В разделе: Архив газеты "Бульвар Гордона" Об издании Авторы Подписка
Через тернии к звездам

Герой Советского Союза, летчик-космонавт, глава администрации Звездного городка, основатель первой в мире космической династии Александр ВОЛКОВ: «Я решил быть космонавтом в день полета Гагарина. Родители отговаривали, предупреждали, что в будущем не смогу стать отцом...»

Татьяна ОРЕЛ. «Бульвар Гордона» 1 Апреля, 2010 21:00
Близится 12 апреля — День космонавтики, а ровно полвека назад на карте СССР появился «Городок № 1» под названием Звездный
Татьяна ОРЕЛ
Кто из граждан СССР отказался бы в свое время от прописки в Звездном городке? Просторные квартиры в элитных домах, магазины спецобслуживания, концерты с участием эстрадных звезд... Э-эх, жить хорошо и жизнь хороша! Эти блага скрашивали суровые будни космонавтов: их изнурительные тренировки и томительное ожидание первого полета, смертельный риск, страх неизвестности, коварство невесомости и многое другое. Сегодня Звездный мало чем отличается от бывших советских городов: все те же жилищно-коммунальные проблемы, недостаточное финансирование. Впрочем, есть и еще одна особенность: мэр Звездного Николай Рыбкин просматривает документы не в уютном рабочем кабинете, а в... СИЗО (в июне 2009-го он был задержан по обвинению в контрабанде). В связи с этим проблемы городка приходится решать нынешнему главе администрации — Герою Советского Союза летчику-космонавту Александру Волкову.
«ЗА ПОЛЕТ ДАРИЛИ «ВОЛГУ», МЕБЕЛЬ И ТЕЛЕВИЗОР»

- Александр Александрович, в советские времена Звездный был закрыт для непрошеных гостей, и атмосферу городка можно было представить лишь по слухам и кинокадрам из программы «Время». Сильно ли она изменилась?

- Да, когда-то Звездный городок был легендой. Космонавты жили одной большой семьей. Два жилых корпуса, состоящие из трех- и четырехкомнатных огромных квартир, соединяла между собой галерея - так, чтобы, не выходя на улицу, тут же перейти из одного дома в другой. Бильярдная, большой зал, где вместе отмечали праздники...

- А под подъездом, наверное, «волги» стояли в ряд? Чем еще, кроме правительственных наград, родина могла поощрить своих героев?

- «Волгу» дарили, это правда, но только один раз, даже если потом полеты были еще и еще. Спустя пять лет машину разрешалось поменять - купить без очереди. Еще за полет дарили мебель и телевизор. Как Герои Советского Союза, Герои России, космонавты освобождались от коммунальных платежей. Был в Звездном и спецмагазин со столом заказов - раз в неделю мы могли купить палку копченой колбасы, по баночке черной и красной икры, печень трески, по бутылке «Столичной» водки и армянского коньяка. Да, еще бананы.

- Привычный продуктовый набор для партноменклатуры... Зато, наверное, пищей духовной космонавтов-героев баловали в первую очередь. Звезды в Звездном гостили часто?

 

- О, когда-то в наш Дом культуры была просто звездная очередь. Участие в концертах для космонавтов приравнивалось к статусу дипломанта какого-либо престижного конкурса, придавало артистам вес, помогало получать звание заслуженного: «Представьте, он выступал в Звездном!».

Так продолжалось, пока искусство не стало пахнуть большими деньгами. Пугачева, к примеру, начала выдвигать условия: заплатите определенную сумму - я к вам приеду. Нам это показалось возмутительным, и приглашать ее перестали. Но есть у космонавтов и очень верные друзья на всю жизнь: Александра Пахмутова с Николаем Добронравовым, Иосиф Кобзон. Как завязалась у них дружба с первым отрядом, так и продолжается по сегодняшний день. Представьте, Иосиф Давыдович мог петь для нас без перерыва семь часов!

- Домами дружите?

- Друг к другу в гости не ходим, но отношения у нас теплые. Вместе состоим в землячестве донбассовцев. Переживаем друг за друга. После операции Иосиф Давыдович лечился в Германии, и я позвонил ему, чтобы поддержать. Он был искренне рад. А когда в апреле 2008-го мой сын впервые полетел в космос, Кобзон поздравил меня с тем, что образовалась космическая династия. В общем, у нас такая дружба - мужская.

- В документах Министерства обороны Звездный всегда обозначался как «Городок №1». Легко ли сегодня ему сохранять этот статус?

- Очень трудно. Космонавтику уже не так ценят, как прежде, и финансирование городка сократилось. Раньше Звездный принадлежал Министерству обороны России, теперь же все - жилой фонд, дороги, уличное освещение, магазины - переводим на гражданские рельсы. Привилегий у нас никаких нет, я бы даже сказал, палки в колеса ставят.

- Что труднее для вас, трижды побывавшего в космосе, - управлять космическим кораблем или Звездным городком?

- Разве это можно сравнивать? Знаете, сегодня в Звездный, минуя законы, хотят проникнуть очень нечистоплотные люди, всякая грязь лезет, чтобы поживиться. Вот мы-то и должны эту грязь отмести.

«МЭР ЗВЕЗДНОГО ГОРОДКА ПОДПИСЫВАЕТ ДОКУМЕНТЫ, СИДЯ В СИЗО»

- До того как возглавить администрацию Звездного, вы были советником генерального директора аэропорта Шереметьево. Неужели здешние хозяйственные проблемы показались вам интереснее?

Официальный прием в Звездном премьера Государственного Совета Китая Ли Пэна. Слева направо: Герой Советского Союза Александр Волков, Ли Пэн с супругой, дважды Герой Советского Союза Андриян Николаев, дважды Герой Советского Союза Владимир Ляхов и члены китайской делегации, 1990 год

- Если бы не арестовали мэра Звездного городка Николая Рыбкина (тяжело вздыхает), я ни за что не ушел бы из Шереметьево - уж очень была интересная работа. Но меня избрали руководителем администрации городка. Я не мог поступить иначе. Официально мэром считается Рыбкин, он же и подписывает документы, сидя в СИЗО. Информация по делу закрыта, но адвокаты считают, что Николай Николаевич, которого обвиняют в контрабанде товаров из Китая, невиновен.

- В вашей героической биографии есть еще один любопытный факт: в 2000 году вы стали президентом телеканала «МУЗ-ТВ»... Что общего у летчика-космонавта с молодежным музыкальным каналом?

- Меня уволили из армии в 1998-м, в звании полковника. В свои 50 я был полон сил и на диване лежать не собирался. Мой товарищ и сосед космонавт Алексей Леонов (он в то время был вице-президентом «Альфа-банка», которому принадлежал «МУЗ-ТВ») спросил: «Саша, ты где зарабатываешь деньги?». - «Нигде», - отвечаю. Вот он и предложил мне возглавить инженерную службу телеканала. В чем-в чем, а уж в технике я разбираюсь. На станции «Мир» тоже ведь телестудия существует, и нам приходилось готовить из космоса репортажи. Так что для меня это было не ново - работать с камерой, выставлять свет. Только масштабы на «МУЗ-ТВ» были другие. Я поработал в инженерной службе три месяца, и меня избрали президентом телеканала.

- Неужели пришлось вникать и в творческие дела?

- Ну, прежде всего, мы хорошо оборудовали канал технически, и «МУЗ-ТВ», который до этого видела даже не вся Москва, стали смотреть и в Израиле, и в США, и в Скандинавии. Деньги были вложены большие. А по содержанию... Убрали похабщину, закрыли эфир для безголосых певцов, сами отыскивали таланты - в общем, сделали из канала конфетку. Так что, продав «МУЗ-ТВ» Игорю Крутому, «Альфа-банк» заработал значительно больше, чем вложил изначально.

«ОТ РАДИОЛЮБИТЕЛЕЙ ВСЕГО МИРА МЫ СЛЫШАЛИ ОДИН И ТОТ ЖЕ ВОПРОС: «ПРИМУТ ЛИ ВАС ОБРАТНО В СТРАНУ?»

- Вы трижды летали в космос, в общей сложности провели там 390 суток. Но самым непредсказуемым оказался третий полет, который начался в октябре 91-го, а завершился в марте 92-го. Ведь улетали вы из одной страны, а возвращаться предстояло в другую...

- Да, за это время успел развалиться Советский Союз.

- Не было опасения, что вас на орбите просто могут забыть?

Георгий Гречко, Александр Волков и Владимир Васютин в Звездном. «Здоровья космос, конечно, не прибавляет. Там организм изнашивается быстрее, чем на Земле»

- Да нет, мы понимали, что нас никто не бросит, да и в Центре управления полетами успокаивали: «Не волнуйтесь!». Но настроение у нас было ужасное. Как можно в одночасье развалить такую страну?! Да это же... Нет, не буду углубляться в политику (вздыхает). У нас была любительская радиостанция, и от радиолюбителей всего мира мы слышали один и тот же вопрос: «Примут ли вас обратно в страну?». Мы успокаивали их в шутку: «В крайнем случае свой корабль мы можем приземлить где захотим». А в ответ отовсюду получали приглашения: дескать, давайте к нам, встретим как положено». На Земле ведь в основном живут добрые и хорошие люди.

- В отряд космонавтов вас зачислили в 76-м. Почему первый полет состоялся лишь спустя девять лет?

- Поверьте, это вовсе не потому, что я плохо учился. Мой сын, к примеру, ждал своего звездного часа 10 лет, Георгий Гречко - еще больше. В принципе, для подготовки космонавта-испытателя необходимо три года. Но отряд тогда насчитывал примерно полсотни человек, а старты в наше время проходили два-три раза в году - вот такая элементарная арифметика.

- И вы не перегорели за эти девять лет?

- Это невозможно! Я должен был полететь в 82-м, все было уже расписано, но... В общем, шла подготовка к полету на многоразовом корабле «Буран» (в это же время американцы разрабатывали свой многоразовый корабль «Шаттл»). Для этого сделали специальный набор. Но старт все откладывался. Тогда начальник Центра подготовки Владимир Шаталов, понимая мое состояние, сказал мне честно: «Я сомневаюсь, что в ближайшие пять лет вы сможете полететь на «Буране». Предлагаю вам переквалифицироваться и полететь на станции «Союз-7» в длительный полет. А «Буран», кстати, через год все-таки взлетел, но это был единственный и беспилотный полет - людьми рисковать не стали.

- Ваши родные заранее знали дату полета?

- За год. Волновались, конечно, очень. Еще когда я решил стать космонавтом, родители отговаривали меня: «У тебя и так профессия хорошая - летчик-испытатель, к тому же опасная, каждый день рискуешь». Предупреждали, что, может, в будущем я даже не смогу стать отцом.

- А вы не просто стали отцом, но и основали первую в мире космическую династию...

- Первую, но уже не единственную. В конце прошлого года вернулся с орбиты Роман Романенко, сын летчика-космонавта Юрия Романенко.

Александр Волков (второй справа) с супругой и членами космического экипажа «Союз Т-14»: Георгием Гречко (второй слева) и Владимиром Васютиным на Красной площади в Москве, 1985 год

- Первый и пока единственный полет вашего сына, космонавта Сергея Волкова, начавшийся 8 апреля прошлого года, длился целых 200 суток. Значит, на семейном совете не получилось убедить Сергея в том, что на Земле, как пел Владимир Высоцкий, «теплее и надежней»?

- Я и не пытался этого делать. Сергею уже не 18 лет - в два раза больше. Как и я, он готов был всем пожертвовать ради того, чтобы увидеть космос своими глазами и испытать на себе. Был у нас серьезный мужской разговор, когда в качестве командира отряда космонавтов я принимал его заявление. Очень детальный разговор, с обсуждением всех плюсов и минусов. Каждый полет - это, можно сказать, героический поступок, потому что в космосе до сих пор очень много неизведанного и множество неожиданностей. Но я убедился в том, что Сергей сделал свой выбор.

«СТОИТ ОЩУТИТЬ СОСТОЯНИЕ НЕВЕСОМОСТИ, КАК ПОНИМАЕШЬ, ЧТО НЕ ПРОЧЬ ОСТАТЬСЯ В НЕМ НАВСЕГДА»

- Как по-вашему, космонавтами становятся чаще романтики или же ребята тщеславные?

- Люди испокон веку мечтали оторваться от земли, постичь что-то новое. Я, например, решил быть космонавтом в день полета Гагарина. Нам, мальчишкам, казалось, что достигнуть такой высоты - в прямом и переносном смысле слова - мог только сверхчеловек. Хотелось выделиться, подняться над суетой: казалось бы, есть дом, есть кусок хлеба - что еще нужно? А вот прыгнул с парашютом - и уже не такой, как все. Так что в этом смысле летчики и космонавты действительно тщеславны.

- Вы не забыли ощущения от первого полета?

- Мне часто задают этот вопрос: «Не страшно ли было?». Представьте, что под вами ракета высотой 50 метров, заправленная горючим, как пороховая бочка. Не страшно? Космонавты такие же люди, как все, не железные. Но есть еще более сильный страх, перед самым стартом: а вдруг сорвется полет, вдруг отложат, заставят ждать, опять готовиться? Вдруг подведет здоровье? Вдруг какая-то мелочь перечеркнет твою мечту? Когда же ракета уже оторвалась, тебя никто не остановит.

После старта до невесомости летим всего 10 минут. А невесомость... Это такое ощущение эйфории! Плаваешь, как пушинка: чуть подуло от вентилятора - и ты уже оказался в другом конце станции. Оттолкнулся пальцем от одной стены - и полетел к другой. Ты паришь и ощущаешь, что органы внутри тебя тоже парят. Первая реакция - беспричинный смех. Представьте ребенка, который получает долгожданный подарок (у меня двое внуков, и я часто наблюдаю у них подобное состояние) и начинает смеяться от счастья.

Участники предстоящего советско- французского космического полета: космонавт-исследователь Сергей Крикалев, гражданин Франции полковник Жан-Лу Кретьен и Александр Волков, 1988 год

- Привыкнуть к невесомости можно?

- Вот в этом-то и вся загвоздка. Стоит ощутить состояние невесомости, как понимаешь, что не прочь остаться в нем навсегда. Организм попросту начинает сачковать: за время продолжительного полета в нем может произойти необратимая перестройка, и, приземлившись, космонавт рискует просто умереть. Поэтому невесомость нужно все время преодолевать. Мы за день пробегали на беговой дорожке по 10 километров - загоняли себя до изнеможения, так, чтобы все внутри клокотало. А еще - эспандер, велотренажер. Днем надевали специальные костюмы, проложенные изнутри резиновыми жгутами, которые при любом движении заставляют растягивать резинку. Все это для того, чтоб организм не привыкал к наслаждению. А перед сном позволяли себе вернуться к блаженству, снимая «шкуру», как мы называли наши костюмы, и отдаваясь невесомости.

- Как спится в космосе? Снятся ли земные сны?

- Конечно, я даже иногда во сне пилотирую космический корабль. Семья снится, природа, по которой в космосе мы так скучаем. Сон, правда, очень чуткий, потому что ты постоянно на взводе и понимаешь, что в любую секунду может случиться непоправимое.

- Что, например?

- Допустим, маленький метеорит пробьет корпус корабля. Это вполне возможно. Прислушиваешься к каждому звуку, хоть и знаешь, что в случае чего датчики должны сработать, сирена, но ты все равно настороже. Шум на станции - от вентиляторов, от агрегатов - около 70 децибел. Это как будто духовой оркестр играет. Но даже сквозь сон улавливаешь любые изменения - будь то малейший скрип или шум насоса. А еще во сне очень хочется чувствовать точку опоры - матрас, подушку. Приходится спальный мешок притягивать ремнями к стенке.

- Все знают, что космонавты прошлых лет обязательно смотрели перед стартом фильм «Белое солнце пустыни».

- Этот фильм для космонавтов и до сих пор остается талисманом. Инструкторы, которые нас провожали, как и мы, знали этот фильм наизусть. Даже викторины проводили - кто из героев фильма, в каком эпизоде сказал то-то, какое движение сделал? Мы вообще любили комедии - чтобы жизнь нашу нелегкую как-то разбавлять. Да и какие комедии были! «Золотой теленок», «Двенадцать стульев», «Бриллиантовая рука». Служба психологической поддержки рекомендовала нам с собой в полет фильмы из каталога, но взять разрешалось не больше пяти кассет - чтобы не было лишнего веса. Иногда с другим кораблем нам подбрасывали что-то новенькое. Как-то прислали «Маленькую Веру»...

Александр Волков с женой Анной и сыновьями Дмитрием и Сергеем перед первым полетом, 1985 год

«В ВЕЩАХ, КОТОРЫЕ НЕ ДОСМАТРИВАЛИ, УДАВАЛОСЬ СПРЯТАТЬ БУТЫЛОЧКУ КОНЬЯКА»

- Понятно - нашумевшую премьеру фильма «Маленькая Вера» в 88-м вы пропустили, потому что были как раз на орбите. Для «земного» зрителя картина стала настоящей сенсацией.

- Мы тоже были потрясены - семейная грязь, бытовая неустроенность. Просто противно. Посмотрели, и на службу психподдержки «кобеля спустили» - думайте, что присылаете! Хорошо, что французский космонавт Жан-Лу Кретьен по нашей просьбе взял в полет фильмы с участием Луи де Фюнеса. Вот это совсем другое дело. Смотрели их без перевода и все понимали.

- «Заправлены в планшеты космические карты, и штурман уточняет последний наш маршрут. Давайте-ка, ребята, покурим перед стартом...». Что это - поэтическая фантазия или космонавты и вправду позволяют себе нарушение «спортивного» режима?

- Так ведь «покурим» - перед стартом. В космосе, понятно, этого делать нельзя. Даже самые заядлые курильщики спокойно переносят паузу длиною в полгода и больше: в космонавты идут люди с сильной волей. Вообще-то, космос - хорошее подспорье для того, чтобы бросить эту гадость. Только, к сожалению, по возвращении на Землю некоторые снова хватаются за сигареты.

- А по 50? Это в космосе допустимо? Хотя бы по праздникам...

- Спиртное в космосе категорически запрещено, но космонавты тоже люди. Мы изредка позволяли себе провезти спиртное - контрабандой. Лично я два раза встречал на орбите Новый год. Скажу честно: в вещах, которые не досматривали, удавалось спрятать маленькую бутылочку коньяка, и в новогоднюю ночь мы выпили по глотку.

- А чем закусывали?

- В коротких полетах космонавтов кормили пищей из туб. Это очень однообразная и невкусная еда - паста, да и все. Зато для длительных полетов станция укомплектована почти что земной пищей. На первое - борщ, суп-харчо, овощной суп-пюре. В кубиках, которые сегодня в каждом магазине продаются. А в 85-м, когда в космос я летел в первый раз, сублимированных продуктов рядовые граждане еще не знали. Космическое питание изготавливали на специальном заводе: борщ, к примеру, варили, потом высушивали. Нам оставалось только залить в пакет горячую воду. На второе - тушеная капуста, рис, гречка, картошка в виде консервов, язык в желе. Хлеб разных сортов: и «Бородинский», и белый, и серый. Ма-а-аленькие такие буханочки, чтобы сразу положить в рот, не откусывая, - иначе крошки в невесомости разлетятся по всей станции и могут даже попасть в дыхательное горло.

- Индивидуальные вкусы учитывались при составлении меню?

Александр Александрович с сыном Сергеем — летчиком-космонавтом, Героем России. Первый и пока единственный полет Сергея Волкова длился 200 суток: «Как и я, сын готов всем пожертвовать, чтобы увидеть космос»

- Обязательно. Перед каждым полетом космонавты дегустируют продукты, выбирают меню. Правда, в космосе вкусы меняются кардинально, и для меня это загадка. Но мы все любили творог с орехами. Это был наш деликатес: творожный десерт можно было обменять на шариковую ручку, к примеру... (Смеется).

«РАЗ В НЕДЕЛЮ В НАШЕМ РАСПОРЯЖЕНИИ БЫЛА ВСТРЕЧА С СЕМЬЯМИ»

- Космическая валюта... А из дому вам присылали что-нибудь вкусное?

- В посылках от семьи, которые доставлялись грузовым кораблем, находили сухую колбасу (в нашем рационе она почему-то не была предусмотрена, а очень хотелось), черную икру, огурцы, помидоры, лук, апельсины. Все это рекомендовалось съесть за 10 дней. Вот мы и пировали.

- А что, кроме еды, находили в посылках?

- Мы просили фотографии, видеофильмы - тогда уже появились домашние видеокамеры. Это было самое дорогое для нас. Хотя, пожалуй, больше всего ждали писем - они оказывались особенно теплыми, душевными. Ну и, конечно, рисунки детей.

- Часто случались сеансы связи с семьями?

- Раз в неделю. Жены с детьми приходили для этого в Центр управления полетами. В нашем распорядке так и было записано: «Встреча с семьями». Первый сеанс длился 15 минут, потом перерыв на 90 минут, за которые наша станция делала виток вокруг Земли, потом еще один сеанс на 15 минут.

- А вокруг десятки людей... Ничего личного не скажешь...

- Да, эмоции приходилось сдерживать.

- Устройство космической станции предполагает хоть какое-то уединение? Взять, к примеру, ваш первый полет: 65 суток в замкнутом пространстве! Вашими спутниками в тот раз были Георгий Гречко и Владимир Васютин... Легко ли уживались?

- Гречко потом улетел - вместе с Владимиром Джанибековым, который поджидал нас на станции. С ним же был и Виктор Савиных. Так что через неделю мы остались втроем - Васютин, Савиных и я. Тот полет, между прочим, планировался на целых 300 суток - мы вернулись досрочно лишь потому, что Владимир Васютин заболел. Так вот, на станции «Союз-7» уединиться было негде. Разве что «сплавать» на пристыкованный корабль-спасатель. Но без нужды мы этого не делали, только по заданию, когда нужно было проверить какие-то системы. А так мы все время находились на глазах друг у друга.

- Ссоры случались?

- О-о-ох... (Вздыхает). Что вам сказать? Конечно, даже на Земле, живя в одной комнате столь долгое время, могут поссориться и лучшие друзья - обязательно найдется повод для раздражения. А с корабля вообще никуда не денешься...

- Как в анекдоте - куда ж ты денешься с подводной лодки...

- С ней еще можно всплыть, а в космосе приходится друг друга прощать и терпеть.

- За время полетов успевали сродниться или, напротив, друг на друга не могли уже смотреть?

- А это у каждого экипажа по-разному. Были и такие, которые после полета разошлись и больше не общаются, но мне повезло. С Сергеем Крикалевым в общей сложности мы провели в космосе почти год. А на земле я стал крестным отцом его дочери, мы с удовольствием общаемся и по сей день. В полетах же бывали такие моменты, когда хотелось разлететься в разные стороны.

- Нам, землянам, трудно представить, что ощущает человек в открытом космосе, где лично вы в общей сложности провели 10 с лишним часов...

- Представьте: вы открываете дверь своего дома и вдруг оказываетесь в безвоздушном пространстве на огромной высоте. Мы к этому долго готовились, и все равно, чтобы шагнуть в пустоту, приходилось преодолевать себя. Пульс, конечно, сразу учащается, и руку, которой держишься за поручень, отпускать решаешься не сразу. Привыкнуть к этому состоянию нельзя - как ни готовься, все равно стресс. Зато движимый инстинктом самосохранения организм мгновенно собирается.

Выход в космос - это не самоцель, там ведь надо работать. Когда занят делом, страх притупляется, и скоро даже забываешь, где находишься. Хотя, перемещаясь, за поручень держишься все равно - чтобы не улететь далеко от станции. Смотришь в эту бездну и думаешь: там, вдали, Земля, там - черный космос... И чувствуешь себя совершенной песчинкой в этом бесконечном пространстве.

- В космосе, наверное, невольно становишься философом? Времени для раздумий хватает...

- Это да! Из космоса мы по-другому смотрим на Землю. Это уже не та земля, по которой я хожу, которую вскапываю в огороде, куда колышек вбиваю... Не сочтите за пафос, но планета представляется общим домом для всех людей. Из космоса ведь ни границ не видно, ни цвета кожи. И возникает вопрос: зачем же мы сами делаем себя несчастливыми? Затеваем войны, варварски относимся к природе, забывая, что Земля - это огромный живой организм.

В Бразилии есть огромные леса, настоящие легкие планеты. В 85-м, когда я впервые летал, фотографировал их из космоса. А в 92-м, во время последнего моего полета, сравнил снимки: треть этих лесов уже была вырублена. Выходит, у планеты отрезана третья часть легких! На ассамблеях участников космических полетов, в наших посланиях ООН всем правительствам мира мы пытаемся докричаться до людей, втолковать, что они сами губят себя. Нужно не шашкой махать и доказывать, кто главный на планете, а жить дружно и всем вместе беречь нашу Землю.

- Так, может, есть смысл отправить в космос кое-кого на перевоспитание?

- Я давно уже говорю: некоторых агрессивных политиков нужно запустить на орбиту и далеко не каждого возвращать на Землю. Космос - хорошее лекарство от агрессии. Полетал бы с годик, присмотрелся бы с высоты, поразмыслил...

«ВАЛЕНТИНА ГАГАРИНА ЖИВЕТ ОБОСОБЛЕННО, ОТ УЧАСТИЯ В МНОГОЛЮДНЫХ МЕРОПРИЯТИЯХ ОТКАЗЫВАЕТСЯ»

- «Опустела без тебя Земля... Если можешь - прилетай скорей...». Эта песня Александры Пахмутовой и Николая Добронравова для женщин из Звездного могла стать своеобразной молитвой. Скажите, Валентина Ивановна Гагарина по-прежнему живет в «Городке № 1»?

- Да, мы с ней соседи. Очень скромная женщина, с честью несет имя жены первого космонавта. В Звездном ее очень уважают. Мы стараемся ей помогать чем можем, но она просит этого не делать. Живет обособленно. Тихо радуется каждому старту, но от участия в многолюдных мероприятиях отказывается. Каждый год Валентину Ивановну Гагарину, как и других вдов космонавтов, мы приглашаем на традиционную ассоциацию участников космических полетов. Приглашение она принимает не всегда.

- Ей, конечно, больно видеть мужчин в форме летчиков-космонавтов. Вдовой Валентина Ивановна осталась в 32 года. Могла ведь еще начать жизнь заново...

- Даже попытки не было заполнить жизнь кем-то другим. Ее семья - это дочери и внуки. Еще она очень любит животных, птичек подкармливает.

- Венгерский публицист Иштван Немере, автор книги «Гагарин - космическая ложь?», доказывает, что первым космонавтом был вовсе не Юрий Гагарин, а Владимир Ильюшин, сын известного авиаконструктора. Его якобы запустили на орбиту за несколько дней до 12 апреля 1961-го, но приземление прошло очень трудно - в таком состоянии «первого космонавта» представить миру было невозможно. Пришлось на эту роль искать замену - это Юрий Гагарин, обаятельный парень с пролетарским происхождением. Такая версия кажется вам правдоподобной?

- Это действительно «космическая ложь», и лжет автор. До Гагарина в космический корабль не усаживали ни одного человека. Ильюшин - сильнейший летчик-испытатель, он проводил испытания самолетов, которые должны летать в верхних слоях стратосферы, но в космосе не был.

- Книга «Гагарин - космическая ложь?» утверждает также, что в условиях космической гонки было совершенно неважно, вернется ли космонавт на Землю...

- И это ложь! В 57-м на орбиту был запущен первый спутник, потом, до 61-го, еще произведено множество запусков. Чтобы понять, как поведет себя живой организм, отправляли собак, обезьян - до тех пор, пока не убедились в том, что и человека можно усадить в космический корабль. Хотя здоровья космос, конечно, не добавляет - там ведь человеческий организм изнашивается быстрее, чем на Земле.

- Судя по тому, что при Министерстве обороны СССР был создан специальный отдел, куда стекалась информация от летчиков и космонавтов, ставших очевидцами НЛО, к возможности существования внеземных цивилизаций отношение было вполне серьезное, можно сказать, государственное. А лично вы верите в инопланетян?

- Верю. И очень хотел бы с ними повстречаться. Но... увы. Летать в другие галактики мы пока не можем, а в том, что в нашей галактике, где исследованы уже все планеты, цивилизаций больше нет, я убежден. Вселенная ведь бесконечна, и галактик - бессчетное множество. И где-то наверняка созданы такие же, как на Земле, условия для существования разумной жизни. Эх, вот если бы они к нам!..

- Так вроде бы уже... Ведь каждая домохозяйка знает, что в июле 1947 года над Невадой был сбит инопланетный летательный аппарат с космическим пришельцем на борту. Особенности его анатомии описаны во всех подробностях.

- Согласитесь, если бы это была не легенда, а действительно сенсация, мы с вами не раз увидели бы все материалы на экране телевизора. А это всего лишь утка - с хорошей «приправой». Равно как и съемки американцев на Луне. Честнее было бы сказать, что большую часть съемок имитировали в Голливуде, потому что на Луне кадры не получились.

А что касается специального отдела при Министерстве обороны, то во многих странах существовали такие же. И это неспроста - ведь за НЛО порой принимались объекты военного характера, о которых строго запрещено говорить во всеуслышание. Например, при запуске твердотопливных боевых ракет в небе оставались следы, четко напоминавшие НЛО. Летчики кричали в эфир: «Меня сопровождает НЛО!». А это был всего лишь обман зрения. В США, к примеру, такая служба уже упразднена, потому что за всем ведется наблюдение из космоса, и секретов нет.

- Вы думаете, настанет время, когда космические корабли будут летать туда и обратно, словно прогулочные катера? Или праздно шатающимся в космосе делать нечего?

- Так когда-нибудь и будет - возможно, даже неожиданно скоро. Американцы вроде бы уже продают билеты, и двое русских их уже купили. Но за 200 тысяч долларов их только поднимут на космическую высоту - на пять минут. За это время они не успеют пролететь над Землей, это будет лишь «нырок» в космос. А вообще... Почему бы туристам на недельку не махнуть в космос - так же запросто, как сегодня летают на Красное море или в Анталью?



Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
1000 символов осталось