БОРЬБЕ ПОТЕРЯЛ СЫНА, МУЖА, ОТЦА, БРАТА...»

«Я так рад вас видеть! — признался Лето. — Вы наверняка знаете, что многие коллективы и артисты отменили выступления в Киеве: ну, это их право, я не осуждаю, потому что картинка в телевизоре действительно была пугающая — этот пылающий центр города, эти бойцы спецназа, избивающие людей... Но мы с группой, как видите, не испугались и приехали, о чем никто из нас не жалеет, из вас, надеюсь, тоже. Вы так радушно принимали нас вчера на концерте, подарили и флаг, и шарф с вашей символикой... Я почуствовал себя своим, украинцем. Ну, может, это закономерность какая-то, я ведь в одной из картин украинца играл (в фильме 2005 года «Оружейный барон» персонажа Джареда звали Виталий Орлов. И кстати, в повседневной жизни Лето носит одежду модного брэнда Odyn Vovk, которую разрабатывает американский дизайнер с украинскими корнями Остин Щербаненко. — Авт.). Обещаю, что никогда вашу страну не забуду и обязательно вернусь посмотреть, как вы, преодолев все трудности и опасности, заживете счастливо. Я очень в это верю».

На вопрос: «Чем для вас является поездка в Украину?» — Лето ответил: «Возможностью увидеть все своими глазами: и Майдан, и людей, которые там находятся, и эту устланную цветами улицу... Разве можно говорить о том, что в Киеве воевали какие-то экстремисты или фашисты, когда ты видишь, как люди чтут их память? Меня поразило, что среди погибших был паренек 19 лет, я видел его фотографию. Такой молодой, почти ребенок! Он мог бы быть сейчас с нами, мог прийти на мой концерт, у него вся жизнь была впереди — и ее так безжалостно отняли, а потом еще и сказали, что он фашист... Я соболезную всем, кто в этой борьбе украинцев за мечту и национальную идею потерял сына, мужа, отца, друга, брата. Ком в горле, не могу говорить. Преклоняюсь перед вашим народом, его невероятным мужеством и силой духа».

Тем, что, по сути, посвятил свой первый «Оскар» украинцам и венесуэльцам, Джаред очень гордится: «Я ведь тогда не знал, что у вас и как, только сложил об этом представление из увиденного в новостях, но смотрите, как правильно все прочувствовал!».

Заветную награду актер хранит на кухне: «А что? Стоит себе на полочке, где лежат ключи, другие вещи, которые часто необходимо доставать, потому что если друзья приходят в гости, они обязательно просят: «Покажи «Оскар»!». Прятать куда-то далеко нельзя, пока этот ажиотаж не схлынет. Ой, у меня с этим «Оскаром» столько приключений было! На самой церемонии чуть ли не все актеры, с которыми я знаком и которые еще не удостоились этой награды, хотели сфотографироваться с «золотым человечком», и я, конечно, разрешал, хотя побаивался, что потом не найду или не вспомню, у кого он... А когда спускался со статуэткой по ступенькам вниз, от волнения споткнулся и выронил ее! Побил, поцарапал — нельзя, наверное, мне такие ценные вещи доверять...».

Американская киноакадемия все же доверила — за роль больного СПИДом транссек­суала Рэйона, который помогает такому же больному Рону Вудруфу, главному герою фильма «Далласский клуб покупателей», лечить ВИЧ-инфицированных запрещенными в Штатах препаратами. Чтобы сыграть ковбоя Вудруфа, вся жизнь которого — сплошное родео в прямом и переносном смысле, потому что врачи давали ему всего 30 дней, а он боролся так отчаянно, что прожил семь лет, Мэттью Макконахи похудел на 17 килограммов. Джареду Лето пришлось в рекордные сроки — буквально за месяц — сбросить еще больше: организм его персонажа Рэйона — добрейшей души человека, совершенно не понятого и не принятого обществом и собственной семьей, до основания разрушен СПИДом...

«ДУМАЮ, ПРОБЛЕМЫ СО ЗДОРОВЬЕМ ПОПУГАЮТ НЕМНОГО И СДАДУТСЯ»

Чтобы сыграть доходягу-наркомана, на котором, как на вешалке, болтается даже самого маленького размера женское платье, актер сел на жесточайшую диету и испытал на себе все «прелести» жидкого голодания — питался практически одной водой да лимонным соком. Результат удивил всех: от секс-символа Лето остались кожа да кости, в картине его невозможно узнать! Вес Джаред уже набрал, однако надругательство над здоровьем не прошло даром: у звезды развилась подагра — болезнь суставов. «Я привык бороться с трудностями, меня мало чем можно испугать, — отшучивается актер. — Думаю, проблемы со здоровьем тоже попугают немного и сдадутся».

«Далласский клуб покупателей» заработал три «Оскара»: один на счету у Лето, второй — за главную мужскую роль — у Макконахи, а третий дали за лучший грим и прически. Награды, как выразился один западный критик, заслуженные, но мало: фильм весьма достойный, хорошо снят, невероятно актуален и раскрывает множество тем одновременно. Можно ли нарушать закон ради спасения жизней и можно ли за это судить, имеет ли человек, которому бюрократы и фармацевтические мошенники не дают лечиться в своей стране, право ввозить препараты из-за рубежа, что такое вообще преступление и кто вправе определять наказание, как меняются люди, оказываясь за 30 дней до смерти, и как смерть, увидев нечеловеческое желание жить, отступает, словно из уважения...

В основе картины — реальная история Рона Вудруфа, у которого ВИЧ обнаружили в 86-м. Менее чем за месяц «лечения» разрешенным в США высокотоксичным препаратом AZT вирус перешел в стадию СПИДа, развилась хроническая пневмония и другие тяжелые осложнения, и Рон использовал последний свой шанс — поехал в Мексику за несертифицированными медикаментами, которыми потом, придя в себя, начал торговать в своем родном Далласе и из-за которых был вынужден судиться с фармацевтическими корпорациями.
Умер Вудруф в 92-м, и те, кто был с ним знаком, до сих пор говорят о нем как о «неуловимом ковбое, которого старуха с косой никак не могла догнать»...

Был ли на самом деле у Рона колоритный друг по имени Рэйон — герой Джареда Лето — и умер ли он в больнице, после чего Вудруф перестал даже деньги с «пациентов» брать, только бы помочь, не знаю. Однако не будь его в картине — воздушного, кокетливого, в белом парике и коротком платьице, в платочке и пушистом розовом халатике, — картина много потеряла бы, да и кухню Джареда не украшал бы «золотой человечек».

«Не понимаю, почему я не взял статуэтку в Киев, — удивлялся самому себе актер, — можно было бы с ней прикольно потусить, вам, в конце концов, показать... Ну ничего, в следующий раз приеду — обязательно привезу!».



Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
1000 символов осталось