В разделе: Архив газеты "Бульвар Гордона" Об издании Авторы Подписка
Живет такой парень

Музыкальный критик Сергей СОСЕДОВ: «Жизнь — это вечный конкурс! Мы то в роли сбитых летчиков, то сбивающих асов, но в конкурсах, как и в жизни, не всегда побеждают лучшие»

Анна ШЕСТАК. «Бульвар Гордона» 20 Января, 2011 22:00
Известный российский журналист и критик завершил работу в первом сезоне украинского шоу «Х-фактор».
Анна ШЕСТАК
Я застала Сергея Соседова буквально на пороге киевской квартиры: он собирался домой, в Москву. Почти опаздывал на поезд, но все же выкроил время, чтобы поделиться впечатлениями от Украины, «Х-фактора» и людей, с которыми довелось работать. «Не думайте, что навсегда уезжаю, - сказал Сергей. - В конце января вернусь - и снова за работу. Я вообще, наверное, пропишусь у вас!».

«Я НЕПРИХОТЛИВ, НЯНЬКИ У МЕНЯ НЕТ»

- Признавайтесь, Сергей, что из Украины везете?

- Ой, кучу подарков! Во-первых, шишки новогодние, которые Игорь Кондратюк подарил. Три стеклянные шишки - роскошные, очень красивые, нигде таких не видел. Картину везу - подарил художник Валерий Сосна, друг семьи Ткаченко. Родители моего подопечного Вовы Ткаченко подарили мне и моей маме шерстяные носки, варенье из айвы, из сливы... Вовин друг, который занимается кофейным бизнесом, - набор великолепного элитного кофе. Есть еще книги, диски, какие-то маленькие подарочки от Сереги, шампанское, маринованные огурцы, помидоры... Даже не знаю, как все это в машину погрузить! Одна надежда на друзей: вот-вот должны прийти, чтобы проводить меня на вокзал.

Давно не видел маму, брата Володю, племянников. Новый год они без меня отмечали. Жду не дождусь, когда приеду домой и всей семьей соберемся.

- Слышала, вы любите путешествовать...

- Пару дней побуду дома и поеду в Финляндию с американской подругой Наташей. Она хорошо знает Хельсинки (потому что училась там) и обещает показать город. А потом сплаваем на пароме в Стокгольм.

- В минувшем году вас впервые позвали работать в чужую страну. Долго колебались: ехать или нет?

- Украина никогда не была для меня чужой. К тому же я знал, что «Х-фактор» очень интересный проект. Мне были важны только условия, на которых меня приглашают.

- Под «условиями» что подразумеваете?

- Проживание, питание, гонорар, машину, которая меня привозит и увозит... Что вы, в Киеве меня водили в дорогие рестораны, принимали как человека, которого любят! Я чувствовал такое трепетное отношение, что это доводило меня до слез!

Вот представьте: за вами приезжают, спрашивают, нравится ли квартира, которую для вас сняли, что бы вы хотели, чтобы в ней было... У меня ведь тоже есть райдер, как у любого артиста, который выезжает на гастроли. Хотя я неприхотлив. Для меня важно, чтобы было уютно, тепло, тихо, не было шума городского и не ездили под окном машины, потому что я люблю покой. Обязательно - телевизор, видеоплеер, телефон, хорошая ванная. Естественно, кровать, одеяла, подушки. А продукты покупаю сам, няньки у меня в Киеве нет.

- Тяжело было полгода на две страны жить?

- Я практически забросил свою работу в Москве. И, наверное, не будь я Сергеем Соседовым, меня бы уже давно выгнали отовсюду...

- Сравнивали Россию и Украину?

- Конечно. В Москве мой дом, и там в отличие от Киева я не хожу ни в рестораны, ни в кафе. Если спросите, где лучше пообедать, ничего не смогу ответить, потому что просто не знаю московских ресторанов! Бываю там редко, только если кто-то из друзей пригласит. А здесь приходилось каждый день обедать и ужинать в хороших заведениях.

В Москве я появился на свет, и для меня не существует другого города для жизни. Хотя это тяжелый, трудный город. Только для того, кто там родился, он становится городом навсегда. А Киев - приветливый, теплый, здесь другой ритм жизни - более спокойный, более светлые люди. Они не так спешат на работу, не загружены бизнесом. У меня теперь здесь много друзей.

Киев - мой второй дом, каждый раз еду сюда и знаю, что меня хорошо встретят. А уверенность в том, что тебе есть кому позвонить и ты не будешь ночевать на улице, дорогого стоит.

«К СОЖАЛЕНИЮ, СОВСЕМ НЕ УМЕЮ ИСКАТЬ ДЕНЬГИ...»

- Наверняка и в кафе, и в ресторанах вас узнают. Ощущаете себя звездой?

- Честно говоря, я плохо отношусь к слову «звезда», хотя иногда его употребляю. Понимаете, звезда - это Алла Пугачева, София Ротару. Правда, сейчас это слово девальвировано, так называют узнаваемых и просто известных людей. Я ощущаю себя известной, а сейчас - даже популярной личностью. Но я же не живу, как звезда. Сам хожу в магазины, прибираюсь. Атрибутов звездности у меня нет.

Хотя вся комната заставлена цветами. Сколько я в Киеве жил, у меня всегда были цветы в квартире: поклонники дарили. Сейчас вот на кухне - прекрасные розы. А в гостиной стоят уже увядшие, и я не знаю, куда их нести: мусоропровода в доме нет... Думаю, меня можно назвать звездой за качество работы, которую выполнил на «Х-факторе». Мне не стыдно ни за одно слово, сказанное в эфире, ни за одного моего артиста.

Я считаю, что отработал очень красиво, раз люди говорят добрые слова и просят автографы. В такие моменты понимаю: да, наверное, я звезда. Почему нет? (Смеется).

- Но все-таки обидно, что не ваш подопечный победил?

- Вы знаете, в конкурсах, как и в жизни, не всегда побеждают лучшие. Для меня победителей двое - Ира Борисюк и Вова Ткаченко. Эти артисты мне дороги. Так же, как и Юра Богуславский - мой третий подопечный, который выбыл, увы, после первого же тура. Ну не оценили должным образом, что поделать. Это проблема не моя, а публики. Мои певцы были самыми профессиональными и оригинальными.

- Будете помогать им и дальше?

- По мере возможностей. Я, к сожалению, не умею искать деньги - в этом смысле я плохой продюсер. Хороший продюсер сразу распишет бизнес-план, знает, как работать со спонсорами. Спонсор ведь не даст денег просто так, он должен «отбить» их через полгода или год.

Я могу рассказывать об артистах, представлять их, быть музыкальным продюсером - подбирать репертуар. Но что касается перспектив... Можно придумать шоу, записать шикарные песни, а публика не пойдет. Она непредсказуема, и зрительское голосование это только подтверждает. Я не понимаю, за что люди голосуют. Логики в этом очень мало.

- Как считаете, победа Алексея Кузнецова закономерна?

- Дело в том, что ваши зрители голосуют регионально, по принципу землячества. За Лешу голосовал Донбасс - как за своего. Сын шахтера, простой, бесхитростный мальчик, рослый, крепкий, чем-то похож на Президента вашего... Во многом это политическое, социальное голосование, не по творческим критериям. В профессиональном отношении были певцы гораздо сильнее.

Леше многому надо учиться, и это понятно: ему всего 19. Голос нужно ставить, шлифовать, тем более что Кузнецов - певец оперный, а оперные артисты созревают к 30-35 годам. То, что он показал на сцене, - ученичество. А для эстрады, я считаю, такой артист вообще не годится, там нужны другие качества.

Эстрада - самый сложный вид искусства, потому что синтетический. Это и музыка, и вокал, и театр, и хореография, и цирк, и даже опера. Но главное - надо иметь свое лицо, свою подачу, интонацию, свой образ. К зрителю нужно нести свою судьбу. А если артист приходит, чтобы показать голос, какие у него верха или низы... Век таких артистов недолог. Долог век тех, кому есть что сказать публике, и все мы знаем этих корифеев - это и Клавдия Шульженко, и Лидия Русланова, и Леонид Утесов, и Марк Бернес, и Владимир Высоцкий, и Муслим Магомаев... У них были разные голоса. У кого-то - фантастически мощный, а у кого-то - как у Шульженко или Майи Кристалинской - небольшой. Но была личность! Голосовых певцов и певиц хватает. Голоса огромные, а толку мало. Людям холодно от этого пения!

- Вы смело критикуете как молодых артистов, так и маститых. Приходилось за правду страдать?

- Никогда. Нет у меня среди артистов врагов, потому что друзей закадычных тоже нет. Я близко с ними не схожусь: у нас разные профессии и рабочие графики. У них гастроли, нынче - здесь, завтра - там. Я так не работаю. Не могу жить в бешеном ритме. Я должен много отдыхать, высыпаться, иначе у меня не будет жизненных сил.

Один раз то, что я сказал, не понравилось руководству российского Первого канала. «Тату» стали третьими на «Евровидении», все вокруг сетовали, как это несправедливо, как мало, а я, наоборот, утверждал: да за такое пение даже много, пусть еще спасибо скажут! Со мной никто не разбирался, просто перестали приглашать на ток-шоу. Пять лет меня на канале не было, а сейчас снова зовут, и все замечательно.

«Я ВО ВСЕХ АРТИСТОВ ВЛЮБЛЯЮСЬ, И В ВОВУ ТКАЧЕНКО БЫЛ ВЛЮБЛЕН. А ОН МЕНЯ ЦЕЛОВАТЬ ПОЧЕМУ-ТО БОЯЛСЯ...»

- В программе «Х-фактор» судьи часто спорили. С кем из коллег вам было проще договориться?

- А я не старался договариваться. С Елкой, с Серегой и Кондратюком у меня были и остаются хорошие отношения. А то, что мы спорили, - это прекрасно! Если бы не спорили, это было бы не жюри, а шобла какая-то! «Да-да, и я с вами одного мнения, четыре «да»!». «Вы против? И я тоже. Четыре «нет», господа!». Что скажут зрители? Никакое это не жюри, там давно все куплено, за кого голосовать? У нас ничего подобного не было, были живые обсуждения, эксцентричные, но настоящие.

Мне про Серегу говорят: мол, наезжал на вас, то да се... Да Серега, может, мой самый близкий друг в этом шоу! Сейчас он принимает участие в моей судьбе, помогает с моими проектами. При встрече мы обнимаемся и целуемся. Да, мы очень разные, но именно потому интересны друг другу.

- Он вас то голубой краской в судейской палитре называл, то на хорошеньких мальчиков ваше внимание обращал. Ориентацию вы никогда не скрывали, не задевают, когда на этом акцентируют внимание?

- Ой, да ради Бога! Это прекрасно! Хорошо, что мы наконец об этом заговорили, - о голубой любви, о розовой... Это замечательно, я всегда это отстаивал. И говорил комплименты не только девушкам, но и юношам, которыми восхищался. У нас была вечеринка по поводу закрытия первого сезона шоу, так я всех расцеловал - и тех, и других!

А что касается Сереги, то он человек толерантный, европейский, учился в Германии. Прекрасно все понимает. Если знает, что мне будет приятен его поцелуй, почему бы и не поцеловать?

- Порой казалось, что Владимир Ткаченко вас побаивается: то отойдет, то руку отдернет...

- Вова - это сказка. Однако есть в нем какой-то тормоз, который мешает раскрыться. Характер тяжелый. Но хорошо, что этот характер есть, плохо, если его нет вообще... Серега меня предупреждал: «Ты с ним многого хлебнешь. Он профессионал, будет делать только то, что хочет. Не захочет прогибаться. Такого трудно обламывать». И, между прочим, никто его в проект брать не желал, кроме меня. Говорили: «А, это «сбитый летчик», он уже раз пытался - в дуэте «Барселона», да не вышло...». Я отвечал: «Как вы можете говорить так об артисте, о человеке? Мы все уходим от кого-то, мы выбираем, нас выбирают. Жизнь - это вечный конкурс! Мы то в роли сбитых летчиков, то сбивающих асов. Сегодня ты сбитый, а завтра - выше всех!».

Вову взяли, скорее, из уважения ко мне. Я поставил коллегам условие: «Если вы меня уважаете, сделайте хотя бы один подарок!». Но настоящим подарком оказалась Ира Борисюк. Как с ней легко работать! Она с удовольствием учится, все пробует, схватывает на лету. И умница, и красавица...

- Неужели растопила ваше сердце?

- А у вас, прости Господи, одно на уме! У меня были с ней удивительные, теплые, нежные отношения. Но неужели, по-вашему, я должен был на ней сразу жениться?

- Помню, на одесском кастинге одна участница призналась вам в любви и сказала, что давно мечтает поцеловать Сергея Соседова...

- Ниночка - замечательная девушка. Мы с ней общаемся, я ей звоню, она мне. Мне она безумно нравится. Как артистка. Да я во всех артистов влюбляюсь, когда с ними работаю. Я и в Вову Ткаченко был влюблен. А он меня целовать почему-то боялся и от моих поцелуев отворачивался. Но все же сказал несколько добрых слов - и о том, что многим обязан мне, и что я - лучший продюсер.

- Пару лет назад вы решились сфотографироваться обнаженным для желтой газеты. Многие возмущались: «Как это? Такой интеллигент - и без штанов!».

- (Смеется). Это была идея самой газеты, и ничего плохого в этом я не вижу. Как говорится, «Что наша жизнь? Игра!»... Кого я унизил, кого оскорбил? И потом, там же был какой-то фиговый листок.

- Слишком уж фиговый... Что это было с вашей стороны - протест, эпатаж, желание похвастаться?

- Точно не эпатаж. Я вообще никого не эпатирую, ничего не играю, я такой, какой есть. А тогда просто доверился опытному фотографу Борису Кудрявову. Правда, от публикации осталась пятая часть, интервью было порезано, мои фразы вырваны из контекста... Но в снимках-то что плохого? Ничего же не было - ну, стою я в ванной... После выхода газеты мне говорили: «Надо же, у такого известного человека - и такая бедная ванная!». Там еще не было ремонта... И что я очень худой, говорили. Господи, неужели и вы считаете, что мне нечего показать?

- Что вы! Однако я бы все-таки вас подкормила...

- Ой, да не в коня корм! Я ем достаточно, но вот уже много лет (Соседову - 42. - Авт.) при росте 186 сантиметров вешу 63 килограмма! Мне и котлеты как-то приносили - в другую передачу, «Правила жизни». Не помогло...



Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
1000 символов осталось