Первый эротический опыт Роман Виктюк получил в четыре года под столом. С девочкой...

Когда одной московской барышне, которая давно увлекается творчеством Виктюка, я похвасталась, что в Киеве будет творческий вечер Мастера, она ответила, что, пожалуй, сама уже может за него выступать. Действительно — большинство баек, мифов и легенд, которые рассказывает о себе Роман Григорьевич, почитатели его таланта — да и не только они — знают практически наизусть. Но вот в чем штука — никто не может выступать за Виктюка. Только он один умеет рассказывать эти истории так, что и в 10-й, и в 50-й раз ты слушаешь, искренне сопереживая, хохоча и плача. Как и его спектакли, их можно смотреть бесконечно: вроде текст тот же, а все по-другому — в общем, обычная виктюковская магия.

Творческий вечер маэстро — а дело было в киевском Театре оперетты — начался, конечно же, с музыки — с пронзительной темы Мадам из легендарных «Служанок», которых, к слову, в прошлом году Роман Григорьевич восстановил с новыми молодыми актерами.

Все-таки Виктюк — гениальный актер и мог бы в этом качестве стать звездой невероятной — кстати, в ГИТИСе он учился именно на актерском! Рассказы Романа Григорьевича чередовались с фрагментами из нового документального фильма «Уроки Мастера», снятого Игорем Волохецким, — с этим же режиссером Виктюк делает свой цикл передач «Поэтический театр Романа Виктюка». Причем демонстрируемые кадры Мастер видел впервые, был очень впечатлен и даже несколько смущен.

Фильмов о Виктюке снято множество, казалось бы, все рассказано — ан нет! Такие трепетные истории откопали! Конечно же, про любовь — первую любовь скандального режиссера. Дело было во Львове, и было тогда гению целых четыре года. Ромочку оставили вечером дома с соседской девочкой. Тут началась гроза, будущий гений залез под стол, и очень ему хотелось, чтоб соседка туда к нему приползла. Девочка флюиды уловила, и под столом Роман Григорьевич получил свой первый эротический опыт, которым так проникся, что всю жизнь ставит спектакли исключительно о любви!

У Виктюка незабываемая лексика. Он столь обаятельно произносит слова, которые считаются не очень сценическими, что вместо неловкости — общий восторг. Например, «у львiвської дитини, яка їхала до Москви вступати до ГIТIСу, грошi були зашитi в трусах на срачинi». Звучали и фирменные неологизмы — «чичирка», «манюрка», «гедзалка», которые пора уже в толковый словарь занести — то ли русского, то ли украинского языка, а лучше одновременно в оба.

Из малоизвестного Виктюк рассказал чудесную историю о своем знакомстве с Раневской. Опять-таки во Львове 10-летний Рома выследил, где поселилась приехавшая на гастроли актриса, и пришел в гости — в полдевятого утра. Столь ранний визит незнакомого маленького мальчика Фаину Георгиевну явно не обрадовал, однако она впустила гостя со словами: «Так я ж, б... еще не одета!».

Естественно, на творческом вечере присутствовали и гости. Ольга Сумская с Виталием Борисюком исполнили романс. (Давным-давно юная Ольга играла в спектакле «Уроки музыки», поставленном Виктюком в Театре Леси Украинки). Выйдя на сцену, Борисюк попытался изобразить, как во время учебы в институте копировал движения из знаменитых «Служанок». Получилось не очень убедительно, но смешно. Тематически всплыла другая история: как Роман Григорьевич впервые увидел нынешнего премьера своего театра — Диму Бозина. Бозин тоже участвовал в пародии на «Служанок», только там талант был безошибочно угадан по одной лишь бозинской ноге, появившейся из-за кулисы.

А затем Виктюк вывел на сцену свою «небесную невесту» — легендарную Аду Роговцеву, с которой в свое время поставил «Священные чудовища», «Даму без камелий», «Бульвар Сансет». Ада Николаевна поведала, как в этот же день Виктюк позвонил ей и выяснилось, что оба сидят и едят сало, — родственные души! Они стояли на сцене, взявшись за руки, как дети, — невероятно трепетные. Казалось, будто светятся изнутри — Мастер и его Актриса. Однажды Валентина Терешкова рассказала Виктюку, как была поражена: из космоса не видны ни дома, ни деревья — ничего, только светящийся шарик. Так и Виктюк — он всегда свет...

Финал получился, как отдельное действие, — вроде поклонов в виктюковских спектаклях. Мэтра захлопали, завалили цветами и улыбками, долго не отпускали... Вот уже много лет Роману Григорьевичу снится один и тот же сон: «Виктюк, на сцену!» — кричат ему в театре. Он тут же появляется: «Я всегда на сцене!».