В разделе: Архив газеты "Бульвар Гордона" Об издании Авторы Подписка
Жизнь прожить - не поле перейти

Заслуженный артист Украины, профессор Владимир АБАЗОПУЛО: "На съемках "Роксоланы" я полтора месяца жил в Ялте за счет сына, которому за участие в массовке платили семь-восемь гривен в день"

Ольга КУНГУРЦЕВА. «Бульвар» 14 Марта, 2005 22:00
Всеволод ЦЫМБАЛ. «Бульвар» 14 Марта, 2005 22:00
Вначале ничто не предвещало большой беды. Легкое покашливание, похрипывание, першение в горле. Словом, обычная простуда. Все оказалось намного страшнее.
Вначале ничто не предвещало большой беды. Легкое покашливание, похрипывание, першение в горле. Словом, обычная простуда. Все оказалось намного страшнее. С таким неутешительным диагнозом любой человек впадает как в панику, так и в депрессию. Актера Театра имени Ивана Франко Владимира Абазопуло не миновала чаша сия. Но нашелся ряд немаловажных факторов, которые помогли ему не только вернуться к жизни, но и обрести веру в себя, в свою востребованность, продолжить работу на сцене театра и съемочной площадке, преподавание в вузах. Владимир Константинович спокойно рассказал, как он прошел все круги ада и благодаря чьей поддержке сумел достойно выбраться из этого проклятого лабиринта.

"НЕСМОТРЯ НА ПОТЕРЯННЫЙ ГОЛОС, ПРОДОЛЖАЮ ИГРАТЬ В ТЕАТРЕ И СНИМАЮСЬ В КИНО"

- Володя, извините, но все-таки мы начнем разговор с нелегкой для вас темы. Далеко не все знают, что чуть больше года назад врачи поставили вам страшный диагноз. В результате сложная и, слава Богу, удачная операция. Тем не менее последствия болезни практически лишили вас голоса...

- Вы даже представить не можете, что значит для актера (!) попасть в столь жуткое положение. Спрашивается, как можно играть на сцене, сниматься в кино, почти не разговаривая?

Когда узнал, какая хворь меня настигла, первое, о чем подумал: "Все! Это конец!". Отныне на актере Владимире Абазопуло можно ставить жирный крест. Но буквально за день до операции Богдан Сильвестрович Ступка вместе с директором театра Михаилом Васильевичем Захаревичем пригласили в кабинет мою супругу Татьяну, сказали, что осведомлены о свалившейся на нашу семью беде, и попросили передать, что, во-первых, все надеются на талант и золотые руки врачей, а во-вторых, меня после выздоровления, как и прежде, ждут в театре и мои роли остаются со мной. Не передать, что в те минуты значили эти слова!

Более того, театр практически полностью оплатил дорогостоящую операцию. Я даже не был в курсе, что во Франко вывесили объявление, в котором говорилось, что срочно нужны деньги для приобретения за границей специального голосового аппарата, помогающего в общении с людьми. Актеры-франковцы скинулись кто сколько смог, передали собранную сумму знакомым в Америку, которые тут же купили и переслали в Киев миниатюрную, весьма недешевую приставочку. Я не только склоняю голову - в прямом смысле становлюсь на колени перед всем нашим коллективом, а также профессором Рустэмом Адыльевичем Абызовым, который вернул меня к жизни, прооперировав в областной больнице.

- Судачат, что в спектакле "Про мышей и людей", где вы играете человека, потерявшего голос, режиссер на вашем недуге даже спекулирует.

- Нет, что вы! Никакая это не спекуляция. Если можно, расскажу чуть подробнее. Как только я, практически не разговаривая, выписался из больницы, тут же со словами поддержки позвонил Толик Хостикоев. Он так и сказал: "Володя, держись. Все будет хорошо, мы тебя в беде не оставим". Вначале показалось, что он меня просто искренне поддержал и не более. Но скоро перезвонил Богдан Бенюк и предложил поработать в их антрепризном спектакле "Про мышей и людей", который ставил Виталий Малахов вместе с Театральной компанией "Бенюк и Хостикоев".

Я опешил: "Беня, но разве я смогу работать? Голос ведь потерян". В ответ услышал оптимистическое: "Ничего страшного. Мы обязательно что-нибудь придумаем".

К тому времени был приобретен аппаратик, с которым я и явился на репетицию. Голос, конечно, звучал крайне непривычно. И Богдан с Толиком нашли гениальный выход. К образу моего героя-негра добавили пару штрихов, и все быстро встало на свои места. Получилась следующая картина. Моего героя якобы пытались линчевать, но в последнюю секунду он сорвался с петли и повредил горло. Для меня изготовили маленький, незаметный зрителю микрофончик. Он плюс голосовой аппарат сделали свое дело, воплотившееся в потрясающий звук. К тому же по сюжету этот герой еще и радиолюбитель, постоянно паяющий какие-то схемы. Короче, народ, не ведающий, что со мной приключилось, воспринял увиденное как оригинальный ход. Еще раз склоняю голову перед всеми, кто помог мне выстоять.

Многие пафосно утверждают: "Театр - мой дом". Обычно это звучит как дежурный афоризм. А вот для меня это так и только так.

- В каких спектаклях Театра имени Ивана Франко вы сегодня заняты?

- "Мама, або Несмачний витвір". В его финальной сцене появляются умершие родители главного героя. Я играю покойного отца. Когда болел, произошла замена, но через время роль вновь отдали мне.

- Работаете с аппаратом?

- Да. Кстати, нормально получается. А вот в "Ревизоре" играю Инкогнито. Он не то что не разговаривает - вообще без головы появляется. Получилось, что такая роль чуть ли не специально для меня написана. (Грустно улыбается).

- Вы продолжаете преподавательскую деятельность?

- Конечно. В консерватории, Университете культуры и Школе-студии Довженко преподаю сценическое движение и фехтование. Это то, что я умею делать хорошо. В свое время обучал этому молодежь как в театральном институте, так и в эстрадно-цирковом, хореографическом училищах. До сих пор занимаюсь постановкой пластики, боев и трюковых сцен. Во многих театрах Украины и Польши поставил более 30 спектаклей. Отлично лажу со студентами. Слава Богу, среди них много тех, кто смотрел меня в спектаклях еще совершенно здоровым человеком. Но уже набраны курсы, которые вряд ли увидят меня былого на сцене.

- Роль Богдана Хмельницкого в одноименной картине Николая Мащенко, которая, надеемся, когда-нибудь будет снята до конца и зритель сможет ее оценить по достоинству, - ваша первая серьезная роль в кино?

- Нет, конечно. Хотя такая работа знаковая. Заметные роли случались, это факт. Например, в фильме Томашпольского "О безумной любви, снайпере и космонавте", я сыграл главную роль - космонавта. Работа получилась блестящая, но вот ведь беда - фильм должен был выйти на экраны в то время, когда народу оказалось не до увеселений, кинотеатры и те закрыли. Где сегодня эта картина - одному Богу известно.

Сниматься я начал рано, учась на третьем курсе Киевского театрального института. Это был фильм Владимира Попкова и Николая Малецского (Коля недавно навсегда перебрался в Москву) "Такая она, игра", посвященный киевскому "Динамо". Работали в Белокаменной, на олимпийской базе. Степан Степанович Олексенко играл Лобановского. Помню, сидели мы с ним в московской гостинице, выпивали по 50 грамм. И я не мог отделаться от мысли, что неоперившийся, начинающий пацан находится сейчас рядом с великим артистом-франковцем. Поверьте, эти ощущения неповторимы.

В кино я всегда был востребован. Более 40 картин - цифра убедительная. Снимался практически каждый год. Но еще больше был занят в театре. Не поверите, случались периоды, когда играл по 33 спектакля в месяц. Заняты были даже субботы и воскресенья. Дома практически не появлялся.

И тут случился казус, после которого режиссер Владимир Попков затаил на меня обиду. Утвердил он меня на главную роль в фильме "Будьте готовы, Ваше Высочество". Предстояли двухмесячные съемки в Форосе в компании с известнейшими мастерами. Представляете, какой это мощный толчок для начинающего актера! К тому же в советские времена зритель кино обожал и смотрел его с огромным удовольствием.

Но тогдашний главный режиссер Театра имени Франко Сергей Смеян в категоричной форме поставил меня перед выбором: "Выбирай: или театр, или кино". Нелегко было сообщить режиссеру о том, что я сниматься не смогу. Но ничего не поделаешь - пришлось. Он, конечно, виду не подал, наоборот, обнадежил. Дескать, наступит время и мы обязательно поработаем. С тех пор минуло каких-то 30 лет, и только один раз Володя предложил крохотный эпизодик.
"МНОГИЕ НЕДОВОЛЬНЫ, ЧТО ГРЕК АБАЗОПУЛО ИГРАЕТ БОГДАНА ХМЕЛЬНИЦКОГО"

- Известно, что на роль Богдана Хмельницкого пробовались известные в Украине мэтры. Тем не менее утвердили вас, извините, не самого раскрученного актера, ко всему прочему еще и грека по национальности. Много пришлось выслушать недовольства по этому поводу?

- Было, чего уж там... Претензии можно кратко озвучить следующим образом: "Та що ж це таке діється? Нашого Богдана спочатку зіграв москаль Мартинов, а зараз - грек Абазопуло! Я - щирий українець, a він грек. Це ж справжнісенька халтура!". Остальные нападки были приблизительно того же плана.

Мой предок действительно был грек. Звали его Паниот Константинович Абазопуло. В 1854 году он специально приехал из Греции, чтобы служить на Черноморском флоте. У меня есть копия подтверждающего документа. Согласно этой бумаге, он вольный моряк, турецкоподданный.

В Украине Паниот Константинович женился, родил детей. Весь наш род идет из Одессы. Именно там появился на свет мой отец. А мать - коренная черкасчанка. Всю жизнь мы прожили в Украине. Кстати, в Киеве есть греческое общество. Я был в Афинах на III Всемирном съезде греков зарубежья. Участники съехались со всего света, в том числе и из нашей державы. Не поверите, но встречаются даже греки-негры.

Было время, когда к нашей нации относились с предубеждением. Порой приходилось скрывать свое происхождение. По этой самой причине отец был вынужден переехать из Одессы в Запорожье, затем перебраться на Буковину. Сам я родом оттуда - буковинский хлопец. Назарий Яремчук, Вася Зинкевич, Левко Дуткив-ский - с этими ребятами мы параллельно работали в Доме культуры. Я горжусь своим родным городком Вижница, который подарил миру много талантливых людей.

Но если честно, с завистью я столкнулся по минимуму. От стрессов здорово оберегал театр. Франковцы - необычный, даже реликтовый коллектив. Много лет мы прожили под крылом уникальнейшего человека - Сергея Владимировича Данченко, земля ему пухом. Он сумел создать в театре незлобивую, лишенную зависти и интриг атмосферу.

Что касается утверждения меня на роль Богдана, то это решение исключительно Николая Павловича Мащенко. А я привык уважать мнение режиссера. Как-то он сказал: "Ни один человек, даже из самого высокого кабинета, ни при какой власти не посмеет указывать мне, каких актеров снимать, а каких нет. Такие вопросы я решаю сам и только сам". Данную позицию иначе как гражданское мужество не назовешь. Я, кстати, за Павловичем не бегал, за руки не хватал, в глаза не заглядывал, ни о чем не просил. Он случайно пришел на спектакль, где я играл небольшую роль. В антракте мы столкнулись в буфете. И Мащенко предложил встретиться у него в кабинете на следующий день. Изначально речь шла о другой роли.

- О какой, если не секрет?

- Об историческом персонаже по фамилии Кривонос. Но вскоре Николай Павлович узнал, что всю жизнь я занимаюсь сценическим движением, боями, ставлю драки, отлично владею шпагой, саблей, и изменил свое решение в пользу Богдана. Не сочтите за бахвальство, но моя сабельная крутка разошлась по всей Украине.

- В каком смысле?

- В том, что эту постановку крутят во многих фильмах и спектаклях. Я раскрыл секреты трюков ряду наших театров и танцевальных коллективов. Включая ансамбль Вирского и хор имени Веревки. Сегодня обучаю оружейным премудростям ребят из Университета культуры.

А драки я ставил не только в Украине. Как-то преподал урок нападения и борьбы с противником Семену Фараде. Сеня по сюжету должен был красиво побить главного героя. Я предварительно поинтересовался: "Мы с вами какую драку будем делать - серьезную или с юмором?". Сошлись на полном серьезе. Хотя с Фарадой, учитывая его комичность, это было весьма проблематично. В итоге все прошло на ура. Наутро встретились мы в фойе гостиницы. Благодаря безумной популярности Фарады все внимание было приковано исключительно к его персоне. И вдруг при всем честном народе Семен Львович начал демонстрировать драку, выученную намедни. Бил меня понарошку, но очень убедительно. Это выглядело столь натурально, что зеваки бросились нас разнимать, однозначно решив, что мы с Фарадой в жесточайших контрах.
"ОТ РЕЗКОГО ТЕЛОДВИЖЕНИЯ ЛОШАДИ ШТЫРЬ, ВПАЯННЫЙ В СЕДЛО, ВОШЕЛ В МОЙ ЖИВОТ, КАК НОЖ В МАСЛО"

- Николай Павлович рассказывал, что вы, как никто другой, сумели передать неоднозначный характер гетмана, поскольку схожи с ним как две капли воды.

- Если скажу, что специально отыскивал в себе нечто общее с Богданом Хмельницким, это будет неправда. А ежели и есть у нас с ним общая картина, то написана она исключительно режиссером. Такую роль рождает он, и только он. Мащенко лично, от первого до последнего кадра, руководит процессом. Он ведь 10 лет работал над сценарием. У меня дома лежит полный вариант "Богдана Хмельницкого" - 21 серия. А в реальности мы не в состоянии снять даже две полноценные. Объясните, как можно 21 серию втиснуть в две? Это нереально.

- Как вам работается с Мащенко? Говорят, Николай Павлович на площадке тиран, деспот и мучитель.

- Ничего подобного. Получить такую роль, какую получил я, для любого артиста - подарок судьбы. Хотя при этом прекрасно понимаю - судя по всему, это моя последняя работа в кино. Поэтому сейчас пытаюсь по максимуму продолжить съемки, пусть и в лютый холод на берегу Днепра, при ледяном ветре, но работаю.

В один из дней мы снимали сцену, в которой Богдан появляется, когда роют ямы для могил. По сюжету люди со

зверским остервенением начинают бросать в лицо гетману землю. Причем прямо с лопат. В течение трех дней я только и делал, что получал землей по физиономии. Мащенко не воспринимает, когда хоть что-то понарошку. У него все по-настоящему и натурально. Поэтому в меня летели громадные комья чернозема вперемешку с камнями и палками.

Что же касается россказней о невероятном деспотизме Николая Павловича, так это чушь. Наоборот, он очень тонкий человек. Мы общаемся много лет, и я давно понял простую истину: за всей внешней строгостью Павлович просто скрывает свою мягкость.

Конечно, он бывает несдержан, ну а разве может быть иначе? Вот у меня, к примеру, на съемках не пошла лошадь. Уперлась, и баста - ни туда ни сюда. А я под приветствие нескольких сот человек: "Слава Богдану!" - должен лихо проскакать перед войском. От крика животное начало дергаться, шарахаться, все время норовило проскакать в противоположную сторону. Режиссер готов был разорвать меня на части, по стенке размазать. После нескольких неудачных дублей не выдержал, заорал что есть мочи: "Каскадера сюда! А ты немедленно слезай, конник бездарный!". Когда же меня заменил дублер, а войско неистово прокричало приветствие, животное окончательно перепугалось и рвануло куда глаза глядят. И все же после воплей и нервотрепки мы отсняли эпизод на ура. Вот тогда-то Мащенко подошел сам, обнял, расцеловал и объявил народу: "Это прекрасный актер. Володю я очень люблю".

- В "Богдане" вы сами выполняете трюки?

- В принципе, да. Хотя особых сложностей в виде крутых драк, необычных конных приключений пока не наблюдается. Это вполне объяснимо, поскольку на сегодняшний день денег на картину нет и не предвидится. Актеры согласны сниматься бесплатно, но лошади - твари бессловесные, им про финансовый вопрос не втолкуешь. Они овса хотят, поскольку пашут на износ.

Кстати, с лошадью у меня произошел весьма сложный момент. Мчусь на хорошем галопе, вдруг чувствую - голова лошади резко падает вниз, я ее уже практически не вижу. А седло джигитовочное, впереди встроен специальный металлический штырь. Чувствую - еще секунда, и я просто перелечу через коня. Успеваю сообразить, что это конец, поскольку сзади в не менее стремительном темпе мчатся еще пять казаков-всадников. Растопчут в мгновение ока. Но в последнюю секунду лошадь сумела выровняться. От ее резкого телодвижения штырь, впаянный в седло, вошел в мой живот, как нож в масло. Спас широкий кожаный пояс. С обширным внутренним кровоизлиянием попал я в больницу, где провел две недели. Правда, никто, кроме второго режиссера, об этом случае не знал. И вот звонит она мне на мобилку и, извинившись, сообщает, что завтра съемка, которую отменить нельзя. Ну что ж, надо - значит, надо. Поедем работать. Потом назад в больницу вернете. А что делать? Альтернатива отсутствует.

Я тогда постоянно маялся в догадках: что же с лошадкой произошло? Может, она на ямке оступилась, такое часто бывает. Все оказалось намного хуже любых предположений. Огромная колючка пробила бедолаге вену на ноге, из которой фонтаном начала бить кровь. Наши медики, хоть и не ветеринары, не растерялись. Сделали специальные уколы, перебинтовали рану. И все равно кровотечение нельзя было остановить целую ночь.

Но и это не все. Как-то выхожу я на площадку и наблюдаю следующую картину. У всех кони как кони, мирно стоят, копытом бьют. А мой весь какой-то шуганый, нервный, места себе не находит. При этом съемочная группа глаза отводит, на меня смотреть боится. Один лишь конюх раскололся. Оказывается, намедни произошла дикая накладка - не вовремя рванул взрывпакет. Как оказалось, под брюхом у моего скакуна. Вот как бывает. Жалко лошадок! Представляете, еще не прозвучала команда "Мотор!", кнопка на мегафоне не нажалась, а лошадь уже все чувствует, нервничает, мечется. Человек, тот мозги имеет, в каких-то случаях может прогнозировать и контролировать ситуацию. А безропотные животные не в силах противостоять обстоятельствам. Например, Ежи Гоффман в массовых сценах с участием лошадей использовал компьютерную графику. У нас же все честно, без подстав.
"МНЕ ПРИШЛОСЬ ВЫСТУПИТЬ В РОЛИ ХОДОКА-ВЫМОГАТЕЛЯ"

- В каких еще фильмах приходилось работать бесплатно?

- Настоящий цирк получился с продолжением "Роксоланы", где я играл лихого казака со звучной фамилией Шило. Этот сериал иначе как фильмом-долгостроем не назовешь. Начали снимать - бросили. Через время возобновили работу - и опять тормознулись. До сих пор остается загадкой, как, пусть и через несколько лет, мы умудрились его завершить. Говорят, картина с успехом прошла в России. А вот почему она к нам не попала - ума не приложу. Там мы вообще без денег снимались.

- Это правда, что актеры были вынуждены сами себе дорогу домой оплачивать?

- Если бы только дорогу! Лично я полтора месяца прожил в Ялте исключительно за счет сына. Он принимал участие в массовке, которой хоть немного, да платили. В день Володя зарабатывал по семь-восемь гривен. При полном безденежье это целый капитал. Вот на эти гроши вместе и тянули.

В то самое время один известный журнал проводил в гостинице "Ялта" презентацию, на которую собралось много богатых людей. Скажу честно: не постеснялся и на банкете обошел всех. Каждому поведал нашу бедственно-бесхитростную историю. В итоге насобирал полную сумку даров: пиво, водку, вино, блоки сигарет. Конечно, лучше бы бедолагам-артистам презентовали хлеб, колбасу да масло, поскольку мы элементарно голодали. Но получилось как получилось. И на том огромное спасибо. Моему "кузовку-тормозку" народ несказанно обрадовался. И хотя явился я глубоко за полночь, мы тут же все вместе отметили мой дебют в роли ходока-вымогателя. (Улыбается).

После таких мытарств вдвойне обидно, что на украинских экранах "Роксолана" не появилась. При всем при том актеры готовы были отсняться бесплатно. Главное - достойно и побыстрее закончить работу.

- Сколько лет вашему сыну?

- 17. Он учится в театральном университете на актерском факультете. К своему делу относится крайне серьезно. Дома мы его практически не видим, поскольку он посещает занятия и в своей группе, и в параллельной.

- В конце нашего интервью хочется услышать своеобразный совет, адресованный людям, очутившимся в беде, похожей на вашу. Как не сломаться, не озлобиться, не впасть в депрессию? И главное - не потерять веру в себя и жизнь?

- Сложно давать конкретные рекомендации. У каждого свои обстоятельства. Твердо знаю одно - самому выкарабкаться из оков психологической безысходности невозможно. Со мной рядом постоянно находились любимая жена Татьяна, сын, сестра, родственники. И конечно же, театр. В столь сложное время поддержка близких необходима как воздух. Только в ней обретаешь силу духа.

Про меня говорят, что я человек сильный и мужественный. Возможно, не был бы актером, перенес последствия болезни намного легче, нежели пришлось. Сами понимаете, что значит для человека моей профессии потерять голос. Театр и только театр не позволил закиснуть. Ненавязчиво дал понять, что актер Владимир Абазопуло по-прежнему востребован, он имеет работу, его ждут и любят. Поверьте, это важнее любых лекарств.

Недавно в Киев приезжали шведские медики. Они рассказали, что в случаях, схожих с моим, в горло вживляют миниатюрный аппаратик, благодаря которому человек разговаривает так, как и прежде. Даже близкие не замечают разницы. Увы, у нас такие технологии отсутствуют. Кроме того, в Швеции подобная чудо-техника предоставляется бесплатно. Создается впечатление, что в Украине данная проблема никого не волнует. Она попросту лишняя, как лишние и ненужные сами больные. А ведь каждый год подобную операцию переносят 800-900 человек. В большинстве своем такой диагноз спровоцировал Чернобыль. Далеко не у каждого есть столь сильная моральная и материальная поддержка, которая оказалась у меня.

На гастролях в Америке я обратил внимание, сколь бережно там относятся к пенсионерам, инвалидам. Нет ни одного тротуара, где отсутствовал бы специальный съезд для инвалидной коляски. Не встретишь автобуса без низко опускающейся ступеньки. Если бы наше государство, политики наконец-то обратили свой взор к людям, по рукам и ногам скованным тяжелейшими недугами, то этим облегчили бы боль, страдания, трагедии. Скольких бы на ноги поставили, жизнь продлили...



Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
1000 символов осталось