В разделе: Архив газеты "Бульвар Гордона" Об издании Авторы Подписка
Эпоха

Писатель, публицист, создатель первой энциклопедии русского рока Александр ЖИТИНСКИЙ: "Пытаясь устроить Гребенщикову квартиру, я познакомился со своей третьей женой"

Людмила ТРОИЦКАЯ. «Бульвар Гордона» 5 Июля, 2005 21:00
Когда-то питерский писатель Александр Житинский был инженером-программистом. Потом он переквалифицировался в поэта и журналиста, а чуть позже в писателя. Столь радикальная смена профессии принесла свои плоды: в 80-х Житинский стал одним из самых читаемых писателей СССР.
Людмила ТРОИЦКАЯ
Когда-то питерский писатель Александр Житинский был инженером-программистом. Потом он переквалифицировался в поэта и журналиста, а чуть позже в писателя. Столь радикальная смена профессии принесла свои плоды: в 80-х Житинский стал одним из самых читаемых писателей СССР. Он автор 18 книг, многие из которых изданы за границей, среди них "Лестница", "Внук доктора Борменталя", "Снюсь", "Разговоры с Милордом", "Элегия Массне", "Фигня". Александр Николаевич плодотворно поработал и в кино. По его сценариям сняты фильмы "Барышня-крестьянка", "Филиал", "Лестница", "Время летать". В начале 80-х популярный журнал "Аврора" заказал писателю серию статей об отечественной рок-музыке (они потом вошли в книгу "Путешествие рок-дилетанта"). Эти публикации сразу же сделали его знаменитым: Житинского стали считать экспертом русского рока, к мнению которого прислушивались как музыканты, так и публика. Сегодня Александр Житинский - один из главных интернет-авторитетов, генеральный директор собственного издательства "Геликон", а также заместитель Бориса Стругацкого в журнале фантастики "Полдень, XXI век".

"УВИДЕВ ГРЕБЕНЩИКОВА, СОТРУДНИКИ ЗАГСА АХНУЛИ: "ТАКАЯ ЗВЕЗДА И БЕЗ ТОРЖЕСТВЕННОЙ РЕГИСТРАЦИИ?!"

- Александр Николаевич, почему довольно известный литератор и сценарист вдруг решил написать книгу "Путешествие рок-дилетанта" - о развитии рок-культуры в СССР? В начале 80-х считалось, что в нашей стране рока, как и секса, нет?

- В то время я сотрудничал с журналом "Аврора", и мне предложили написать о современной молодежи. Сначала я отправился на дискотеку. Хоть я и был еще нестарый, но среди танцующих подростков все равно выглядел мастодонтом. Там для меня все было в новинку. Я же тогда в своем развитии остановился на уровне "Битлз".

- Ну да, "Битлз" в 80-е были очень "актуальны"!

- Кстати, в своей первой статье по заказу "Авроры" я допустил страшную ошибку: спутал попсу с роком. Что тут началось! На адрес редакции писали возмущенные читатели: мол, как вы можете говорить о том, в чем ни черта не смыслите! И тогда я стал вникать в тему. Начал посещать концерты, познакомился с музыкантами, побывал на рок-фестивале. Где, кстати, впервые увидел Борьку Гребенщикова.

- Как вас приняла эта тусовка?

- Да нормально. Ведь для того, чтобы быть объективным, нужно близко изучить предмет. Я взял бутылку и пошел знакомиться.

- С Гребенщиковым тоже познакомились с помощью поллитры?

- Борису меня представила знакомая журналистка. Потом мы пошли ко мне домой. Купили, конечно, коньяка...

- Каким он показался вам при первой встрече?

- Помню, меня тогда очень удивило пренебрежительное отношение Гребенщикова к собственным текстам. Он подчеркивал, что они не являются стихами, а его самого ни в коем случае нельзя считать поэтом.


В молодости БГ очень пренебрежительно относился к своим текстам, подчеркивая, что это ни в коем случае не стихи. В центре Жанна Агузарова и Гребенщиков

По-моему, это была естественная хитрость при встрече с незнакомым литератором на случай, если тот начнет цепляться к словам. Ведь БГ уже не раз доставали на сей счет.

Короче говоря, выпили, посидели. После этого мы с Борей сдружились. Он дарил мне свои альбомы, звонил, спрашивал мое мнение.

Позже меня стали приглашать в жюри всевозможных рок-фестивалей. Наверное, потому, что во всем Союзе не нашлось больше писателя, который во все это вник. В те времена мне пришлось прослушать массу записей разных рок-групп.

- Наверное, после этого вы стали фанатом рока?

- Во всяком случае, эта музыка мне показалась очень честной. Было начало 80-х, только умер Высоцкий. Я прекрасно понимал, в каком обществе живу. Но чувствовал, что могу хотя бы попробовать изменить общественное мнение в восприятии рок-музыки.

- Думаю, многие родители сказали вам спасибо за такой ликбез?

- По крайней мере, многие благодарили меня за то, что я помог им найти контакт с детьми. Более того, с моей подачи родители тоже начали слушать рок и даже что-то в нем понимать.


"Борис - умный человек и сделал себя сам, много работая над своим имиджем"

А до этого отцы и дети находились в полных контрах! Книга и статьи сыграли свою роль. Хотя, надо сказать, многие рок-музыканты были недовольны.

- Почему?

- Ну, с кем-то я больше дружил... Например, с Борей Гребенщиковым и Майком Науменко. А, скажем, с Бутусовым и Шевчуком меньше, с Цоем вообще только изредка пересекался.

- То есть были недовольны главным образом те, кого вы обошли своим вниманием?

- Типа того. Возмущались: "Да что он в этом понимает?!". К слову, работа над этой темой в конце концов сыграла свою роль и в моей личной жизни.

- Каким образом?

- Женился в третий раз! С последней женой меня познакомил Борис Гребенщиков. Она тогда работала в "Ленинградской правде", и мы с ней пытались устроить Гребенщикову квартиру.

- А что, БГ мыкался по чужим углам?

- Представьте себе! При этом он уже был знаменитым артистом, которого знала вся страна. Тогда мы с Леной стали писать в инстанции и газеты: дескать, такой город такому музыканту не может дать квартиру. И таки дали! Устраивая быт Гребенщикова, мы с Леной сблизились, и я развелся со своей второй женой.

- И как вы отблагодарили за это БГ?

- Мы с Леной стали свидетелями на его свадьбе!

- Свадьба-то хоть торжественной была?

- Да нет. Регистрацию с маршем Мендельсона вообще не заказывали. Просто явились в загс. Но сотрудники Бориса сразу узнали и ахнули: "Как это так, такая звезда и без торжественной регистрации?! Да мы вас сейчас так красиво распишем, а денег не возьмем!".

Короче говоря, дружба с рок-музыкантами - большая и не самая худшая часть моей жизни. Дилетант-то дилетантом, но я ведь в результате стал неплохо разбираться в этой музыке. И сейчас хотя бы изредка бываю на концертах.

"ЛЬВИНАЯ ДОЛЯ ПОПУЛЯРНОСТИ ПЕЛЕВИНА - ЭТО ГРАМОТНЫЙ ПИАР"

- Вы сказали, что были знакомы с Виктором Цоем...

- Мы не были друзьями, как с Гребенщиковым. Хотя с Цоем меня познакомил именно Борис. Хорошо помню нашу первую встречу. Цой пришел тогда с Марианной. Борис представил Виктора как восходящую звезду. Но почему-то в тот момент в это слабо


"Цой никогда не вел себя, как звезда. Всегда был сдержанным и немногословным"

верилось.

- Почему?

- Группа "Кино" в то время успела записать только один альбом - "45". Витя был чрезвычайно сдержанным и немногословным. За все наши встречи я не припомню, чтобы он сказал больше двух-трех фраз. Он никогда не вел себя, как звезда.

- Вы пишете о нынешних артистах?

- Иногда. Вот я одним из первых написал о "Ночных снайперах" еще в 1998 году, когда о них практически никто не знал, и предсказал, что они станут звездами.

- Кому-нибудь еще, кроме Гребенщикова, помогали?

- По мелочи. Ну, рецензию написать на альбом... Книга "Путешествие рок-дилетанта" - это сборник моих рецензий, интервью, статей. Я знаю, что многие читатели выписывали журнал "Аврора" только из-за них. К слову, тираж тогда вырос от 150 тысяч до миллиона экземпляров!

- Вы ведь по-прежнему общаетесь с Гребенщиковым. Он очень отличается от того БГ, который был 15 лет назад - в пору вашего "рок-дилетантства"?

- Нет, пожалуй. Просто тогда он был более доступен. Но это можно понять. И дело тут вовсе не в "звездной болезни". Человек физически не может уделять внимание всем подряд.

Когда-то после концертов мы с Борисом брали бутылку вина, ехали к нему в мансарду и сидели до утра. А сейчас при встрече только обнимаемся. Борис максимум, что успевает, - выдать дежурную фразу: "Сашка, ты прекрасно выглядишь!". Но я отлично понимаю, что это говорится чисто автоматически. Естественно, ведь его донимают фанаты, и человек уже просто не включается.

- Александр Николаевич, в последнее время писателей стало больше, чем читателей. Вам не кажется, что это просто какая-то фигня?

- Думаю, так оно и есть. Такое впечатление особенно усиливается после посещения Сети. Я много лет занимаюсь издательским делом и давно понял, что, например, стихи читают исключительно поэты. И как мне представляется, чисто из-за чувства соперничества: "А че там конкурент наваял?".

На одном своем выступлении перед писателями я сказал, что на наших глазах письменная литература превращается в народное творчество. Ведь что получается? Раньше народное творчество было устным. Сказки, мифы, колядки... Письменная же литература была привилегией элиты. Сначала писало дворянство, потом разночинцы, а сейчас практически все, кому не лень. Человек, вооруженный компьютером и имеющий доступ к интернету, может опубликовать что угодно.

- Раньше писали только те, кто не мог не писать...

- Вы считаете, что постулат: "Можешь не писать - не пиши" верен? Мне так не кажется. Хотя, в принципе, все пишущие люди - графоманы. Другое дело, что у одних получается лучше, у других хуже.


Немногих Москва оплакивала так, как Виктора Цоя

Конечно, встречаются графоманы патологические, которые твердо убеждены в своей гениальности. Но все равно это нормальный процесс. Вообще, по моему мнению, любое произведение найдет своего читателя.

- Признайтесь честно, а вы читаете интернет-литературу?

- Если честно, я сейчас вообще стал меньше читать. Может быть, потому, что много сил отнимает чтение того, что я издаю. Зато я не трачу времени на модных писателей, которые мне почему-то неинтересны: Мураками, Сорокин, Пелевин. Не то чтобы я такой тупой... Я ничего не имею против этих писателей. Но прекрасно понимаю, что, скажем, львиная доля популярности Пелевина - это грамотный пиар, избранный им имидж. Он прикидывается таким загадочным, таким недоступным...

И это правильно. Если ты ничем не выделяешься, ты никому и не интересен. В этом я убедился в пору своего "рок-дилетантства". Близко общаясь с Гребенщиковым, я понял, как это делается. Ведь Борис в свое время очень хорошо поработал над своим имиджем. Он умный человек и сделал себя сам.

"В СЕРИИ "ПЛАМЕННЫЕ РЕВОЛЮЦИОНЕРЫ" НАСЛЕДИЛИ ДАЖЕ ТАКИЕ ЛЮДИ, КАК АКСЕНОВ И ОКУДЖАВА"

- На ваш взгляд, может современный писатель существовать только за счет гонораров?

- Может. Только работать он должен как негр. И писать то, что купят, а не то, чего душа просит.

- Другими словами, писатель должен быть конъюнктурщиком?

- В хорошем смысле слова. Но это страшно потогонная система. У меня есть приятель Александр Танков, который был неплохим поэтом. Сейчас на пару со своей женой они пишут детективы под псевдонимом Наталья Александрова. И сегодня они очень популярные авторы. Выдают по книге в месяц! Это невероятно трудно. Но зато этот труд окупается, поскольку тиражи огромные. Если не ошибаюсь, их гонорар составляет три тысячи долларов плюс потиражные. В общем, в месяц не такая уж маленькая сумма набегает. Особенно для нашей страны. Но, понятно, вкалывать приходится с утра до вечера.

И все же большинству, чтобы унять свой писательский зуд, нужно зарабатывать деньги каким-то другим способом. Вот, скажем, популярный автор Дмитрий Липскеров владеет в Москве сетью ресторанов.

- А вы как-то удовлетворяете свой писательский зуд?

- Когда я занялся издательской деятельностью, практически перестал писать. Конечно, мог бы преодолеть свою природную лень. В принципе, я ведь раньше достаточно легко и быстро писал, а придумывать сюжеты мне даже доставляло удовольствие... Но в последнем романе "Дом", который я закончил и опубликовал как раз на сломе времен (причем начал его писать тогда, когда на это не было ни малейшей надежды), кажется, все сказал.

Во всяком случае, о той жизни, которую я знал раньше, мне больше сказать нечего. А чтобы написать о том, что происходит сегодня, нужно в этом хорошо разбираться. Например, сейчас самая популярная тема - бандиты, новые русские, терроризм. Если бы мне заказали что-то подобное, я вряд ли справился бы. Для меня эта сфера - "терра инкогнита". Наверное, можно высосать сюжет из пальца. Но, поверьте, лучше иметь об этом представление.

- На заказ писали когда-нибудь?

- Была одна книга, и я страшно ей горжусь. Она вышла в серии "Пламенные революционеры" (если помните, в те времена такой род героической литературы издавался огромными тиражами). Я написал роман о польском революционере Людвиге Ворынском.

- А кто это?

- Признаться, когда редактор выдала мне список кандидатур, о которых можно написать, его фамилия мне абсолютно ничего не говорила. Но в этом и был весь смысл. Во-первых, найти хоть какие-то сведения о человеке. На русском языке практически ничего не было. Пришлось читать польские источники. Во-вторых, мне было интересно понять дух того времени.

- По-моему, в те времена среди порядочных писателей это не приветствовалось...

- Ой! В этой серии наследили даже такие люди, как Аксенов и Гладилин. Помнится, и Окуджава что-то писал про Пестеля. Некоторые из авторов "Пламенных революционеров" потом уехали за границу как диссиденты.

- Каким образом удалось таких маститых литераторов уговорить написать подобное?

- А там очень хорошо платили. В "Политиздате" была сердобольная редакторша, которая в то время помогла очень многим писателям из тех, у кого были непростые отношения с советской властью. Кстати, за такое могли легко выгнать с работы.

Она пригласила и меня, и я согласился. Наверное, из чувства чистого авантюризма. Именно поэтому и выбрал революционера как раз такого, о котором сам впервые услышал. Возможно, сыграл свою роль и тот факт, что у меня есть польские корни.

Да и народовольцы мне почему-то всегда нравились. Понятно, что террористы и все такое. Тем не менее они были абсолютно искренними. При этом заплатили за свои убеждения очень дорогой ценой. А то, как они себя вели во время следствия, вообще отдельная статья. И поэтому я не могу однозначно согласиться с тем, что они негодяи. Поэтому к своему герою относился с огромной симпатией, когда писал. В общем, не жалею.
"Я ПЕРВЫМ В СТРАНЕ ОРГАНИЗОВАЛ ПРОИЗВОДСТВО ЗНАЧКОВ С НАДПИСЬЮ: "ИНСТРУКТОР ПО СЕКСУ" ИЛИ "Я НАУЧУ ВАС ЖИТЬ"

- Сколько, если не секрет, вам заплатили за революционера?

- Кажется, я сразу получил аванс в полторы тысячи советских рублей плюс потиражные. А тиражи в то время были миллионными. Кроме того, в отличие от многих других моих произведений эту книгу сразу напечатали. А "Лестница", например, пролежала восемь лет.

- За какие прегрешения вас не публиковали?

- По-видимому, считался неформатом. Ведь я писал либо фантастические вещи вроде той же "Лестницы", либо веселые рассказы, в которых насмехался над тем, над чем в те времена смеяться было не положено. Моей повести "Сено-солома", в которой рассказывалось, как летом в колхозе горожане помогают убирать сено, включая, естественно, любовь, портвейн и все прочее, нынешний губернатор Санкт-Петербурга Валентина Матвиенко посвятила целую разгромную речь.

- А как у вас складываются отношения с кинематографом?

- Было время, я неплохо зарабатывал киносценариями. Но потом наш кинематограф впал в полный анабиоз, когда приказала долго жить система проката. Один из последних фильмов, снятых по моим произведениям, - "Лестница". Но несмотря на то, что главную роль сыграл Олег Меньшиков, картина не пошла.

Возможно, я еще вернусь в кино, но сейчас у меня другие приоритеты.

- Если не секрет, какие?

- Большую часть времени отнимают интернет-проекты, работа в журнале "Полдень, XXI век", главным редактором которого является известный фантаст Борис Стругацкий, а также издательская деятельность.

- Издаете модных авторов или, может, самих себя?

- Мы в основном работаем по заказам. То есть авторы сами платят за публикацию своих произведений. Поэтому, понятно, что мы никому не отказываем. Хотя иногда такой бред приносят... Слава Богу, тиражи таких книг очень малы - разве что в подарок друзьям этих графоманов.

К слову, в свое время издательство "Новый Геликон" занималось не только книгами. Мы первыми в стране организовали производство значков с шуточными надписями: "Инструктор по сексу", "Я научу вас жить" и т. д. Штамповали их огромными партиями. Наводнили этими значками все СНГ. Очень выгодный был бизнес, скажу вам. Идею я привез из-за бугра. Чувствовал: здесь зарыты деньги.

Но в 98-м году этому бизнесу пришел конец: нужно было наладить собственное производство комплектующих, а мы закупали все в Швеции. После дефолта все это стало очень дорого стоить.

- Борис Натанович Стругацкий действительно является главным редактором журнала "Полдень, XXI век" или он, так сказать, "свадебный генерал"?

- Когда создавался журнал, меня попросили уговорить мэтра, чтобы он его возглавил. Признаться, он не очень-то и хотел. Я упросил его просто разруливать весь поток литературы, который будет к нам поступать. Разумеется, он не читает абсолютно все. А лишь то, что, с нашей точки зрения, заслуживает его внимания. В общем, все мы являемся тем предварительным фильтром, который производит "естественный отбор".

- Во времена Советского Союза жанр фантастики пользовался огромной популярностью. Как по-вашему, этот интерес сейчас угас?

- Я бы так не сказал. Но лично меня то, что происходит сейчас в этом жанре, сильно расстраивает. Кстати, наши мнения с Борисом Натановичем в этом смысле полностью совпадают. По-моему, от хорошей литературы там осталось очень мало. Зато, можно сказать, что все жанры уже канонизировались - всякие там фэнтэзи, техно и т. д. И кстати, публика требует именно такого подхода.

Но для меня, например, фэнтэзи - это скукотища. Я даже Толкиена не смог прочитать, а Перумова тем более. А если честно, таких писателей я вообще не считаю фантастами. По-моему, фантастика на самом деле должна рассматривать насущные жизненные проблемы, а не войну каких-то там гоблинов.

Киев - Санкт-Петербург - Киев





Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
1000 символов осталось