В разделе: Архив газеты "Бульвар Гордона" Об издании Авторы Подписка
О своем, о женском

Двукратная олимпийская чемпионка в танцах на льду Оксана ГРИЩУК: «После разрыва с Жулиным мне казалось, что я никогда больше не смогу полюбить мужчину, но принц Монако Альбер проявил настойчивость. Он стал первым, к кому я почувствовала сильное физическое влечение»

Татьяна МАРИНОВА. Специально для «Бульвар Гордона» 26 Марта, 2009 22:00
Известная спортсменка рассказала «Бульвару Гордона», почему она так и не стала принцессой Монако и вообще до сих пор не вышла замуж.
Татьяна МАРИНОВА
С единственной двукратной олимпийской чемпионкой в танцах на льду Оксаной Грищук я познакомилась в тот день, когда легендарная спортсменка прилетела в Киев. Взяв такси, она отправилась в далекое глухое село на Житомирщине, чтобы разыскать своего отца, о котором ничего не слышала в течение долгих 20 лет. Оксана хотела понять, почему от нее отказался человек, с мыслью о котором она выиграла такое количество медалей, что попала в Книгу рекордов Гиннесса.

«Мой роман с Жулиным был заранее спланированной акцией, чтобы вывести наш дуэт из борьбы за золотую медаль»

— Оксана, встреча с отцом изменила вашу жизнь?

— Ну, теперь мы уж точно не потеряемся. Мне почему-то казалось, что Житомир находится где-то под Одессой. Почему я так считала, до сих пор ума не приложу... Может быть, потому что родилась в Одессе.

В киевской гостинице я обратилась к представителям правоохранительных органов, чтобы они помогли разыскать папу: я ведь даже названия села, в котором жили бабушка и дедушка, не помнила. В считанные часы мне дали номер телефона человека, о встрече с которым я мечтала 20 лет! Звоню. Трубку сняла молодая женщина, моя сводная сестра. Я представилась, и она тут же расплакалась. После этого я взяла такси и поехала к папе.

— Почему вы не общались столько лет?

— Как говорится: с глаз долой — из сердца вон. Мне и раньше хотелось папу найти, мама тогда мне дала очень приблизительный адрес, и я написала несколько писем, но ответа на них не получила. Давайте поговорим о чем-то другом?

— Благодаря популярным ледовым телешоу интерес к личной жизни фигуристов заметно вырос. На этой волне появились интервью вашей известной соперницы, серебряного призера Олимпийских игр Майи Усовой, где она признавалась, что ваш роман с ее мужем и партнером Александром Жулиным был вызван не чувствами, а холодным расчетом.


1994 год, Копенгаген. Чемпионат Европы. Золото — британская пара Джейн Торвилл и Кристофер Дин. Серебро — Оксана Грищук и Евгений Платов, бронза — Майя Усова и Александр Жулин



— Я не скрываю, что любила Александра Жулина до беспамятства. Этот мужчина стал моей первой любовью. Мне даже кажется, что слово «любила» не полностью передает силу моего чувства — от страсти к нему я потеряла голову. Я боготворила этого человека и поэтому не могла воспринимать его как соперника.

Мои чувства были искренними, поэтому я, честно говоря, даже не пыталась скрыть их от окружающих. За нашими отношениями наблюдали тренеры, партнеры, коллеги. Я хотела быть рядом с любимым человеком, а Саша просил меня подождать, из-за этого мы ссорились, у меня началась депрессия. Мой партнер Евгений Платов видел, в каком жутком состоянии я нахожусь, и даже уговаривал сменить тренера, уехать тренироваться в другой город. Но я отказывалась: мне без Жулина было больно дышать. Из-за этого наши тренировки проходили порой в очень нервной обстановке.

Сейчас я могу сказать, что побеждала, потому что у меня был самый лучший партнер в мире— Евгений Платов. И это не просто красивые слова. Женя создан матушкой-природой для фигурного катания, об этом говорили все специалисты. А то чувство, которое я испытывала к Жулину, делало наши танцы с Женей эмоциональнее, глубже. Вот почему мы не могли проиграть золото ни Усовой с Жулиным, ни другим соперникам.

Еще больше масла в огонь подливало то, что Саша обещал развестись, и я верила ему, думала, что после окончания спортивной карьеры мы будем вместе. Ведь Жулин говорил, что живет с женой ради спортивного мифа, поскольку у них был имидж романтической пары.

— И вы в эту сказку поверили?

— Мир фигурного катания очень тесен. Я судила не только по Сашиным словам. Я знала, что и у Майи были отношения на стороне, но они не афишировались — никто не хотел, чтобы информация об этом всплыла на страницах светской хроники. В то время пока одни лезли из кожи вон, чтобы скрыть супружеские измены, у меня была другая ситуация: я буквально жила Жулиным и о своих чувствах к этому человеку была готова кричать на весь мир! Мне трудно даже передать словами, какие чувства я испытала, когда любимый мужчина подарил мне обручальное кольцо!

— Будучи при этом женатым мужчиной!

— Да, перед Олимпиадой в Лиллехаммере он сказал: «Мы женимся, и ты вешаешь коньки на гвоздь!». И я почти сделала это, но Женя настоял, чтобы мы продолжили тренироваться.

Сейчас мне кажется, что надо говорить о неискренности Жулина. Среди нашего окружения были не только поклонники, но и люди, которые понимали, что мы с Платовым перестанем выигрывать только в одном случае — если прекратим выступать вместе. А значит, надо было придумать такой ход, чтобы вбить клин между мной и моим партнером. Вскружить голову 19-летней девочке взрослому и опытному мужчине не стоило больших усилий. Так что мой роман с Жулиным был заранее спланированной акцией, чтобы вывести наш дуэт из борьбы за золотую медаль.

«Посещать дипломатические и королевские приемы и бывать на семиэтажной яхте Билла Гейтса было очень приятно»

— Евгений Платов не скрывал, что был в вас влюблен...

— Мы с Женей были только партнерами на льду и друзьями в жизни, хотя окружающие мне не раз говорили, что он ко мне относится очень серьезно. Наблюдая за моим романом с Жулиным, Женя, наверное, ревновал. Ведь до того момента, как я полюбила Сашу, мы с Платовым были практически неразлучны целых 10 лет. Все победы и поражения переживали вместе, поэтому у нас были очень трогательные отношения. При этом Женя был очень тщеславным, и, если он поставил перед собой цель, его нельзя было остановить на пути к ней. Вот почему мы выиграли золотые медали в 1994 году, а Саша с Майей — серебряные.


С Александром Жулиным. «Вскружить голову 19-летней девочке взрослому опытному мужчине не стоило больших усилий»


Но после Олимпиады события стали развиваться непредсказуемым образом: сначала мой избранник просил отсрочить объявление о его разводе на неделю, затем на вторую. Моя душа рвалась на части. А потом я узнала, что у мужчины, которого я так любила, начался роман с Татьяной Навкой. Причем узнала об этом, когда прилетела в Москву, а он находился в Америке.

— И кто вам об этом сообщил?

— Майя Усова позвонила. Такое предательство я стерпеть не смогла. Когда позвонила Саше и сообщила, что все знаю, он был удивлен. Меня потрясло хладнокровие, с которым он все отрицал: мол, это всего лишь сплетни, — а потом мне рассказывал, что Таня для него ничего не значит. Я бы сошла с ума, если бы не спорт — мы с Женей решили готовиться к своей второй Олимпиаде. Хотя Платов в 1995 году из-за травм хотел завершить карьеру, я уговорила его остаться. И благодаря настойчивости Жени мы выиграли вторую золотую медаль, в которую никто, кроме нас, не верил. Я находилась в глубокой депрессии, поэтому специалисты твердили, что мы вообще не сможем попасть на пьедестал.

Хочу вам сказать, что после нашего разрыва Жулин ко мне неоднократно возвращался, но все попытки начать жизнь сначала оказались неудачными: мы не могли преодолеть обиды. И от этого было еще больнее! В конце концов, я поняла: чтобы продолжать жить и не сломаться, надо выиграть в Нагано и уходить из фигурного катания сразу после Олимпиады. Причем заняться таким делом, чтобы к спорту оно не имело никакого отношения...

— ...чтобы не встречаться ни с кем?

— Вот именно. Бог услышал мои мольбы и за несколько месяцев до Олимпиады подарил мне знакомство с Джоном Френкенхаймером — директором одной голливудской киностудии. Этот человек просто подошел ко мне после шоу и рассказал, что давно является моим поклонником, что у меня есть задатки драматической актрисы. Он предложил мне сняться с Робертом Де Ниро в картине «Ронингс», но от роли в этой картине я отказалась, поскольку съемки совпали с олимпийским расписанием. Но на этом мистер Френкенхаймер не остановился.

Он нашел мне хорошего агента, позже меня прикрепили к театру, чтобы я обучалась актерскому мастерству не только с педагогами, но и с коллегами прямо на сцене. После ухода из спорта первые два года мне было очень тяжело — я начинала жизнь в другой профессии... Но при этом регулярно поступали предложения выступить в американских ледовых шоу. Я соглашалась танцевать с Женей, но, признаюсь, не раз отменяла выступления или тренировки ради съемок. И однажды узнала, что Женя выступает вместе с Майей Усовой — ему просто надоело зависеть от меня. Я его понимаю...

— Если не ошибаюсь, в Нагано вы познакомились с принцем Монако Альбером. Разве он не помог пережить обиды на весь род мужской?

— В общем-то, да. После разрыва с Жулиным мне казалось, что я никогда больше не смогу полюбить мужчину, но принц Альбер проявил настойчивость. Он стал первым мужчиной, к которому я почувствовала сильное физическое влечение, а принц это или нищий — тогда было просто не важно. Хотя, конечно, посещать королевские и дипломатические приемы, знакомиться с людьми, с которыми я никогда бы не встретилась при других обстоятельствах, побывать на яхте Билла Гейтса — семиэтажном корабле, который даже обойти нереально за полдня, очень приятно.

«Я испытывала к Альберу сильное чувство, но это не была та яркая любовь, которую мне хотелось бы испытывать к мужу»

— Как принц ворвался в вашу жизнь?

— После показательных выступлений в Нагано ко мне пришел кто-то из помощников с просьбой зайти в его ложу: мол, принц хочет познакомиться. Так полагается по этикету, но я возмутилась: почему женщина должна идти к мужчине? Такого дерзкого ответа Альбер не ожидал и, ко всеобщему удивлению, пришел знакомиться сам. Сначала я решила, что его интерес ко мне чисто спортивный, ведь Альбер выступал на этих Олимпийских играх на бобслее. Но с первых минут он дал понять, что видит во мне прежде всего женщину.


1998 год. Олимпийские игры в Нагано, на которых Оксана Грищук и Евгений Платов завоевали второе олимпийское золото. Показательный танец под песню Мадонны «You’ll see» («Вот увидишь»)



В тот вечер я была потрясена его манерами, очарована интеллектом и чувством юмора, а когда пришло время расставаться, Альбер спросил разрешения проводить меня в Олимпийскую деревню. Я сразу почувствовала, что это знакомство изменит мою жизнь, а вскоре получила приглашение посетить Монако, где Альбер познакомил меня с членами своей семьи, которые отнеслись ко мне с большим уважением. После этого полеты по маршруту Лос-Анджелес — Монте-Карло стали регулярными. А в 2001 году принц решил меня представить своему отцу. Для Альбера было очень важно, чтобы я познакомилась с князем Ренье. К тому же и повод был подходящий — день рождения правящего монарха.

Мне об этом празднике ничего не было известно, и в тот день я собиралась улетать — по контракту у меня начинался тур. Но Альбер, услышав об отъезде, настоял, чтобы я поменяла билет. Я даже не предполагала, что он, обычно сдержанный, будет так волноваться, и, конечно же, осталась. День рождения проходил в узком семейном кругу, и князь принял меня тепло.

— Вас представили как будущую принцессу?

— В тот момент я не думала о том, что могу стать принцессой Монако. Я испытывала к принцу глубокое чувство, но это была не та яркая любовь, которую мне бы хотелось испытывать к своему мужу. Вскоре в Америке я встретила отца своей дочери. Джеф работал инструктором по фитнесу. Он был безумно красив, и я влюбилась с первого взгляда. Сила этого чувства была несравнима с тем, что я испытывала к Альберу. О случившемся я сразу сообщила принцу, и наши отношения закончились.

«То, что диагноз оказался ошибочным, доктор понял, когда я лежала под наркозом на операционном столе»

— Почему вы так и не создали семью с отцом своей дочери?

— Трудно ответить. У нас был гражданский брак. Я тогда обучалась театральным азам и подумывала о том, что актерство, пожалуй, для меня не все. И как только я решила, что надо заняться еще каким-то делом для души, узнала, что жду ребенка. Радости моей не было предела. Однако, когда я пришла в женскую консультацию, врач сообщил, что беременность протекает неправильно и мне нужно делать аборт. К счастью, диагноз оказался ошибочным! Причем доктор понял это, когда я лежала под наркозом на операционном столе.


С принцем Монако. «Сначала я решила, что интерес Альбера ко мне чисто спортивный, но он дал понять, что видит во мне прежде всего женщину»

— Кто придумал дочери имя?

— Подобрали общими усилиями: папе понравилось имя Скайлер (Небесная), а мне — Грейс (Грациозная) в честь матери Альбера — актрисы Грейс Келли. Поэтому у моей девочки двойное имя. Кроме того, мы крестили ее в русском храме, где дали ей еще и православное имя — Мария.

— Джеф, наверное, был на седьмом небе от счастья?

— Сначала да, но вскоре мы расстались. Я сама предложила разорвать отношения, так как построить гармоничные отношения не получилось. Теперь Джеф считает себя свободным от каких-либо обязательств.

— Но он помогает вам материально?

— Нет. Он не платит алименты, объясняя это тем, что мы не были женаты, а доказывать его отцовство в суде с помощью экспертизы на ДНК я посчитала унизительным. Однажды в моей жизни наступил трудный момент, когда я попросила у Джефа помочь нам деньгами, но натолкнулась на жесткое: «Нет!». На этом решила раз и навсегда поставить точку. К такому повороту событий должна быть готова любая женщина независимо от того, официальный у нее был брак или нет.

Как только Скайлер пошла в детский сад, я поняла, что мне надо возвращаться в фигурное катание и выступать в ледовых шоу. Конечно, я тут же связалась со своим партнером Евгением Платовым, но постоянно выступать вместе у нас не получается: он открыл собственную школу фигурного катания и очень занят тренерской работой, поэтому от многих предложений отказывается. Но на единичные выступления мы всегда выделяем время в наших графиках.

Чтобы выжить, все свободное время я стала проводить на катке, придумывая себе номера без партнера. Как-то в одном из шоу возникла какая-то заминка, и я предложила выступить соло. После этого выступления меня стали приглашать и как одиночницу. Со временем у меня появился еще один неожиданный источник доходов: по просьбе родителей, у которых дети занимались фигурным катанием, я помогала ставить программы. Никогда не думала о тренерской работе и в первый раз не отказала только лишь потому, что увидела, какими глазами на меня смотрел ребенок.

«Принцу Монако с Терминатором не изменяла. Не успела»

— Ирина Роднина признавалась, что ее коллеги приняли в штыки — ведь за учеников идет жесткая борьба.

— Это правда. Чем более титулованный спортсмен становится тренером, тем больше родителей приведут к нему детей. А я решила работать с теми, кто просится ко мне сам, независимо от возраста. Однажды ко мне пришла дама среднего возраста, у которой муж умер от рака. Она рассказала, что хочет как-то отвлечься от ужасной депрессии, и мы стали с ней работать. На моих глазах человек по капле возвращал себе вкус к жизни. Так что мне грех жаловаться.

Я чувствую, что Бог защищает меня все 15 лет проживания в США: он подарил мне встречи с интересными людьми, возможность путешествовать по миру. Просто на поиск своего места под солнцем и на борьбу с самой собой у меня ушло намного больше времени, чем мне хотелось бы.

— Сейчас в России олимпийские чемпионы становятся обеспеченными людьми.

— Это сейчас. Наша пара установила рекорд по медалям, который еще долго никто не сможет повторить, мы даже попали с Женей в Книгу рекордов Гиннесса! А нам за это дали две государственные премии, которые не имели денежного эквивалента. Но нам все равно было приятно, что страна, за которую мы выступаем, оценила наши заслуги.


«У моей дочери двойное имя — Скайлер (Небесная) и Грейс (Грациозная). Кроме того, мы крестили ее в русском храме и дали ей православное имя Мария»



А вот руководство спортивного общества, за которое мы выступали, нас даже грамотами не отметило. Честно говоря, тогда в душе возникла обида. Почему нам с Женей не дали квартиры, автомобили, как это делалось в СССР? Я рада, что теперь ситуация изменилась, и после Зимней олимпиады в Турине и летней — в Пекине успех спортсменов был оценен заслуженно.

— Неужели у вас не было квартиры в Москве?

— У мамы была, но она в 90-е годы переехала жить в Германию. Так как в России не было возможности тренироваться, мы с Женей уехали в США, и мама свою квартиру продала. Теперь, когда меня зовут в Москву и работать, и выступать, мне попросту негде жить. Так что, когда меня телеканал пригласил участвовать в проекте «Звезды на льду», жилье пришлось снимать.

— Я читала, что супруга губернатора Арнольда Шварценеггера однажды призналась, что приревновала к вам своего мужа. Это правда?

— Думаю, Мария просто пошутила, хотя я с Арнольдом познакомилась в Санвалии. Его дети занимались фигурным катанием, а мы с Евгением Платовым выступали в шоу. Конечно, живя в Калифорнии, я посещала церемонию вручения «Оскара» и общалась со многими голливудскими артистами. Но журналистской сенсации, извините, не вышло: принцу Монако с Терминатором не изменяла. Ну добавьте, что не успела...

— После ухода из большого спорта вы взяли себе другое имя — Паша. Это связано с какими-то изменениями в судьбе?

— Пашей я стала, потому что положилась на опыт своего агента, который утверждал, что имя Оксана иностранцам трудно выговаривать. Это было большой ошибкой! Оказалось, что мир давно научился произносить мое имя, и менять его не было смысла.

А что касается изменений в судьбе или характере... Возможно, не стань я Пашей, моя личная жизнь сложилась так же успешно, как и спортивная.

— Оксана, сейчас ваше сердце свободно?

— Да. Видимо, Бог еще не нашел для меня мужчину, которого я и моя дочь сможем сделать счастливым. Но мы очень верим, что он обязательно появится!



Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
1000 символов осталось