В разделе: Архив газеты "Бульвар Гордона" Об издании Авторы Подписка

Без начальника толпа сиротеет

Виталий КОРОТИЧ 7 Августа, 2007 21:00
За последние лет 20 власть в Украине менялась несколько раз. Способы этих перемен и сама власть бывали демократическими и не очень, но, что самое забавное, механизм власти оставался привычным.
Виталий КОРОТИЧ

За последние лет 20 власть в Украине менялась несколько раз. Способы этих перемен и сама власть бывали демократическими и не очень, но, что самое забавное, механизм власти оставался привычным. И сейчас, когда в борениях за начальственную булаву схлестываются вроде бы противостоящие силы, особых перемен в механизме власти тоже не предвидится. Все понимают, от кого к кому могут перейти те самые бразды правления, подержаться за которые дано немногим.

При всех разговорах о народе и его всемогуществе этому самому народу в Украине давно уже ничего не принадлежит. Когда-то всем владела самодержавная власть (последний император незадолго до свержения с трона в анкете о роде своих занятий написал: «Хозяин земли русской», в состав которой он, естественно, включал и «Малороссию»), затем была советская партийная власть, за ней — нынешняя. Несколько сот лет подряд народ отучивали от инициатив, внушая, что только послушные и исполнительные преуспевают в жизни. («Вот приедет барин — барин нас рассудит», — писал поэт).

При царях за послушание жаловали награды денежные, земельные и должностные, при большевиках — номенклатурные. Получать стало привычнее, чем зарабатывать, — заработную плату звали «получка». Вороватый чиновник тоже стал привычен, перетекая из одной государственной системы в другую, обслуживая любые правительства. Чиновники принимали людей из народа, выслушивали, обещали за небольшую мзду не обидеть. До высокой власти далеко, а чинуши — вот они, рядышком, свои.

Иногда нынешние чиновники сердятся и наказывают народ (милицейскими палками и по разным местам), но жить можно. В прежние времена, случалось, за непослушание пороли или даже расстреливали. А сегодня важный чиновник потопает ножками перед телекамерой или скажет гневную речь — чего тут бояться?

Народ, привыкший к подневольности, стал мечтателен, потому что власть отучила его понимать реальное положение вещей, приохотила к пассивности, к тому, что все объяснят, когда будет надо, к пению на митингах, походам на демонстрации с лозунгами, выданными заранее, и на выборы, где голосуют за списки. Даже сегодня далеко не каждый способен быть хозяином, мало кто может по-хозяйски разобраться в природе событий и в том, как работает мировая или национальная экономика. 30 лет, с 20-х до 50-х годов XX века, «хозяином» у нас называли одного из самых лютых палачей в истории — и ничего, жили...

Ученые придумали особый термин «патернализм», обозначающий привычку к покровительству, к зависимости от власти, к восприятию большого начальника как «отца родного», без которого толпа сиротеет. На нас исподволь отработаны технологии обретения народной любви и поддержания видимой стабильности в обществе. Если что не так, напомнят о кровавом опыте революций, которых никто больше не хочет. Так или иначе, но многие из нас пропустили в своем развитии XX век, воспитывавший самостоятельность и выводивший в мировые лидеры страны с народом амбициозным, непослушным, творческим.

Надо наверстывать. Тот самый, пропущенный, XX век сейчас переполз у нас в XXI и еще не заканчивается. Не мы одни такие. Большинство послесоветских стран мучится по такой же схеме. Неподалеку Иран спешит сварганить бомбу, но даже ей невозможно взорвать исторические барьеры. К сожалению и вопреки поговорке, мы пытаемся преодолеть пропасть времени в несколько прыжков. Ничего, лишь бы удалось, лишь бы мы перестали быть вечно ведомыми. Власть понемногу меняется, у нее убывает веры в собственный электорат, который становится думающим народом. Что и требовалось доказать...



Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
1000 символов осталось